В Музее-панораме «Бородинская битва» хранится миниатюрный портрет некоего автора по имени А. Маттес, созданный в 1825 г. Год создания миниатюры указан на ней самой справа, правда, при имеющемся у нас разрешении снимка из Госкаталога музейного фонда, разобрать дату и идентифицировать ее именно как «1825» трудно
В музейных описях портрет числится как предполагаемое изображение генерала Александра Фёдоровича Ланжерона. На всякий случай напомню, что урожденный Луи Александр Андро, граф де Ланжерон – французский эмигрант революционной поры, был принят на русскую службу в 1790 г., неплохо себя показал в многочисленных войнах, которые вела Россия в конце XVIII-начале XIX вв., к 1811 г. дослужился до генерала от инфантерии, после окончания наполеоновских войн был назначен градоначальником Одессы, умер в 1831 г.
Определение интересующего нас сегодня портрета как изображения Ланжерона явно является результатом атрибуции, базирующейся на физиогномическом сходстве (действительно в определенной степени присутствующем) и соответствии имеющихся на портрете наград тем, которые были у генерала. Частичном, разумеется, соответствии, поскольку комплект наград Ланжерона был более обширен, но изображенные на миниатюре ордена Св. Андрея Первозванного и Св. Иоанна Иерусалимского у него имелись.
Однако давайте поизучаем еще другие детали, имеющиеся на портрете. Отметим очевидно нерусские эполеты с рисунком на поле. В принципе эту деталь не стоит воспринимать как однозначное свидетельство того, что персонаж портрета изображен не в русском мундире - в период и сразу после окончания наполеоновских войн такие эполеты встречаются на портретах русских офицеров и генералов, в ходе походов 1813-14 гг. побывавших за рубежом и приобретших этот элемент униформы, видимо, во Франции. Больше меня смутил воротник. Он хоть и имеет золотое шитье в виде дубовых листьев, каковое полагалось на русских общегенеральских мундирах, но при этом не красный, а зеленый, и , кроме того, наглухо застегнут на крючки. Зеленые мундиры с золотым шитьем из дубовых листьев полагались русским адмиралам. Но и в их случае они на крючки не застегивались.
В общем, как, разумеется, уже прекрасно поняли читатели, атрибуция миниатюрного портрета из «Бородинской панорамы» как изображения А.Ф. Ланжерона вызвала у меня серьезные сомнения.
Попытка использовать для установления подлинной личности персонажа возможности поиска по изображениям Яндекса принесла интересный результат. Где-то в глубинах похожих (по мнению Яндекса) на искомый портретов нашелся вот такой
В Википедии этот портрет считается изображением князя Константина Ксаверьевича Любомирского, поляка по происхождению, флигель-адъютанта Александра I, затем - генерал-майора русской службы. Однако Любомирский никогда не имел ни ордена Св. Андрея Первозванного, ни ордена Св. Иоанна Иерусалимского. Не говоря уже о том, что и в этом случае возникает вопрос – в каком же мундире здесь изображен К.К. Любомирский, если это он? В общем, в этом случае неверность атрибуции портрета еще более очевидна. А вот между собой портреты «Ланжерона» из Бородинской панорамы и «Любомирского» из Википедии явно связаны. Возможно (хотя и не факт), это один и тот же человек. Но где же и как его искать?
Простой просмотр перечня кавалеров ордена Св. Андрея Первозванного за период правления Александра I плюс-минус (то есть с заходами в в предыдущее и последующее царствование) результата не дал. А вот из глубин своей памяти я кое-что выудил. Похожее (хотя и не идентичное) шитье на зеленом, наглухо застегнутом на крючке воротнике я видел, например, вот на этом портрете
Подчеркну, что я привожу данный портрет не для того, чтобы проиллюстрировать версию о том, что на интересующем нас портрете (точнее – уже двух портретах) изображен именно этот человек, а лишь для того, чтобы показать, какой мне вспомнился портрет с похожим шитьем на воротнике.
Тем не менее это повод для того, чтобы присмотреться к Саксен-Веймар-Эйзенахской династии. Сразу хочу признаться, что история униформы армии герцогства (затем – Великого герцогства) Саксен-Веймар-Эйзенах (а это крошечное германское государство располагало своей армией) для меня совершеннейшее белое пятно и темный лес. Именно поэтому при попытке опознать шитье на воротнике пришлось опираться не на точное знание, а смутные воспоминания о ранее попадавшемся на глаза портрете. И именно поэтому я не в состоянии точно идентифицировать мундир, в котором изображен выше Саксен-Веймар-Эйзенахский Великий герцог. Но посмотреть на всякий случай более ранних, соответствующих времени написания портрета представителей династии это нам не мешает. И вот, что мы имеем.
В 1825 г., на момент создания портрета из Бородинской панорамы великим герцогом Саксен-Веймар-Эйзенахским состоял Карл Август. Родился он в 1757 г., в 1804-06 гг. и с 1813 г., состоял на русской службе. Имел российские ордена Св. Андрея Первозванного и Св. Иоанна Иерусалимского. На 1816 г. выглядел следующим образом
В 1825 г. ему было 68 лет. Как будто, староват для изображенного на миниатюре из «Панорамы».
Его наследником был занявший велико-герцогский престол в 1828 г. Карл Фридрих. Этот родился в 1783 г., в 1804 г. женился на русской Великой княжне Марии Павловне. В 1803 г. пожалован орденом Св. Андрея Первозванного. Наличие у него ордена Св. Иоанна Иерусалимского, по крайней мере, в Википедии (в различных ее языковых вариантах) не зафиксировано, но нечто похожее на него на некоторых портретах присутствует.
Честно говоря, не испытываю ни малейшей уверенности, что на миниатюре из Бородинской панорамы и на «портрете Любомирского» из Википедии изображены Великие герцоги Саксен-Веймар-Эйзенахские Карл Август или Карл Фридрих. Хотя в скобках отметим, что у последнего возраст на 1825 г. более подходящий. Внешнее сходство обоих с персонажами «спорных», интересующих нас портретов (и «Ланжерона», и «Любомирского») относительное. В шитье на воротнике, которое и послужило «зацепкой» в начале нашего расследования, тоже есть отличия – у «Ланжерона» и «Любомирского» дубовая ветка с листьями направлена от переднего края назад, а у отца и сына Саксен-Веймар-Эйзенахские, как будто, наоборот, сзади к переднему краю воротника. Тем не менее, мне кажется, искать дальше нужно где-то в этом направлении. Пока же у меня по данному случаю все. Ясно лишь, что на одном портрете вряд ли Ланжерон, а на другом – точно не Любомирский. Если будет какое-то продвижение по «делу» в дальнейшем, доложу.
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.