На Андаманских островах, затерянных между Индией и Мьянмой, в сердце джунглей обитает древнее племя джарава. На протяжении 55 тысяч лет они оставались изолированными от любого взаимодействия с внешним миром, пока в 1998 году не произошел первый контакт.
Этот образ жизни, сложившийся за тысячелетия, резко изменился, когда аборигены встретились с внешним миром. Искренние и радостные джарава, столкнувшись с цивилизацией, превратились в некий «человеческий зоопарк», по вине современного человека, не смотря на запрет туристов иметь какие либо контакты с представителями племени.
Документальный фильм «Мы — человечество» (We are Humanity), созданный французским сценаристом Александром Дерамсом и продюсером Клэр Бельвер, ярко иллюстрирует, как современный мир безжалостно разрушает это древнее племя. Джарава не стремятся быть частью современной цивилизации, однако вмешательство извне становится неизбежным.
В настоящее время их осталось всего 403 человека, и, если индийское правительство не примет решительных мер, племя может вымереть в течение следующего десятилетия.
Джарава — одно из самых закрытых для контактов племен на планете. Они существовали задолго до появления египетских пирамид и не имели контактов с другими цивилизациями до XX века. На языке боджигнгиджи, одном из андамандских языков, название «джарава» переводится как «враг» или «чужеземец».
Это не просто имя, но и отражение их репутации: на протяжении веков слухи о смертоносном племени будоражили воображение, моряки даже считали их каннибалами. Марко Поло, вернувшись из своего 22-летнего путешествия по Азии, описал джарава как людей с головами, напоминающими собачьи. Однако благодаря фильму Дерамса и Бельвер становится очевидным, что реальность искажена.
Изоляция от внешнего мира оказала значительное влияние на джарава, сохранив их образ жизни с эпохи каменного века. Их охота, приготовление пищи и повседневное существование зависели от прихотей природы, что делало племя уникальным.
Хотя на первый взгляд между моральными нормами нашего общества и жизнью джарава должна быть пропасть, их чувства любви к детям и семье, радости и печали связывают нас.
Однако глобализация не оставила джарава в покое. За последние три десятилетия их жизнь претерпела заметные изменения: они стали носить одежду и использовать зеркала.
Тысячелетиями аборигены делали свечи из пчелиного воска, а теперь используют фонарики, полученные от современных людей. Большинство предметов, которые попадают к ним, передают браконьеры, нелегально пересекающие границы резервации.
Помимо стычек с браконьерами, существует и другая угроза. В 1970-х годах на островах была построена дорога, изначально предназначенная для соединения мелких поселений с столицей. Со временем она превратилась в трассу для туристов. Несмотря на запреты правительства, путешественники продолжают стремиться к местам, где наивные аборигены выходят из джунглей, прося еду и танцуя — чему их обучили коррумпированные полицейские.
Видеозаписи с танцующими джарава попали в интернет и вызвали международный скандал, и многие СМИ охарактеризовали происходящее как «человеческий зоопарк» или «человеческое сафари». Специалисты предупреждают, что если контакты с племенем не прекратятся, племя рискует вымереть от болезней, к которым у них нет иммунитета, или же им придется ассимилироваться в современное общество.
Несмотря на то, что перспектива ассимиляции кажется менее ужасной, чем вымирание, будущие перспективы выглядят мрачно: их территория может быть распродана и застроена, а сами джарава станут лишь дешевыми рабочими.