«Сны Синей Собаки» — новое, но уже крепенькое имя в белорусском роке. Стильный, ни на кого не похожий звук, самоироничные тексты, непреодолимая любовь к голубцам — это если вкратце. Развернуто они расскажут сами. Мы напросились к ребятам на репетицию, чтобы узнать, каково это — играть труп, как меняется жизнь после Анны Асти, про саундтрек для фирмы «Модум» и прочие особенности белорусского национального постпанка.
Что снится синим собакам?
Всем привет, я сегодня побуду в роли Николая Дроздова, а это передача «Постпанки и где они обитают»! Где-где — разумеется, на каком-нибудь заброшенном заводе, любая фотка с которого будет веять вайбами Припяти. Хотя в этот раз у нас довольно необычные особи: слишком ироничные и человечные для своего мрачного жанра. Слышали что-нибудь про синих собак? А знаете, что им снится?
— Прогулки по «Минск-Миру», разумеется!
Я ж говорю, что с юморком у этих постпанков все окей. Мы находимся в старом НИИ, где в одном из кабинетов, ранее, видимо, принадлежавших какому-то важному начальнику, сочиняют свои песни ребята из группы «Сны Синей Собаки». По нашему скромному мнению, это чуть ли не самая свежая и интересная белорусская музыка прямо сейчас. А от их нового клипа заторчал даже наш главред. Стоит ли говорить, что наше интервью было лишь вопросом времени?
— Я вообще никогда в музыкальной тусовке не участвовал, пиво по репточкам не пил, ни с кем важным из индустрии знаком не был. Даже школьной группы у меня толком не было — так, чисто на выпускном кавер спели и разошлись. Поэтому для меня до сих пор все, что происходит, — это шок. И как командовать этими людьми, которые в сто раз круче шарят в музыке, чем я? — задается вопросом солист и автор текстов группы Влад.
Как стать белорусским рокером в 2024-м? Черт его знает, методички нет. Но история Влада точно уникальна и показывает, что жизнь устроена гораздо проще, чем кажется. Нужно просто что-то сделать.
— Я просто работал в офисе, в компании «Модум». Долгое время были только демки, которые я мучил-мучил, но не выпускал, и стихи, которые я писал, считай, в стол. Потом все-таки плюнул, записал и выпустил стебный альбом с дурацким названием «Любитель голубцов». Но выступать еще нигде не выступал толком: сомневался в себе. Коллеги узнали, что я увлекаюсь музыкой, и решили поддержать: попросили написать что-то такое, под что могут пафосно ходить модели. Короче, по факту моя первая песня, прозвучавшая на толпу людей, — это написанный на заказ джингл для презентации новой линии косметики «Модума».
В итоге двухминутной песни не хватило для того, чтобы все модели успели пройтись по подиуму, и ее пришлось ставить несколько раз — вышло немного неловко. Но чисто технически дебют был засчитан, а процесс — запущен.
— Там в зале были всякие директора косметических магазинов, они пили шампанское, и им в целом было пофиг. Но да, вот такая вот точка отсчета.
Тот самый стебный альбом «Любитель голубцов» — релиз, который невозможно не послушать хотя бы из-за шедевральной обложки. Внутри шесть песен, которые ломают мозг когнитивным диссонансом. По звуку это действительно что-то, под что наши отцы мрачно курили на балконе, глазея на панельки. По текстам — ирония надо всем, что движется, включая самих себя. Раскрывать мрачность действительности, деля людей на «любителей голубцов» и «любителей овощей», или петь от лица печального «краба-солдафона» — это, знаете ли, искусство.
— Недавно, кстати, размышлял, откуда у меня эта тяга к иронии. Наверное, это какой-то детский протест Instagram-кадрам, всем этим «вылизанным» картинкам в декорациях «Минск-Мира». Плюс этой иронией я как раз и прикрывал недостаток навыков. Весь релиз я писал сам, и там многое сделано очень непрофессионально. А когда сам сводишь все в шутку, то вроде это и от критики защищает, — рассказывает парень.
Альбом был залит на все площадки, даже в VK, где он поначалу набрал феерические «два лайка». Но один из них оказался судьбоносным: после него в группу попал Дима — опытный 53-летний музыкант, который за свою карьеру, как он говорит, поиграл… «а вот любую нашу группу назови — и там я играл». Но конкретно в «Снах Синей Собаки» Дима отвечает за многочисленные синтезаторы.
— Мне просто хотелось использовать где-то свои синты. Но меня с ними отовсюду чухали. А только играть на гитаре по кабакам в кавер-бендах, где твоя главная задача — это ничем не выделяться, чтобы тебя можно было легко заменить, жутко депрессивно. Мне понравилась музыка Влада, я написал — с тех пор мучимся вместе.
Собственно, вот на этой коробочке с проводами, которая выглядит как что-то способное оживить Франкенштейна, если провести от нее к его ушам пару «крабиков», Дима и играет. Те, кто что-то понимает в электронной музыке, вероятно, пустили слюну от зависти. Эта «коробочка» — единственная в своем роде в Беларуси. А если продать все ее содержимое, можно купить неплохую малолитражку.
— Слушай, ты же не похож на человека…
— …у которого есть деньги? Да, понимаю, — отшучивается Дима.
— …который в отчаянии ищет, с кем поиграть. За эту штуку должны драться! Такая, наверное, только у тебя и у Dead Mouse!
Еще больше усиливает вау-эффект тот факт, что на лайвах Дима всегда выступает в противогазе. Как и зачем — вопросы риторические.
— Да просто электронная музыка — это не очень зрелищно на сцене. Я вроде стою, кручу ручки, издаются звуки, но никто не понимает, что я делаю, все думают, что я мебель. В противогазе — так хоть немного интереснее выглядит. К тому же наш прошлый барабанщик выступал в кожаной маске собаки — надо же было как-то соответствовать.
Последними в группу пришли барабанщица Таня (также барабанит в The Moles) и звукорежиссер Ваня (группы «Галантерея» и «Стой! Стреляют») — не самые последние люди в новой волне белорусского рока.
— Залетел на концерт, послушал, и сначала ничего не понял: слишком свежо для меня. А потом как понял… Я не смогу назвать ни одной другой группы, которая звучала бы так же, как «Сны». Ребята, кстати, меня еще уговаривают играть на саксофоне, а не только сводить.
Работа Тани тоже весьма специфична. Особенность игры на барабане в постпанк-группе состоит в том, что тебе нужно буквально притупить в себе человечность и стать драм-машиной, стучать настолько ровно и отчаянно, насколько это только возможно. Если вы думаете, что это легко, то вот вам забавный факт: для того, чтобы записать барабаны в свою легендарную Billie Jean, Майкл Джексон перепробовал примерно 40 ударников. Все они были топовыми джазовиками, но никто просто не мог сыграть «бум-туц» ровно, без всяких «оттяжечек». Справился только один.
— Ну и каково тебе косплеить робота?
— Сложно. Когда я только пришла, я играла как живой человек, а потом поняла, что такое не канает. Да и Дима ругался. Но это тоже интересно: играешь максимально ровно, извлекаешь более сухие звуки. У нас даже есть специальный треснутый крэш, который мы используем только на концертах, потому что заметили, что он дает более короткий звук.
После того как все наконец перезнакомились, наступила музыкальная пауза. Ребята надели наушники и сыграли трек с готовящегося EP. Забавное ощущение: если слушать без наушников, кажется, что какие-то индейцы вызывают дождь. Надеваешь — и сразу слышны звуки электронных барабанов, Димины синты и прочая магия, которую можно услышать на концертах.
«И тут Анна Асти говорит водителю, чтобы он включил этих грустных белорусов»
История «Снов Синей Собаки» в целом про то, что если ты делаешь что-то крутое, то никакие связи особо не нужны, все найдет тебя самостоятельно. Первое выступление ребят прошло в рамках какого-то кружка самодеятельности в парке Челюскинцев.
— Мы за него еще и сами заплатили по 20 рублей. До нас мальчик на саксофоне играл и девочка стихи читала, а потом мы со своим пост-панком. Мы с Димой еще были в дурацких гавайских рубашках, я хотел сделать из нас двух замученных за***тов. А вообще, я тогда просто пытался забивать выступления вообще где угодно, чтобы набраться опыта.
Очень скоро кружки самодеятельности сменились серьезными фестивалями. Большую роль в судьбе группы сыграл фестиваль Sprava. И снова все получилось слишком просто: попросились выступить, скинули треки — организатор сказал «Вы крутые, что-то в вас есть» и дал добро. Начали появляться и преданные фанаты.
— Один парнишка сделал перевод пары наших песен на белорусский. Есть Володя — парень, который не пропускает почти ни одного нашего концерта, даже в других городах. Причем ему за 30, у него ребенок, он взрослый дядя. Но ему просто вот настолько нравится.
Но главное достижение «Снов Синей Собаки» на данный момент даже не в этом. Но об этом пусть ребята расскажут сами.
— Однажды наш трек лайкнула Анна Асти! Серьезно, с официального аккаунта, мы проверяли!
— Это была песня "Стрелы Громоотвода" с группой "ЗАО Сомнительные инициативы". Понятно, что это, скорее всего, был ее менеджер. Но нам нравится представлять, как она едет в дорогом автомобиле и говорит водителю: «А поставь мне вот этих белорусов, ага. Грустный трек про корочку хлеба», — и едет такая, кайфует. Приятно думать, что у нее есть душа.
Кстати, вот и тот самый трек. И по нему тоже есть парочка вопросов.
— Кажется, тут у вас гораздо меньше иронии, чем обычно. С чем это связано?
— Наверное, я стал увереннее в том, что мы делаем, и отпала надобность стебаться над постпанком. Вернее так: в том, что мы сейчас делаем, я все еще не уверен абсолютно, но я в это свято верю. В наше с ребятами общее дело. В этот раз я хотел написать по-настоящему хороший, искренний трек по всем канонам жанра. Было даже немного страшно, но вроде получилось.
— Образ пьяного бати нет-нет да и проскальзывает у тебя в текстах. У него есть какая-то основа?
— Ой, история про пьющего батю, который не проводит время с семьей, зачал ребенка случайно, работает на нелюбимой работе, а потом говорит «Посмотри, сколько я для тебя сделал» — это как будто бы типичный грустный сценарий для СНГ. Такая панельная эстетика. Не могу сказать, что мое детство было несчастливым, но своего отца я достаточно рано потерял. Может, поэтому он у меня часто проскакивает. В его случае тоже не обошлось без проблем с алкоголем… Блин, я не хочу ругаться на своего отца, нет.
Электронный Розенбаум, труп в клипе и первые хейтеры
Постпанк потихоньку в принципе становится чисто белорусским жанром. «Молчат Дома» попадают в чарты Billboard и ездят в огромные туры по всему миру, от Nurnberg сходит с ума вся Латинская Америка. «Сны» вроде пошли в ту же степь, но синты, ирония и прочее не дают уверенно положить их в ту же коробочку. С ChatGPT есть такой лайфхак: когда хочешь, чтобы нейронка объяснила тебе что-то максимально кратко и доступно, пиши в запросе «Объясни как пьяному бате». Эту же задачу я передал ребятам, чтобы узнать, что же они все-таки играют.
— Электронный… Розенбаум? Цой? Так батя поймет? Я не знаю, это, конечно, все приколы, но я, на самом деле, хотел бы писать так же конкретно, как Розенбаум, он в этом крутой.
Вот и прозвучало это заветное слово! По заверениям ребят из «Снов Синей Собаки», они нифига не крутые. Они прямо так и говорят в своем новом клипе, по которому, в общем-то, большинство белорусов их и узнали. Вставить, к сожалению, не можем, потому что там есть ровно одно нехорошее слово (ребята извинялись). Но ссылка вот — можете глянуть, а потом вернуться к тексту.
— Крутости же действительно нет. Никто не крутой, все равные.
— Но Влад немного равнее, — цитирует Оруэлла Таня.
Все ржут, Влад смущается.
— Как этот клип случился… В общем, нас снова все нашло само. Мы подружились с Гошей Бизюком из продакшен-команды Krok Films, и просто в какой-то момент он нам сказал: «Классная песня „Крутой“ — давайте снимем клип?» Бесплатно, прикинь, чисто за идею. Целый год эту тему мусолили, потом собрались и сняли все за день.
— Каково это — играть труп?
— Холодно. Но через пару часов на секционном столе я уже понял, что отморожу пятую точку, и смирился. А еще ребята перед съемками говорят мне: «Купи чекушку!» Спросил зачем — ответили: «Потом поймешь». Оказалось, что актеры, когда играют мертвых, берут с собой в гроб бутылку водки. И потом, после съемок ее надо выпить, чтобы ничего страшного с тобой не произошло. Такая традиция.
— Как нашли патологоанатома в клип? Вот он точно крутой!
— Еще какой крутой! Профессиональный актер театра, снимается в сериалах — очень профессиональный дядя. На репетициях миллион раз наш трек пропел, чтобы везде попасть. Пришлось его в итоге разочек пнуть рукой, чтобы он попал в синкопу в одном моменте, но в итоге все сложилось круто. Даже в самых хейтерских комментариях его хвалят. Вот мой любимый:
«Хотел бл****уть для начала. И для конца. Но передумал: дед такой живой… Поел селедочки с душком на Бородинском. „Сегодня“ похоже на праздник».
Каждое слово великолепно, я просто не знаю, как человек это придумал!
Хет-трик в финале турнира «Кожаный мяч» и обломанная концовка
Хотелось бы закончить каким-то воодушевляющим сопливым выводом, чтобы вы ну точно побежали слушать ребят. Но, кажется, мы его уже проговорили. История «Снов Синей Собаки» — это череда случайностей, в которых везет тем, кто везет. Если ты чего-то хочешь и ты делаешь что-то искренне, то все остальное приложится в процессе. Главное — поверить самому. Поверить в странную, но интересную музыку, которую ты впервые услышал в клубе с плохим звуком, как Таня и Ваня. Поверить в парня-ноунейма из интернета и найти в новом проекте отдушину от надоевших кабаков, как Дима. Поверить в себя не иронично, а по-настоящему и ради музыки даже уйти с привычной офисной работы, как Влад. Причем в 26 лет, когда многие уже выбрали бы стабильность, а не вот это вот все. У Влада на это есть аргументированный ответ.
— Музыка в тебе копится, и, если ее не выплеснуть, пока ты еще не совсем старый, она в тебе сгниет. Не зря говорят, что нереализовавшиеся взрослые люди в итоге часто уходят в депрессию и спиваются. И вспоминают, как они когда-то что-то, «хет-трик в финале турнира „Кожаный мяч“» и все такое прочее. Мы просто так не хотим.
— Кстати, Гена Букин в сериале не пил. Я только что это понял. Как нереалистично…
— Да, в жизни бы он бухал еще как…
— И бил Дашу.
— И Свету. И собаку.
На том и закончим. Никакой вам сопливой концовки — всем постпанк!
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by