Странное чувство было у Эли. Мужчина рядом с ней шел молча, но ей казалось, что она «слышит», ощущает его. А это волнение, захлестнувшее, оно же, наверное, не к месту. Просто посидят на кухне, выпьют по чашечке кофе...
В конце концов она подумала:
«Зачем ты врешь себе? Ведь ты же этого хочешь!»
Думала об этом весь день.
Другое дело, хочет ли он? Поправила узел волос на затылке и неловко улыбнулась мужчине:
- Лифт у нас какой-то медленный стал в последнее время. Ползет слишком долго...
И тут же отвела взгляд. Потому что в его темных глазах ей почудился голодный зверь. Ох, как это на нее действовало. Мурашки по коже. Наконец лифт приполз, останавливаясь по дороге на всех этажах.
- Наверное, мальчишки балуются, - выдохнула она, нажимая на нужную кнопку.
- Да, - негромко проговорил он и замер рядом, глядя в сторону.
Новая волна мурашек.
Нет, так не пойдет, подумала она. Надо что-то делать с собой.
А лифт тем временем дошел. Пройти несколько метров по общему коридору, остановиться перед своей квартирой, отпереть - совсем несложно. А воздух как будто загустел и с трудом проходил в легкие. Но вот они уже вошли. Эля первой, Михаил за ней. А в прихожей тесно, его дыхание за спиной...
- Дай ключи, я закрою, - проговорил он и коснулся ее локтя.
Голос звучал низко, ей показалось, что ее прошивает молнией. Однако опомнилась быстро.
- Да, конечно, - протянула ему ключи. - Возьми.
А сама сбежала в кухню. Потому что опасно ей было стоять вот так, рядом с ним. Слишком близко. А там, уже в кухне, стало накатывать смятение. Надо делать что-то, она ведет себя глупо.
Ужин! Спасительная мысль пришла сразу.
- Миша, ужинать будешь? - она повернулась.
Мужчина стоял в дверях. Темноволосый, хмурый, как будто он весь в тени, и только темные глаза смотрели напряженно и жарко. Он молча кивнул, а Эля сразу же отвернулась, боясь прочесть то, что было сейчас в его взгляде.
Готовить ужин.
Это поможет отвлечься. Она стала быстро доставать из холодильника что было, а там небольшая кастрюлька борща.
- Будешь борщ?
Он шумно сглотнул и сел за стол.
- Буду.
Эля суетилась, раскладывала по тарелкам, разливала борщ, а чувствовала себя так, словно этот молчаливый мужчина занял собой все пространство и даже вытеснил из легких воздух. Потом она убирала тарелки, и вдруг он накрыл ее руку своей.
- Эля.
А она замерла.
***
Все это время он чувствовал, как в него вгрызается самый настоящий мужской голод. Старался сдерживать себя и не смотреть ей в глаза. Помогало слабо. Тогда он переключился на то, что должен был сделать с самого начала - сказать, что ей лучше перебраться к нему. Предвидел ее реакцию, понимал, что она может не согласиться, проговаривал мысленно аргументы.
И вот сейчас. Спонтанно, вдруг.
Но это было необходимо.
- Эля, здесь недостаточно безопасно. Я не могу быть уверен.
- Что?..
На какое-то мгновение страх отразился в ее глазах. А он готов был порвать за этот ее страх любого. Но вслух сказал:
- Поэтому я останусь сегодня здесь.
И быстро добавил, видя, как легкая паника в ее глазах растет.
- Постелешь мне на диване. Я... кхм, - он прокашлялся. - Обещаю, что мое присутствие никак не отразится.
Секунду Эля смотрела на него, зрачки стали просто огромные, потом проговорила: - Конечно. Сейчас, только уберу со стола.
***
Пока она стелила ему на диване, Шахов был в кухне. Стоял у окна, заложив руки в карманы брюк, ждал, пытаясь задавить возбуждение, гулявшее в крови.
- Ты можешь пока сходить в ванную помыться, - она вынесла ему огромное полотенце. - А я потом.
- Нет, - проговорил он. - Ты первая.
Вырвалось спонтанно, она уставилась на него, а воздух как будто завибрировал.
- Я не хочу нарушать твой привычный распорядок. Я... потом.
Она наконец выдохнула:
- Хорошо.
Ушла в ванную, скоро послышался шум воды. Он беззвучно застонал и запрокинул голову. Все чувства обострились в разы. Не нужно было видеть, чтобы ощущать. Даже через стены.
***
Когда он сказал, что останется у нее ночевать, Эля просто не знала, как себя вести.
Что значат его слова?
В голове вертелось: «Здесь недостаточно безопасно. Я не могу быть уверен».
Ах да, безопасность. Конечно же, безопасность, ничего личного. Он просто защищает ее, это же так по-дружески. По-рыцарски. Вдруг захотелось заплакать.
Но вот это потом...
«Постелешь мне на диване. Я... кхм. Обещаю, что мое присутствие никак не отразится».
Эта странная недосказанность. На чем отразится? - хотелось крикнуть ей. Хотелось, чтобы он договорил.
«Скажи это, прошу, - всматривалась она в его глаза. - Скажи, чтобы я могла понять. Скажи...»
Потому что она опять не знала, как себя вести. А ощущения зашкаливали. Она не смотрела в его сторону, только в пол, и все равно улавливала все. Малейшее движение, его глубокое медленное дыхание, стук его сердца. Ей казалось, она слышит, ощущает тяжелый, полный пульс. А может, это стучало ее собственное сердце?
Нервы. Надо было что-то делать, и она делала. А в мыслях только одно.
Мужчина остался в ее доме. Да не просто мужчина, это же Шах! Тот самый. Опасный. Это его она когда-то до холодной дрожи боялась. Сейчас она не могла понять, где были ее мозги. Как она могла не «видеть» его.
О, зато сейчас она его видела. Закрывала глаза, стоя под душем, и ощущала его. Как если бы он ее касался. В конце концов не выдержала, согнулась, прикусила кулак и застонала: - Мммм...
В следующее мгновение дверь ванной снесло. Он рванул в сторону дверцу душевой кабины, глаза тревожные, дикие.
- Что с тобой, Эля?! Что?! Тебе плохо?!
Перехватил ее. Как был, в костюме, не обращая внимания на то, что она мокрая, прижал к себе.
- Эля, что с тобой? Ты стонала. Тебе плохо? - голос срывается, дрожит. - Эля!
Она прижалась к нему всем телом.
- Мне... хорошо.
- Эля... - мужчина замер. - Ты же не пожалеешь об этом завтра?
- Нет, - покачала она головой.
Тогда он сорвался с места. На ходу укутал ее большущим полотенцем и быстро понес, усадил куда-то.
- Сейчас, сейчас... - вытирал ее, лаская, выцеловывая на мокром теле дорожки.
- Мммм... А-а-ааааа, - кричала она, выгибалась дугой в его руках.
- Сейчас.
Он уложил ее на простыни и лег рядом. Невозможно удержаться, невозможно открыть глаза. Его тело, крепкое, словно стальное, переполненное лютым голодом. Этот голод один на двоих, его можно утолить только вместе.
Сколько это продолжалось? Разве она знала? Ей просто было хорошо.
Потом он прижимал ее к себе. Так крепко, словно боялся потерять. А Эля была по-настоящему счастлива впервые за долгое время.
Уплывая в сон, она подумала, не пожалеет об этом никогда. И еще, что он промочил всю одежду.
***
От дома бывшей жены Александр поехал к отцу. Хотел еще днем, но днем он был слишком зол, а для разговора с отцом нужна была холодная голова.
Отец был в офисе, как он и предполагал. Увидев его, поинтересовался:
- Зачем пожаловал, мальчик? Деньги нужны?
Александр захлебнулся внутренним рычанием, он ненавидел эту проклятую манеру отца при любом случае унижать его. Но не в этот раз.
- Неприятности у моей бывшей жены - твоих рук дело? - спросил с порога.
- А если и так, то что? - Королев-старший принял вальяжную позу, откинувшись на спинку кресла.
- Запомни, - Александр оперся ладонями о его рабочий стол, подался вперед и сказал ему лицо: - Оставь ее в покое, или пожалеешь.
А потом ушел, хлопнув дверью. Плевать ему было, что папаша цедил ядом ему вслед. Рано или поздно все кончается. Кончится и это. Домой он поехал не сразу. Сейчас просто не вынес бы разговоров с Марго. Время надо было убить, и проболтался где-то час. И только потом.
Жена встретила его без слов. В этот раз Александр сам сказал чуть ли не с порога:
- Мне надо поработать.
Она кивнула, спросила только:
- Ужинать будешь?
- Нет. Я в городе поел.
- А... - и отвела взгляд.
- Марго, - притянул он ее к себе, внезапно почувствовав, что так нужно. - Ты... Мне правда надо поработать.
Она вдруг просияла тихой улыбкой.
- Конечно.
Ушла в спальню, а он заперся в кабинете. И проторчал полночи перед монитором, думая о том, что Шах сейчас может быть у Эльки. И если только... Если только.
Кулак впечатался в стол.
Он наконец пошел спать.
Утром первое, что он сделал, это поехал к Шаху. Вызвать его на разговор. И если только он увидит проклятое торжество в его глазах, если только тот заикнется... Он не знал, что сделает.
Однако Шах был непроницаем. Выглядел, как обычно, по его лицу ничего невозможно было понять.
***
Михаил видел, что Сашка Королев явился к нему с утра пораньше неспроста. Что того распирает просто от ревности и подозрений. И он не мог дать ему понять, что у них с Элей было. Ни за что. Он не хотел даже мысленно при Короле этого касаться.
В конце концов разговор пошел о делах.
А когда Александр Королев ушел, он позвонил Эле и тихо спросил:
- Как ты?
И услышал сказанное шепотом:
- Хорошо.
Губы дрогнули в улыбке, он закрыл глаза и потер переносицу, вспоминая, как прошло утро. Потом сказал:
- В обед я тебя заберу. Сходим куда-нибудь.
Дождался тихого «Да» и прервал вызов.
Некоторое время еще сидел, глядя в пространство. Улыбка медленно сползла с лица.
Проклятый спор. Сейчас он бы многое отдал, чтобы этого идиотского спора никогда не было. За каким чертом он вообще эту шумиху поднял? Не мальчик же! Нужно было просто тихо приехать, как только узнал, что Эля свободна, и просто быть рядом. Просто быть с ней.
А теперь он не мог успокоиться, ему было тревожно. Меньше всего Михаил хотел причинить ей боль. Но! Мужчина мысленно выругался и с силой припечатал ладонь к столу. Когда он начал копаться в этом деле, столько всего выплыло. Теперь он уже не мог оставить ее в неведении, считал, что не имеет на это права. Ведь это ее жизнь. Речь о ее сыне, который... Так до сих пор и неизвестно, умер тогда или жив и находится где-то. Если это так - просто уму непостижимо. Он представлял, какой это будет для нее удар, если это так.
Ему хотелось забрать ее отсюда прямо сейчас. Просто увезти подальше от всего, чтобы она никогда об этой грязи не узнала. Желание было так сильно, что мужчина уже готов был принять волевое решение. Он даже открыл ее контакт, но тормознул себя.
После приема в субботу.
Должно было решиться слишком многое.
***
А у Эли с утра голова кружилась от счастья. Но это счастье надо было скрыть. Поэтому она с утра принялась за работу. Вчера она относила дела на подпись, часть из них исполнительный директор подписал, часть вернулась с пометками. Секретарь сказала, что новый сотрудник из отдела юридического сопровождения обнаружил какие-то недостатки. Сейчас она пересматривала их заново.
Все-таки не зря ей показалось, что дел как-то многовато.
Странно. Она нахмурилась. Стала смотреть пометки, вложенные дополнительно, и тут в кабинет постучались. Не успела она сказать: «Войдите», как в дверь просунулась голова ее «заклятой подружки», той самой сотрудницы.
- Элиночка Игоревна, здравствуйте. - Оглядела ее и выдала: - Замечательно выглядите. Такая кожа сияющая. Признайтесь, это все после... м? Ну, вы меня понимаете?
А глаза так и косят, и видно, что ее распирает от любопытства.
«А вот фига тебе», - подумала Эля, а вслух сказал:
- Это просто новый крем для лица.
- Хмм? Да ладно? - недоверчиво хмыкнула та и повела шеей.
- «Элюаж», - Эля вовремя вспомнила, что случайно видела, как это название мелькнуло в рекламе.
- Надо попробовать, - насупилась сотрудница, потом вдруг переключилась на дела, лежавшие перед Элиной на столе: - А это что? Вернули? Странно.
- А, да, - кивнула Эля. - Это наш новый юрист обнаружил какие-то недостатки.
И перечитала наконец пометки. А там был указан номер листа, на котором не хватает ее подписи. Ее подписи? Элина удивилась, однако открыла лист с прикрепленным к нему стикером. Действительно, ее подписи не хватает. Такого просто не могло быть. Она же помнила.
Только собралась поставить свою подпись, а потом внимательно перечитала документ и пробормотала:
- Чушь какая-то. Откуда это здесь?
Как будто голос Шахова в голове раздался: «Что ты подписывала?»
Она отложила ручку и стала внимательно вглядываться. Что за странная доверенность на ее имя? Какая-то непонятная фирма, занимающаяся оформлением. Зачем нужна эта прокладка, если они напрямую работают? Откуда это вообще могло тут взяться?! Она не подшивала этого сюда уж точно!
- Что, Элина Игоревна? - переспросила сотрудница.
- Какое-то недоразумение, - ответила Эля.
Перетряхнула остальные дела, в двух еще обнаружилась такие же доверенности. Она сначала застыла, прикрыв рот ладонью, потом, не обращая внимания на что-то лопотавшую рядом сотрудницу, подхватила со стола папки и пошла в кабинет к директору.
А у него в тот момент как раз находился тот новый сотрудник. Юрист. Ей пришлось ждать в приемной. Пока ждала, чего только не пришло в голову. А это самое «Что ты подписывала?» просто набатом ревело в голове. Позвонить? Но ей стыдно было беспокоить Шахова по всякому чиху. Потом все-таки решилась.
- Я на минуту, - сказала секретарю, а сама вышла из приемной и набрала его контакт.
- Да! - он откликнулся сразу. - Что случилось?
- Я не знаю... - начала она, прикрывая гаджет ладонью.
- Эля, что?!
- Кажется, у меня проблемы.
Тихое ругательство донеслось, в следующую секунду она уже слышала его стальной голос:
- Что? Говори.
- Мне неудобно нагружать тебя этим, у тебя своих дел полно... - начала она.
Но все же рассказала про те доверенности. Он слушал молча, потом сказал:
- Не волнуйся. Я сейчас приеду.
- Миша...
- Тшшш, все хорошо.
Разговор прервался, а ей то ли расплакаться от облегчения, то ли улыбаться хотелось. Однако передышка закончилась. Секретарь выглянула из приемной:
- Элина Игоревна, зайдите к дтректору.
- Иду, - проговорила она.
Настроение опять испортилось, предчувствие возникло неприятное. И да, предчувствие оказалось правильным. Юрист уже сидел там. Ее ждали. - Проходите, Элина Игоревна, мы как раз говорили о вас.
- Добрый день, - кивнула она и положила папки на стол. - Я тоже хотела бы задать несколько вопросов.
И подняла взгляд на юриста.
- Не могли бы вы объяснить, откуда в делах взялись эти документы?
- Именно это я хотел спросить у вас, - произнес тот. - Я пересматривал дела, обнаружил эти документы и вернул вам на доработку.
- Но их не должно быть здесь, - сказала Эля, невольно раздражаясь. - И вы же видите, они не подписаны.
- Это уже вопрос не ко мне, - сухо ответил тот, а на лице обозначилась неприятная усмешка.
Повисло молчание. Директор смотрел на нее, на него.
Получалось, что ее слово против слова этого человека. Ничего не докажешь, а на нее бросили тень.
- Это, - она еще раз с нажимом произнесла, - не моя работа.
Потом повернулась к директору.
- Я работаю по социальным программам уже около четырех лет. Прошу провести экспертизу по всем делам. Вы убедитесь, что ничего подобного в оформленных мной делах нет и никогда не было.
- Всегда что-то происходит впервые, - проговорил юрист.
А она просто не выдержала.
- Прошу прощения, - кивнула директору и вышла.
Вернулась к себе в кабинет, а там эта «заклятая подружка».
- Ну что, Элина Игоревна?
- Неприятно вышло, - проговорила она, скрещивая руки. - Будет экспертиза.
- Да как же? - та аж задохнулась. - У вас же ни одного нарекания... Несправедливо! Если надо, я могу подтвердить.
- Спасибо, - устало кивнула Эля. - Пока ничего не нужно.
- Ну вы смотрите, если что...
Ушла наконец.
Эля еще некоторое время сидела, глядя перед собой. Потом пыталась работать. Но как работать в таком состоянии?!
А спустя полчаса позвонил Шахов:
- Эля, я уже здесь. Жди и не дергайся.
***
Когда женщина вылетела из директорского кабинет, юрист только проводил ее взглядом. А потом позвонил тому, кто его сюда устроил, и сообщил:
- Дело сделано. Она не отмоется.
- Быстро, - усмехнулся Королев-старший.
Вальяжно откинулся в кресле и набрал контакт сына.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Екатерина Кариди