Вред, нанесенный природе деятельностью человека и предприятий, нередко исчисляется миллионами рублей. Но чтобы его определить, приходится пройти несколько инстанций судов со сложными процедурами доказательств и экспертиз. Чаще же всего рассуждения о вреде природе носят в суде общефилософский характер, а решения опираются на аналогии с очень слабой привязкой к Гражданскому кодексу. Проанализировав сложившуюся судебную практику, депутат петербургского Заксобрания Андрей Рябоконь нашел юридический пробел и просит его восполнить.
Вред для всех
В Гражданском кодексе есть целая глава, посвященная обязательствам виновных в причинении вреда. В ней идет речь о вреде, который нанесен человеком человеку: и взрослым, и детям, и работникам, и собственникам имущества, и юрлицам. Открывает эту главу статья № 1064, где в самом первом пункте сказано: «Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред». Андрей Рябоконь предлагает изменить этот пункт ГК, дополнив это положение требованием возмещать в полном объеме и вред, нанесенный окружающей среде.
В пояснительной записке он аргументировал свою инициативу весьма расплывчато: «Специфика земли, недр, вод, животного мира состоит в том, что они одновременно являются не только имуществом, объектом права собственности и иных вещных прав, но и природным объектом как составной частью окружающей среды, обладающим признаком естественного происхождения, состояния в экологической цепи природных систем, способным выполнять экологические, экономические, культурные функции и обеспечивать качество среды обитания человека. Таким образом, объектом причинения вреда в случае совершения экологического правонарушения являются одновременно и имущество, и природный объект».
На словах же депутат пояснил, что хочет восполнить пробел, о котором уже много лет говорят в юридических кругах. По его мнению, несправедливо, что богатство, данное природой, сегодня в системе общественных отношений защищается вне гражданских прав человека и юридических лиц. А следовательно, надо поднять статус самого понятия защиты окружающий среды.
До первого петуха
Как пояснили юристы, идея исходит из желания упростить и конкретизировать судебные процессы о защите природы. Сегодня российская Фемида накопила достаточно опыта, чтобы требовать компенсацию за нанесенный ущерб окружающей среде. Это касается и хозяев дачных участков, которые вдруг задумают проводить эксперименты с вредными удобрениями, и собственников заводов, которые выливают отходы в ближайшую речку, и нефтяников, оставляющих после себя безжизненные пространства, и тех, кто выжигает леса. Профильные ведомства, от Роспотребнадзора до Минприроды, уже научились требовать компенсации и восстановления ландшафтов. Правда, для этого иногда им приходится проходить все судебные инстанции и все уровни апелляции.
Накопленная практика еще в 2017 году привела к тому, что Верховный суд выпустил постановление Пленума, разъясняющее различные вопросы, связанные с возмещением вреда природе. Но почти во всех судебных разбирательствах используется некая «кривая схема»: иски подают на нарушение статьи 77 закона об окружающей среде одновременно со статьей 1064 Гражданского кодекса.
Андрей Рябоконь уточнил, что это значит на языке адвокатов: «Для успешного разрешения судебного спора юристы как бы притягивают к статьям закона об охране природы положения Гражданского кодекса о нанесении вреда. Но на самом деле в самом ГК и в статье 1064 нет ни слова об окружающей среде. Там конкретно говорится только о правах физических и юридических лиц. Пока есть накопленная практика, суды выносят справедливые решения как бы по аналогии. Но это может длиться до поры до времени, пока споры касаются рядовых участников общественных взаимоотношений. Если уничтожением природного богатства целенаправленно займется сильный игрок, а ему предъявят претензии, он сможет поднять вопрос, почему суды ссылаются фактически на пустую норму ГК, которая не касается защиты окружающей среды в принципе. Думаю, мы должны всегда по возможности избегать неоднозначных норм и предупреждать подобные риски».
А пока, убежден депутат, при отсутствии в ГК прямого указания на возможность привлечения к деликтной ответственности за уничтожение природных богатств правомерность ссылок в решениях судов на нормы Гражданского кодекса вызывает сомнение. А значит, при желании их можно оспорить.