Хочу поделиться своими личными впечатлениями от спектакля «Алло, мама!», который я посмотрела 25 сентября.
Публикация приурочена мною к 5 октября – Дню учителя, одновременно дню рождения моей матери в память о всех ушедших матерях, которые были для нас, «ничего не понимающих в жизни», первыми учителями.
Я шла на спектакль «Алло, мама!» и, как мне казалось, догадывалась, судя по названию и афише спектакля, о чем пойдет речь: на афише изображена молодая женщина, поза и выражение лица которой диссонировали с ее открытым вечерним платьем, за спиной безжизненно висела трубка телефона-автомата. Куда вглядывается эта женщина, тоскует ли о прошлом, думает ли о настоящем, мечтает ли о будущем – об этом и не только спектакль «Алло, мама!» драматурга, режиссера и художественного руководителя драматического театра «Парафраз» (г. Глазов) Дамира Салимзянова.
«…не солгали предчувствия мне»
Спектакль поставлен на основе старой, милой сказки о «Золушке», точнее, пьесы Евгения Шварца «Золушка», которая легла в основу знаменитого советского фильма. Я шла на спектакль в ожидании увидеть трагедию, драму, мелодраму - что-то в этом роде, но никак не комедию.
Очередной неожиданностью для меня стало то, что в спектакле-сказке не только не пытались уйти от реальности, а, напротив, вскрывали очень серьезные темы. Ни в пьесе Шварца, ни в жизнерадостном советском фильме трагическая тема тоски по прошлому, по ушедшим дорогим и любимым близким не поднималась: фактура сказки не требует знаний о том, есть у сказочного персонажа мать или какая бы то ни было семья или нет.
Ни в пьесе Шварца, ни в фильме не предполагалась возможность встретиться и поговорить с ушедшими дорогими и близкими людьми. В спектакле такая возможность героям была предоставлена. Итог этой волшебной встречи является главной темой спектакля – уметь отпускать прошлое, каким бы прекрасным оно не было, не проводить в прошлом свою нынешнюю жизнь.
В спектакле поднимается еще одна вечная тема, как нас учили еще в школе, - тема отцов и детей. Отсутствие матерей толкает друг к другу Золушку и Принца. Сводные сестры выросли без отца. Все психотравмы родом из детства и семьи. Говоря словами Марии Арбатовой: «У всех детей в глазах история болезни и состав преступления родителей».
Можно сказать, что предчувствия мне не солгали, ну, разве что чуть-чуть: для себя я определила жанр спектакля как трагикомедию с ударением на первую половину слова, хотя полного превращения комедии в ее жанровую противоположность в ходе спектакля не произошло.
«Юмор поднимает флаг»
Юмор в спектакле присутствовал во всех ипостасях, от самого незамысловатого, когда 4 раза бегущей строкой на экранах, установленных на сцене слева, появлялась надпись: «Алкоголь можно», вплоть до едкой иронии, сарказма и политической сатиры.
Танец охранника Евгения, с которого начинается и которым закачивается спектакль, – чистой воды стёб над современным танцевальным направлением контемпорари дэнс.
Одного из членов правительства фея Александра превратила в баклана, и он не захотел превращаться обратно. В контексте спектакля все понимают, что речь идет не о водоплавающей птице или острове в Узбекистане, а о члене правительства, который бакланит в смысле треплется, болтает. Смысловое значение этого слова на тюремном жаргоне - неопытный вор, мелкий спекулянт или хулиган.
Визуальная рамка спектакля со светящимися на концах трубами напоминает орган, внутри которого разворачивается действие. В ассоциативном ряду сразу всплывает механический органчик, выполнявший функции мозга у градоначальника Брудастого из сатирического романа М.Е. Салтыкова-Щедрина «История одного города».
Но если механический органчик Брудастого был способен воспроизводить всего две фразы – «Разорю!» и «Не потерплю!» - то в спектакле по контрасту множество литературных словесных конструкций, культурных ассоциаций, отсылок, коннотаций, которые делают спектакль многослойным.
На экране весь спектакль сопровождают кадры из фильмов «Золушка», «Обыкновенное чудо», звучит колыбельная песня Звездочета из фильма «Про Красную Шапочку», песня «Девочка-пай» Михаила Круга и «Антидепрессанты» рок-группы «Ленинград». Культурные ассоциации возникают с трагедией Шекспира «Гамлет», с пьесой испанского драматурга Кальдерона «Жизнь есть сон» и, конечно, с классической русской литературой, в которой приводить в разум принято, как водится, с помощью топора.
«Маска, я тебя знаю»
Практически все персонажи имеют свой индивидуальный характер. Король в первые секунды предстает в образе бомжа, который просто идет выбрасывать мусор, потому что ему нечем заняться, а надо бы.
Королевские охранники каждый со своей особенной чертой: один танцует для восстановления душевного равновесия, другой необычайно эмпатичен, третий абсолютно честен, правда недолго.
Шикарные образы в стиле аниме создали сводные сестрички, одна из которых даже исполнила песню на японском языке.
Главный научный сотрудник-волшебник из НВБ (научное волшебное бюро) с подмастерьями-феями сосредоточенно лопает пузырьки на пузырчатой пленке.
Добрая фея–крестная «столько за один день добра делает», что на 2 года вперед обеспечивает чистоту своей кармы.
Паж чистосердечно признается, как в киносказке, что он «еще не волшебник, а только учится».
Принц в качестве серенады поет Золушке блатную песню «Девочка-пай» Михаила Круга, потому что когда-то так делали его родители.
Две мамы и отец на «том» свете все чувствуют и продолжают любить своих детей.
По ходу пьесы с героями происходят перемены. Первая перемена с королем происходит, когда он с помощью охранников находит цель в жизни и начинает заниматься сыном, вторая - после телефонного разговора с умершей женой.
Принц, которому не пришлось толком разворачивать «поисковую операцию», чтобы найти Золушку, приходит к выводу о необходимости «новых подходов» без упоминаний про «шкур центровых».
Из-под красивой к тому же двойной маски сводных сестер начинают звучать здравые размышления с последующими попытками творить добро топорами.
Проклятая ностальгия (Nostalgia canaglia)
Ностальгической темой пронизан весь спектакль. Термин «ностальгия» состоит из двух греческих слов: nostos – «возвращение домой» и algos – «боль», из чего прямо следует, что тоска по прошлому может причинить боль. Вплоть до XIX века ностальгия считалась психическим расстройством. Сейчас так не считают, но знают, что путешествия во времени в безвозвратное прошлое чаще сопровождается негативными эмоциями и приводит к внутреннему конфликту, хронической тоске и депрессии.
Кстати, переживание заново самых прекрасных моментов жизни может оказаться ничуть не менее разрушительным, чем переживание самых тяжелых. «Родители, вы что, охре…ли? Хватит гоняться за химерами. Живите настоящим, будьте настоящими», - этими словами режиссер предлагает нам попробовать не возвращаться в прошлое очень часто, не любить прошлое так сильно, как мы его любим. Не доски мемориальные устанавливать, а порадоваться за тех, кто пока еще рядом. Тогда и антидепрессанты не понадобятся.
По понятным причинам мне очень близка медицинская составляющая спектакля, проявляющаяся в отдельных деталях: белые халаты ученых из НВБ, прибор для измерения артериального давления на руке у главного ученого, волшебный пластырь, который Принц лепит на ногу Золушке, не говоря уже об антидепрессантах, которые ждут в качестве новогоднего подарка.
Даже неосознанное действие в виде лопанья пузырьков на пузырчатой пленке, при котором мелкая моторика пальцев рук придает организму ощущение упорядоченности, является естественным транквилизатором. Мозг человека при этом вырабатывает норадреналин и дофамин, которые попросту называются гормонами счастья.
Можно сколько угодно внушать пациентам мысль о том, что переживание негативных эмоций «вредит вашему здоровью», а можно посмотреть спектакль «Алло, мама!», где эта информация преподносится и вербально, и визуально.
Призывом к заботе о своем здоровье звучат слова главной героини: «Мама, ты просто обязана о себе заботиться, если у тебя есть я. Ты просто обязана себя беречь».
«Чтобы не было мучительно больно»
Реальному миру свойственен мучительный ход вещей и в жизни каждого из нас неизбежно наступает момент, когда на пом(г)осте жизни мы остаемся без единственного родного человека – матери. Сердце скручивает мучительным спазмом от осознания невозвратности прошедшего времени, от того, что материнской теплоты, заботы, укрытости в нашей жизни уже не случится… Никогда. И междометный возглас «Алло» мама не услышит...
Режиссер проявил такт и милосердие по отношению к нам, зрителям, поставив спектакль на основе сказки, потому что фактура сказки позволяет затрагивать тему «безвозвратных потерь» относительно безболезненно.
«И я того же мнения»
Спектакль «Алло, мама!» в постановке Дамира Салимзянова признан лучшим на третьем Всероссийском моножанровом театральном фестивале «Комедiя-ФЕСТ в Нижнем Новгороде в 2024 году. Фразу из спектакля «Просто повеселимся те, кто еще умеют это делать», по мнению жюри, вполне можно считать девизом фестиваля.
В спектакле, который начался вовремя в полном соответствии с королевским этикетом, мне понравилось все: световое сопровождение, живая музыка, вокал, танец, костюмы. Все в спектакле было «нелепо, смешно, безрассудно, безумно – волшебно». После спектакля, в котором органично переплелись сказка, философия, психология, медицина, фантазия, немного политики в неповторимом миксе смешных и трогательных моментов, многие зрители выходили со слезами на глазах.