Все мы со школьных времен помним увлекательную историю, как мореплаватели Древней Греции, проникнув в Черное море, назвали его Понт Аксинский (Πόντος Ἄξενος)— Негостеприимное море. И попасть-то в него было сложно из-за узких проливов, и климат показался суровым, и по берегам жили недружелюбные племена. Но потом, освоившись и основав на этих берегах свои колонии, греки переименовали море в Понт Эвксинский (Πόντος Εύξεινος) — Гостеприимное море.
Ну, о проливах и говорить нечего. Босфор и Дарданеллы за прошедшие 27 веков не изменились, и судоходство через них весьма оживленное, хотя современные корабли не в пример крупнее эллинских. Климат черноморских курортов мало чем отличается от привычного для греков. Прибрежное население — да, оно в древности чужаков не очень жаловало, как, впрочем, и в Средиземноморье, но греки к нему быстро приспособились. Так что уж очень негостеприимным Понт для отнюдь не изнеженных эллинов не был.
Известно, что гидронимы — названия рек и водоемов — очень стабильны и часто сохраняют имена, данные уже давно исчезнувшими народами. Дон, Днепр, Днестр, Дунай — память об ираноязычных скифах и, может быть, тоже ираноязычных аланах (тут везде иранский корень danu/don— река, поток, сохранившийся в названиях сотен осетинских рек: Фиагдон, Нардон, печально известный Кармадон и пр.). Но ведь греки не были первыми в Черном море. В Северном Причерноморье долго властвовали те же скифы, а путь через проливы до ионийцев из Милета проложили семиты финикийцы.
Для средиземноморских финикийцев, как и для греков, Черное море было морем северным. А как звучало «северный» на языке этих великолепных мореходов? «Ашкéнас»! (это же слово много позже закрепилось в названии большей части других семитов, евреев-ашкеназов). Йам Ашкенас — Северное море, вот как они его называли.
Очевидно, что Аксинский (Ἄξενος) — это простое заимствование финикийского слова, переосмысленное греками по созвучию: Ашкенас (Северное) — Áксенос (Негостеприимное).
Но не все так просто. С Севера к Черному морю, как уже сказано, выходили владения скифов. Есть предположение, что они называли это море Ахшайна (*Axšaina; звездочка означает, что это слово мертвого языка, незафиксированного в письменных источниках), то есть Черное, Темное, Непрозрачное. Но тут есть вопросы. Вообще в Северное Причерноморье скифы-сколоты медленно проникли к VIII веку до н.э., раньше греков. Но дошли ли они сразу до черноморских берегов, учитывая, что это были кочевники, а не торговцы или мореходы, и само море их вряд ли интересовало — кочевникам нужно степное разнотравье для их табунов? Реки — да, это и неисчерпаемый источник пресной воды, и преграда, которую надо преодолевать при набегах, и защитный барьер при отступлении. Так что Дон с Донцом, Днестр-Данастр, Днепр-Дануприй, Дунай-Данубий входили в сферу их жизненных интересов, а вот море… К тому же сам принцип называния по цвету предполагает, что назывателям известны и другие цветовые варианты морей — как при всяком использовании эпитетов: если есть что-то Большое, то есть (или было раньше) и Малое, Новый становится таковым, когда есть (или был) Старый, Черный неизбежно подразумевает, что есть и другие цвета. А откуда степнякам-сколотам разбираться в оттенках разных морей?
Правда, есть мнение, что цветами в древности обозначали стороны света, и черный закрепляли за Севером. Но для скифов Черное море точно не было северным, а персы (в древнеперсидском язык черный звучал как ахшаэна — axšaena) оказались на его южных берегах только в середине VI века, когда возникла великая Персидская империя Ахеменидов. Напомню, греки к этому времени уже вовсю осваивались здесь.
Сдвинемся восточнее, к Каспийскому морю. Считается, что оно получило имя по скифскому (сакскому) племени каспиев, кочевавших к юго-западу от него и к V веку ставших данниками Ахеменидов. То есть не скифы назвали море, а по их этнониму кто-то другой (очевидно, персы, в империю которых они попали). А для самих каспиев, скорее всего, это было просто Море, как для сколотов (или аланов) первая большая река на их пути к Западу стала просто Рекой — Доном. Представляется, что и сколоты, по крайней мере, на первых порах, звали Черное море бесхитростно — Морем.
В общем, если они и стали называть море Черным (а ведь письменности у них не было, так что нет и текстов-свидетельств), то это вряд ли произошло сразу в VIII веке. И не они ли заимствовали название у финикийцев или, скорее, у тех же греков, подогнав под свой язык уже греческое Аксенос? Ведь с греками скифы общались тесно, а греки как раз были завзятыми мореходами.
Вот такая интересная история про Негостеприимное—Гостеприимное—Северное—Черное море.