Да, д а ... я презираю нервы, Истерику, упреки, все. Наш мир — широкий, щедрый, верный, Как небеса, как бытие. Я презираю слезы, — слышишь? Бесчувственный я, так и знай! Скажи, что хочешь ... тише, тише ... Нет, имени не называй. Не называй его ... а впрочем Все выдохлось за столько лет. Воспоминанья? Клочья, клочья. Надежды? Их и вовсе нет. Не бойся, я сильней другого, Что хочешь говори... да, да! Но только нет, не это слово Немыслимое: никогда.
Да, д а ... я презираю нервы,
Истерику, упреки, все.
Наш мир — широкий, щедрый, верный,
Как небеса, как бытие.
Я презираю слезы, — слышишь?
Бесчувственный я, так и знай!
Скажи, что хочешь ... тише, тише ...
Нет, имени не называй.
Не называй его ... а впрочем
Все выдохлось за столько лет.
Воспоминанья? Клочья, клочья.
Надежды? Их и вовсе нет.
Не бойся, я сильней другого,
Что хочешь говори... да, да!
Но только нет, не это слово
Немыслимое: никогда.