В детстве мы часто прибегали к родителям в слезах. Те успокаивали нас и говорили, что теперь мы стали умнее и уже знаем как не надо делать, чтобы потом не было больно. А потом мы выросли и стали самостоятельными. Мы уже не прибегаем к родителям, когда плачем. Почему же мы продолжаем страдать? Возможно, мы уже не становимся умнее?
Причина для страданий
В молодости я был очень агрессивным. На форзаце моей записной книжке значилось кредо: "Если ты сегодня не подрался, значит, этот день прожит зря". Я был искренне убеждён, что драться - это хорошо. Потому что добро должно быть с кулаками. Закончилась борьба добра со злом криминальной историей, брошенным институтом и армией. Самолюбие не позволяло мне плакаться в папину жилетку, но, слушая стук колёс воинского эшелона, я думал о том, что где-то я не прав.
Если твоя жизнь начинает разрушаться и ты получаешь не те результаты, которые ждал, то, по всей видимости, что-то не так с твоей картиной мира.
Но:
- признаться в этом бывает очень сложно;
- гораздо проще сказать, что твои страдания совершенно нормальны, и всё так и должно быть.
А раз всё так и должно быть, то, значит, нужно продолжать страдать. И я продолжал наступать на те же грабли снова и снова, набивая на своём толстом лбу шишку за шишкой. Родители и рады были бы достучаться до меня, но не могли. А тот Взрослый, что живёт внутри, почему-то не спешил себя проявить. А ведь это он должен был сказать мне:
- Раньше ты считал, что можно всякую бяку с пола совать в рот. Твоя картина мира это поощряла. А ещё тебе казалось, что ты можешь в садике выпить столько киселя, сколько хочешь и даже взять у соседа. Но ты сумел понять, что мир несколько сложнее. Потом ты гордился тем, что тебя сделали командиром октябрятской звёздочки, но настало время - и этот глупый пафос стал казаться тебе смешным. Это взросление: замена инфантильных убеждений более зрелыми. И не надо думать, что с совершеннолетием этот процесс остановился. Напротив, настала пора пересмотреть "самые святые" вещи, которые тебе кажутся аксиомами, не требующими доказательств.
Теперь я подозреваю, что даже седая голова не освобождает человека от перечеканки ценностей, если он желает продолжать взрослеть.
Негнущийся мир и святое упрямство
Андрей Макаревич давно уже спел о самом правильном:
- Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнётся под нас.
Спел красиво, профессионально и с чувством, но не объяснил, под кого "под нас" этот мир должен в конце концов прогнуться, и какой именно мир он имел в виду - мир, как общество, или мир, как Вселенную?
Очевидно, что Вселенная ни под кого не прогнётся, а проблема фанатизма, упрямства и скудоумия - это проблема отдельно взятых особей, отказывающихся менять свою картину мира, потому что им страшно или просто лень. Менее очевиден тот факт, что и с "нами" не всё так просто, потому что все наши убеждения привнесены в нас другими людьми, то есть обществом. А значит, они не могут претендовать на истину в последней инстанции и, вполне себе, могут пересматриваться, ставиться под сомнение или, хотя бы, обсуждаться.
Вот как Вселенная "учит" нас мудрости:
1. На основе своей картины мира мы создаём прогноз и действуем.
2. Ошибки в нашей картине мира приводят к ошибкам в прогнозе, а ошибки в прогнозе - к ошибкам в действиях.
3. Когда мы ошибаемся, то страдаем.
4. Страдание призвано привлечь наше внимание к проблеме: смотри - что-то не так с твоими убеждениями, раз ты снова получил по морде.
5. Мы находим убеждение, которое приводит к проблемам и меняем его на альтернативное.
6. Это позволяет нам не наступать на те же грабли.
7. Впереди ещё много грабелек, но гораздо меньше, чем позади и встречаются они всё реже. Говорю об этом с уверенностью, как человек, отказавшийся от убеждения, что драться - это хорошо. Было трудно, но жизнь в итоге стала легче и приятнее.
Ибо, как говаривал афинский мудрец: "Случай мало влияет на жизнь мудреца, ведь всё самое главное устроил для него разум"...