Всю ночь Луизе снился сон, как она летала на молодой тигрице, а люди, стоящие внизу, показывали на нее пальцем и говорили, что такого не бывает. Женщина пыталась им крикнуть, что в жизни бывает и не такое, но почему-то слова застревали в горле и ничего возразить им она не могла. Проснувшись и вспомнив об этом, она потянулась, и искренне пожалела о том, что такого в жизни уж точно не может быть.
«Жалко, что невозможно полетать вот так на самом деле. — разглядывая маленькую мушку, сидящую на потолке, думала она. — А во сне я почувствовала такое бесконечное чувство счастья от этого. От чего еще бывает счастье и можно ли объяснить это чувство?
Я думаю, что под этим может скрываться очень многое. — прозвучал голос бабушки Суви. — Ты можешь ощущать его оттого, что живешь, оттого, что у тебя есть работа, оттого, что ты вылечила Алекса или оттого, что подружилась со многими замечательными людьми.
Когда Алекс выздоровел, я, и правда, была абсолютно счастлива. Так же можно сказать и о том, когда я вышла из тени и обрела друзей. Но как быть с работой?
Она же тебе нравилась?
Я была ею довольна, потому что она мне приносила постоянный доход. А вот ощущения счастья не возникало никогда.
Ну, и чем бы ты хотела заниматься?
Вспоминая о том состоянии гармонии, когда я вылечила ребенка, то можно предположить, что это мое призвание.
Ты думаешь?
Мне кажется, что я должна была к этому прийти, и поэтому, возникшее желание, приносить людям добро, вернется бумерангом.
Я рада, что ты это поняла. Ведь не каждый может сказать такое про дело своей жизни.»
Женщина потерла глаза, и, посмотрев на часы, вскочила с кровати.
«Вот это я заспалась.» — подумала она и начала делать свою ежедневную гимнастику.
Минут через сорок Луиза вышла из комнаты и пошла разыскивать Штефана, который, как и все циркачи, готовился к отъезду. Она шла медленно, вспоминая, как вчера подъезжая к цирку, увидела закутанного с головой в плед юношу, который ходил взад-вперед около входа. Вдруг, почувствовав заполнявшую ее нежность, женщина поняла, что проваливается в чувства к этому юноше, как ложка в янтарный тягучий мед. Кажется, что есть время, чтобы вытащить столовый прибор, но от неверных движений предмет оказывается на дне банки еще быстрее.
«Так что же делать? — размышляла дрессировщица.
Ничего. — услышала она голос бабушки Суви.
Ничего? — переспросила Луиза.
Чтобы родился человек ему необходимо девять месяцев расти и созревать. Для того, чтобы вырос цветок любви так же нужно время.
А ты думаешь что это любовь?
Возможно. Ведь только ты можешь ответить на этот вопрос.»
Дрессировщица присела на край арены, и, по-детски подперев щеку кулаком, стала рассматривать свой туфель.
«А почему одни люди говорят, что они влюблены, а другие что любят? — продолжала пытаться разложить все по полочкам Луиза.
Потому что влюбленность и любовь это разные вещи. — отвечала ей старая саамка. — Влюбленность это выпитый залпом стакан молодого вина, который, утолив жажду, быстро ударит в голову, и человек на время может потерять способность передвигаться. Чтобы попробовать любовь, сначала нужно деликатно открыть бутылку, чтобы не было хлопка, и благородный напиток не встряхнулся. А уж потом наступит время наслаждения ароматом и чудесным букетом, который подарит незабываемое послевкусие.
Влюбленность это готовая еда, поданная в ресторане. — продолжала бабушка Суви. — А любовь — продукты в натуральном виде, из которых возможно приготовить не одно, а множество блюд.
Я плохая кухарка. — вздохнула Луиза.
Хотя тут и не идет речь о настоящем приготовлении пищи, но даже в этом случае любовь творит чудеса.»
Женщина пожала плечами, оглянулась кругом и увидела Штефана, который шел прямо к ней.
— Как тебе спалось? — заботливо спросил он.
— Все хорошо. — ответила дрессировщица. — Только я еще даже не завтракала. Попьешь со мной чаю?
— С удовольствием. — ответил тот. — В комнату все принести или на кухне посидим?
— На кухне. — решительно сказала женщина и взяла акробата под руку.
Когда душистый чай, который им подарила на прощание Елена, уже заварился, и Штефан начал разливать его в чашки, то в проеме двери появился Яник.
— Добрый день. — произнес он, хитро посмотрев на своих друзей. — Чаевничаете?
— Только собираемся. — ответила Луиза. — Присоединяйся. — предложила она.
Доставая еще одну чашку, акробат с сожалением подумал о том, что нужно было бы все-таки пить чай у Луизы в комнате. Не успел он об этом подумать, как появились Апполон с Эдмоном, которые тоже присоединились к ним.
— Где ты была вчера целый день? — обратился к дрессировщице Эдмон. — Штефан весь вечер тебя ждал.
— Я уже попросила у него прощения. — покачивая ногой и искоса поглядывая на акробата, сказала Луиза. — Было дело не терпящее отлагательства, да и тем более не кто иной, как губернатор приехал меня попросить принять в этом участие.
— Что же случилось? — спросил Апполон, пододвигая к себе поближе коробку с печеньем.
— Нужно было осмотреть молодую тигрицу, попавшую в капкан. — ответила дрессировщица и рассказала друзьям обо всем, что вчера с ней произошло.
— Она не могла бы заменить погибшего Оскара? — быстро сообразив, обратился к женщине Эдмон.
— Я тоже уже об этом думала. — кивнула циркачка.
— И в чем же загвоздка? — удивился воздушный гимнаст.
— Да нет никакой загвоздки. — пожала плечами дрессировщица. — Просто я еще не успела переговорить об этом с губернатором и с директором. Но я думаю, что такой вариант устроил бы всех. У Эдуарда-хозяина фермы и так зверей предостаточно, и скорее всего он не будет возражать, если тигрицу возьмет цирк.
В это время зашел кассир и сообщил о том, что приехал господин губернатор за Луизой. Женщина попросила Штефана так долго ее не ждать, если она задержится и в этот раз, и пошла к выходу. По дороге она встретилась с директором, которому в двух словах описала всю сложившуюся ситуацию.
— Вы думаете, что со взрослым зверем можно будет сделать номер? — прищурившись, спросил мужчина.
— Думаю, да. — ответила циркачка.
— За столько лет работы с вами у меня не было повода усомниться в необыкновенных способностях. — остановившись, проговорил господин Шелл. — Что нам нужно сделать для того, чтобы эта красавица оказалась у нас?
— Поговорить об этом с губернатором. — улыбаясь, произнесла женщина и сообщила директору, что машина господина Райле дожидается ее у входа.
Увидев появившихся в проеме директора и дрессировщицу, губернатор вышел из машины, чтобы поприветствовать их.
— Добрый день, Луиза. — с легким поклоном обратился он сначала к женщине, а потом повернулся к господину Шеллу. — Добрый день! Как я рад снова с вами встретиться!
Растроганный директор сильно покраснел от смущения, и долго тряс руку губернатору, повторяя вновь и вновь, что он тоже очень рад его видеть.
— Тут вот какая история вышла. — наконец начал разговор о животном господин Шелл. — Луиза предполагает, что та тигрица, которую она сейчас помогает вылечить, смогла бы работать в цирке.
— Это правда? — посмотрел на женщину господин Райле.
— Я не могу этого говорить с уверенностью, потому что это взрослое дикое животное. — начала объяснять дрессировщица. — Мне кажется, что данные у нее есть, и нужно просто начать с ней работать. Только время покажет, кто был прав. Тем более цирк после смерти Оскара остался без коронного номера, а если не будет таких сборов, то придется сократить труппу.
Когда Луиза сказала все это, то господин Шелл не смог удержаться и громко вздохнул.
— Держитесь, дружище! — обратился к нему губернатор. — Я поддерживаю вашу идею и все что в моих силах обязательно сделаю. Сейчас мы поедем к Эдуарду, посмотрим в каком состоянии находится наша больная, и после этого я думаю, что смогу убедить его не оставлять тигрицу в зверинце, а отдать ее вам. Давайте только обговорим сразу все детали. Если фермер согласится, а я думаю, что будет именно так, то когда, куда, и как ее перевозить.
— Если животное сможет перенести поездку сюда, то просто необходимо это сделать как можно скорее. — сказала Луиза. — Здесь я смогу ее быстрее вылечить, да и в это время она потихоньку сможет привыкать к нам.
— Это правильная мысль. — подтвердил директор. — Нужно на всякий случай приготовить клетку для будущей циркачки.
— Вчера я видела как ребята утром чистили клетку Оскара. — ответила дрессировщица. — Я еще удивилась, потому что ее же уже мыли, а они снова начали там убираться, как будто ждали, что появиться новая хозяйка этого жилища.
— А я вчера даже не выходил из своей комнаты, потому что целый день ломал голову над тем, как же нам теперь выстраивать репертуар и что делать с труппой, если не будет прибыли. — проговорил господин Шелл.
— Моя бабушка Суви оказалась, как всегда права! — рассмеялась Луиза. — Нам нужна была замена, и она появилась.
— Ну, пока рано так утверждать. — заметил господин директор. — Подождем, когда это случится.
— Загад не бывает богат? — обратилась к господину Шеллу женщина.
Тот, наконец, улыбнулся и кивнул головой.
После этого губернатор с Луизой сели в машину и уехали.