Вечереет... И вот идёшь ты по заснеженным дорожкам. Под ногами скрипит снежок. Морозно. Холодно. И ты о чём-то по-детски рассуждаешь. И штаны, варежки не то, что мокрые. Они звенят от сосулек замерзших. Руки озябли, красные от мороза. Но всё равно такое счастье!
И вот ты входишь в дом. Нет, ты вбегаешь с разрумяненными щеками и красным носом. Улыбаешься. А там тебя мама у порога встречает. И не то, что встречает одна, у нее тряпка в руке, да еще рядом ведро. И вдруг куда всё пропадает. Голову ниже и идёшь, носом упёршись вниз. И так, что будто сейчас провалишься в этот пол. И тебя этой тряпкой огреют.
А с одежды кап-кап – это сосульки тают...
И слышишь мамин голос: «Ну, явилась, гулёна, проходи, снимай всё! Смотри-ка, как угулялась, что аж течёт! Да где же я буду всё это сушить-то? В чём завтра-то пойдешь гулять-то? Господи, Боже ты мой, а руки-то, как ледышки! Ну-ка одевай носки и марш под одеяло в кровать! Ишь ты, гулёна!»
И вот лежишь ты в этой кровати, не шелохнёшься, и видны только твои глаза из-под одеяла. И думаешь, что же она будет делать с этой тряпкой?
И вдруг тебе мама: «Ты уж не гуляй завтра так, да не валяйся в сугробах, так ведь и простынуть недолго... Давай-ка вот чаёк с малинкой, пирожок съешь, бабушка привезла из деревни. И не вставай – грейся! Пойду пол подотру».
А потом вдруг мама прижимает тебя и нежно целует: «Глупышка ты моя, родная».
И ты к ней прижимаешься и по-детски признаёшься: «Мамочка, не ругай меня, я не нароШно. Я люблю тебя, ты у меня самая хорошая, такая добрая».
А она: «И я тебя люблю, и всех вас люблю. Вы – мои дети!».
И всё это – ДЕТСТВО! Я. И мне шесть. И моя мама – молодая, красивая, добрая, в меру строгая, но справедливая. И папка мой улыбающийся. И им всего за тридцать...
© Copyright: Галина Барская 5, 2024
Свидетельство о публикации №124012505087