Александр, год назад перешагнувший тридцатилетний рубеж, ну очень хотел завести семью. Его одноклассники и одногруппники из университета уже давно переженились и стали родителями (а кто-то и не по одному разу). Только Саша до сих пор не познал радости семейного счастья.
Нет, он не был чрезмерно скромным и имел довольно привлекательную внешность. Вот только камнем преткновения в достижении этой цели был не кто иной, как его собственная маменька.
Уже трижды он влюблялся в девушек и безуспешно пытался связать себя с ними узами брака. Стоящая на страже его и, в первую очередь, своего собственного благополучия, родительница делала всё, чтобы отвадить мерзких охотниц за чужим добром. После знакомства с Олимпиадой Владленовной претендентки на руку и сердце сыночка вдруг по непонятным для него причинам «уходили в закат», попутно занося в черный список ничего не понимающего поклонника. И как бы тот ни стремился выяснить причину столь нелогичного поведения невест, так и оставался в счастливом неведении, даже не догадываясь об истинном источнике невезения. Уже совсем отчаявшись и потеряв всякую надежду, махнул рукой и с головой погрузился в работу. Надо сказать, что появился мужчина в роду, где профессорская династия передавалась из поколения в поколение. Александр по традиции выбрал стезю ученого и не так давно защитил кандидатскую диссертацию, чем Олимпиада Владленовна невероятно гордилась. Сама же она, когда вышла замуж, тут же бросила институт, и высшее образование так и осталось “незаконченным”. Олимпиада целиком и полностью посвятила себя обустройству семейного гнездышка. Будучи студенткой-первокурсницей, приехавшей из подмосковного села покорять столицу, миленькая девушка соблазнила сорокалетнего недотепу-профессора и неожиданно быстро забеременела. Вот и пришлось закоренелому холостяку жениться на ушлой девахе, так как та намеревалась пожаловаться заведующему кафедрой, и тогда о дальнейшей карьере можно было забыть. Прожив с ней в браке четверть века, отец Саши покинул этот мир во сне вследствие острого инфаркта. А мать с сыном вдвоем остались жить в большой пятикомнатной квартире элитного дома в центре Москвы.
Как-то школьный друг Олег пригласил Александра в ресторан, где праздновал свой день рождения. Где тот и заприметил хрупкую, белокурую и голубоглазую Верочку. Она так покорила его своей манерой поведения, искренностью и непосредственностью, что молодой человек весь вечер не отходил от нее ни на шаг, а затем вызвался проводить до дома. И вот спустя пять месяцев после регулярных романтических свиданий парень сделал ей предложение. Вера, испытывающая ответные чувства, конечно же, согласилась.
Однако предстояло еще познакомить любимую с родительницей, отчего у несчастного будущего молодожена портилось настроение. Он уже начал догадываться, что его личная жизнь не складывалась именно из-за матери, которая постоянно пыталась ему внушить, что все девки недалекие, лживые, эгоистичные, только и мечтающие обольстить его и завладеть их имуществом. И как бы сын ни старался разубедить ее в этом, она настаивала на своем. А потому Саша не знал, как представить ей Верочку, и поделился своими сомнениями с Олегом, жена которого много лет участвовала в театральной художественной самодеятельности. Алена, так ее звали, немного подумав, нашла выход из ситуации и предложила разыграть небольшой спектакль, призвав на помощь членов своего коллектива – актеров-любителей.
И вот в один прекрасный вечер пятницы Александр, как бы между прочим, дал понять матери, что нашел девушку своей мечты и собирается на ней жениться. И что уже завтра хочет ее показать Олимпиаде Владленовне. Но придет любимая не одна, а с родственниками, поскольку у них так заведено. Ничего не подозревающая женщина мысленно начала готовиться к приему незваных гостей, смакуя эпизоды предстоящих смотрин и думая: «Ну, я вам устрою встречу на высшем уровне».
С утра Саша принял душ, побрился, надел белую рубашку, темно-синий костюм и даже повязал галстук. Посмотрев на эти приготовления сына, Олимпиада сделала высокую прическу, нанесла легкий макияж, надела длинное платье и дорогие туфли. А на лицо, как обычно, нацепила выражение урожденной княгини. Именно так она всегда старалась смутить потенциальных невесток, понизив их уровень самооценки и создав иллюзию того, что те недостойны хоть каким-то образом быть причастными к их благородному семейству.
В дверь позвонили. Хозяева квартиры вышли в прихожую, чтобы встретить гостей. Пока Александр возился с замком, кто-то продолжал настойчиво давить на кнопку звонка. Наконец-то открыв, он пригласил пришедших войти внутрь. Первой впорхнула юная особа в катастрофически короткой юбке, блузке с глубоким декольте и туфлях на невероятно высоких каблуках. Волосы были выкрашены в синий цвет, на лице вырисовывался вульгарный грим: темная помада, очерченные карандашом губы, агрессивный татуаж бровей и черные тени. Из перегородки носа торчало украшение в виде кольца, напоминавшее атрибут представителей африканского племени Мумбо-Юмбо. Саша обнял ее за плечи и с гордостью заявил:
– Вот, мамочка, познакомься: это моя Анфисочка.
Красотка, жуя жевательную резинку, и поминутно надувая из нее пузыри, с добродушным видом протянула руку:
– Драсьте.
«Боже, – подумала Олимпиада, – он ее что, на панели подобрал? Я этого не переживу. Что же я натворила, зачем выгнала его предыдущих подружек?». Сделав вид, что не заметила этого жеста, женщина перевела взгляд на стоящих за спинами молодых пару, как ей показалось, мужчин. Однако это были мама и папа, причем последний безо всяких церемоний полез обниматься, дыша перегаром прямо в лицо будущей сватье. Брезгливо поморщившись, она отстранилась от любвеобильного гостя и, выпрямившись как струна, гордо прошествовала в гостиную. За ней последовали и остальные.
Усевшись за стол, все трое пришедших одновременно закурили. Сват, не дожидаясь приглашения и закусок, налил себе полный бокал коньяка, кстати, предназначенный для воды, и чуть ли не залпом его осушил. Алкоголь сделал свое дело, развязав язык гостю, и из него, как из рога изобилия, посыпались пошлые недвусмысленные анекдоты. Считая, что это уже перебор, под столом самопровозглашенного папашу изо всех сил пинала дочь, но того уже было не остановить.
Александр не мог не заметить, как мать с презрительным видом наблюдала за происходящим. Но он понимал, что если попытается прекратить эту вакханалию, не видать тогда свадьбы с любимой Верочкой. Ему хотелось, чтобы мамочке было с кем сравнить любимую, и она, наконец, смогла бы оценить все достоинства его нежной и скромной избранницы. А потому стоически продолжал участвовать в импровизированном безобразии.
Так прошло часа два, показавшихся Олимпиаде Владленовне вечностью. Изрядно набравшийся потенциальный сват наконец угомонился и захрапел, расположив голову между тарелок с салатами. Две другие визитёрши, дабы поддержать беседу, увлечённо рассказывали какие-то, как они думали, смешные истории, случившиеся с их знакомыми. А в финале каждого эпизода громогласно и непристойно хохотали так, что хозяйке казалось, будто она находится в стойле с беспородными лошадьми и слышит их ржание. Вдоволь наговорившись друг с другом, дамы решили осмотреть своё будущее, как они себе представляли, жилище. Александр поднялся со своего места и сделал приглашающий жест рукой. Не снижая интенсивности звука, женщины стали обсуждать обстановку в квартире, планируя прямо в присутствии хозяйки, что готовы поменять в этом безвкусном интерьере, а что, так уж и быть, оставить.
И тут терпение Олимпиады лопнуло, хотя все надеялись, что это произойдет гораздо раньше. Если честно, то провоцировать, придумывая на ходу сцены и играя роли недалеких идиоток, становилось всё труднее. Ведь никто не предполагал, что хозяйка будет так долго и снисходительно наблюдать за их наглым поведением. Скорее всего, ей никогда не приходилось сталкиваться с подобными индивидуумами, а потому женщина растерялась. Обычно сама могла кому угодно заткнуть рот и указать свое место. Но здесь…
Наконец, она собралась с мыслями, встала, царственно расправив плечи, вздернула подбородок и заявила тоном, не терпящим возражений:
- Как жаль, что вы уже уходите. Саша, проводи, пожалуйста, гостей и приходи на кухню, нам нужно поговорить…
- Не волнуйтесь вы так, мамаша, – бесцеремонно прервала ее речь невеста сына, – мы никуда не торопимся.
- Засохни, одноклеточное. Рот будешь открывать у стоматолога, понятно? – Олимпиада, похоже, уже забыла, что она аристократка, так сказать, светская дама, и вся ее натура вылезла наружу, обнажив неприглядные стороны характера и воспитания. На помощь в словесной борьбе пришел лексикон портового грузчика, который был практически забыт за много лет ассоциирования себя с особами, принадлежащими к высшему обществу.
- А вы чего сегодня злая. С метлы упали? – не уступала ей подруга сына.
- Если ты пытаешься меня задеть, у тебя ничего не получится. Это может сделать только равный мне по положению человек.
- Ой-ой. И какое же у вас положение? Кто наградил вас дворянским титулом, графиня? А может, вы его унаследовали? Ладно, ваше высочество, расслабьтесь. Я не обижаю старых и слабых.
Александр не выдержал и решил, что пора уже вмешаться. Да не тут-то было. Разъяренная родительница, приняв позу сахарницы, забыв о только что присвоенном самой себе почётном звании и нацепив на себя образ базарной бабы, начала с угрожающим видом надвигаться на девушку:
— Это я старая? — злоба душила мадам. — Ах ты, дрянь. Слушай сюда, жертва аборта. Захотела втереться в нашу семью? Не мечтай даже, паршивка. По-хорошему прошу, не приближайся к моему сыну.
— А то что? — лучезарно улыбаясь, спросила девушка.
— А то то. Потом узнаешь, — прошипела фурия, — ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю.
— Ну почему же, очень хорошо представляю. Видимо, то же самое, что сделали с Настей, Ольгой и Татьяной — бывшими девушками Александра?
Последние слова вызвали у Саши недоумение, и он вопросительно посмотрел на мать:
-Мам, я чего-то не знаю? Может, объяснишь?
В этот момент Олимпиада Владленовна застыла на месте столбом, поняв, что тайна исчезновения подруг сына вот-вот раскроется. И она, словно рыба, в замешательстве начала хватать ртом воздух, на ходу обдумывая, что ответить и как вести себя дальше.
-Не хотите объясниться, уважаемая? – на пороге стоял внезапно протрезвевший сват и, сложив на груди руки, язвительно ухмылялся. – Тогда приглашаю присесть. Повествование будет долгим и не для всех приятным. Сначала разрешите представиться: Неупокоев Федор Васильевич, бывший офицер полиции в отставке. Занятия в народном театре – просто хобби и возможность скоротать время одинокому человеку. Вышел на пенсию недавно, решил открыть собственное детективное агентство. Пока клиентов нет, набираю сотрудников из молодых и креативных, умеющих думать и быстро принимать решения. Когда Алена рассказала о проблемах Саши с девушками и попросила принять участие в розыгрыше, мне показалось странным, что все они исчезали, не объяснившись с ним. В качестве тестового задания я и предложил своим новобранцам раскрутить это дело.
Тут Олимпиада начала ерзать на стуле, хвататься за сердце и громко кашлять, стараясь переключить на себя внимание сына. Он сделал вид, что ничего не заметил, и продолжал внимательно слушать.
-Ну, так вот, не буду вдаваться в подробности расследования моих сотрудников, они много чего раскопали. Двум девушкам пришлось покинуть этот город и переехать в другой, чтобы никогда больше, по их выражению, не иметь чести видеться с вашей матерью. Она буквально не давала им жизни: встречалась с соседями, приходила на работу, чтобы оклеветать несчастных, сочиняя небылицы и обвиняя их то в воровстве, то разврате, и бог знает, в чем еще. Последняя из них решила рассказать все вам, Александр, и поставила в известность об этом Олимпиаду Владленовну. Та подкупила каких-то гопников, которые встретили Татьяну и, угрожая ей ножом, отобрали сумочку. На прощание предупредили, что если не перестанет общаться с вами, то убьют ее пожилых родителей, а саму сделают инвалидом. Для подтверждения своих слов разбили пару окон в квартире, после чего перепуганная насмерть девочка стала избегать вас.
Бледный Александр сидел, обхватив голову руками. Молчавшая до сих пор мать вдруг соскочила со стула и завизжала:
-Саша, сынок, да неужели ты в это поверил? – она пыталась засмеяться, но из груди ее вырвались звуки, похожие на хрюканье кастрированного кабана.
-Александр, если вы сомневаетесь в правдивости сказанного, мы готовы представить все доказательства. Нам с трудом удалось уговорить Татьяну встретиться с вами. Она уже замужем, есть ребенок, живет хорошо. Но до сих пор вспоминает произошедшее, как кошмарный сон.
-Не надо, – охрипшим голосом произнес молодой мужчина. – Не надо ее беспокоить. Я рад за нее и я вам верю. Я очень виноват перед ней, перед Олей и Настей, что жил в каком-то своем мире, ничего не замечая. А тебя, мама, я больше не хочу знать. Может быть, когда-нибудь смогу простить, но, полагаю, это будет не скоро. Ты страшный человек, мама, готова растоптать любого, кто встанет на твоем пути, не думая о последствиях и о том, что делаешь больно всем, даже тем, кто тебя любит. Да, мне больно, очень больно. Прощай и не смей больше приближаться ко мне.
Новые знакомые дождались в машине, когда Александр соберет вещи, и отвезли его на квартиру, снимаемую Верочкой. Через несколько дней жених и невеста сыграли свадьбу, довольно скромную, но веселую. Особую атмосферу создавали новые друзья жениха, сделавшие торжество небывалым и счастливым, которое запомнилось новобрачным на всю жизнь.
💯Уникальность текста 100 %, зафиксирована на текст.ру💥