"Этот перевод я посвящаю памяти Шарлотты Кройцбергер (28.11.1888 — 3.4.1976), человека, чей вклад в сохранение истории родного Инстербурга попросту невозможно переоценить. Благодаря её статьям в альманахе "Insterburger Brief" мы можем заглянуть за ту завесу, что скрывала прошлое города многие десятилетия после страшной войны. Благодаря ей мы можем прогуляться по тем улицам, которые никогда уже не станут прежними, и познакомиться с жившими на них людьми. Мой низкий поклон этому прекрасному человеку - Е.С."
Автор — Шарлотта Кройцбергер (в девичестве Матерн) - Charlotte Kreutzberger
Перевод — Евгений А. Стюарт (Eugene A. Stewart, Esq.)
Что нам всего присущей,
Что краше всех прикрас?
То дружбы свет, живущий
Вовек в сердцах у нас.
(Симон Дах)
Этот небольшой стих из старых и добрых времён, который, по всей видимости, не совсем вписывается в наш столь стремительный век, в котором ежедневно что-то меняется, как в большом, так и в малом. И всё же есть в этом мире дружба, которой уже больше 60 лет и о которой стоит здесь рассказать.
Со старого снимка, который был сделан в Инстербурге в 1904 году придворным фотографом Альфонсом Шмидтом, взирают на нас четыре юные девушки, лет пятнадцати. Они были близкими школьными подругами и по сию пору относятся друг к другу с великой нежностью. Свидетелем тому стала их встреча, произошедшая спустя 60 лет.
Когда мы закончили школу, то лелеяли те же самые надежды и ожидания на нашу грядущую жизнь, которые ныне испытываем по отношению к нашим внучкам. Только они смотрят в будущее намного реалистичнее, поскольку сегодняшняя жизнь намного сложнее. Впрочем, их желания и идеализм мало чем отличаются от тех, что царили в наших юных головах много лет назад. Итак, о каких же четырёх девушках я хочу вам поведать?
Какими бы разными мы ни были, у нас, всё же, было много общего. Все мы в раннем возрасте потеряли своих отцов, которые могли значительно облегчить наше вступление во взрослую жизнь. Все мы в 15-16 летнем возрасте обожали «Сердце в Гейдельберге». Мы были влюблены в актёра Карла Юнке, игравшего принца Карла-Хайнца в пьесе «Старый Гейдельберг» в летнем театре «Тиволи». Но поскольку то была любовь на расстоянии, она не привела к опасным последствиям. Одна из нас, которая чуть не выскочила замуж ещё на школьной скамье, нарекла своего первенца Карлом-Хайнцем, в память о том прекрасном и беззаботном времени. А затем, будучи в танцевальном классе, мы все, как ни странно, влюбились в одного и того же старшеклассника. Тот факт, что он выбрал нашу прелестную Лизель дамой своего сердца на танцевальном балу, никак не умалило нашей дружбы. Мы радовались вместе с ней всем сердцем и разделяли её счастье. И ещё кое-что было у нас схоже: мы от всей души любили добрую матушку нашей Трюдель Хенниг. Она была человеком, который абсолютно понимал молодость и всегда приберегавшим для каждой из нас доброе слово, когда мы нуждались в её совете. Снедаемые нашими мелкими заботами и проблемами, мы просто приходили к матушке Хенниг на Дойчештрассе, где встречали тепло и заботу. Для нас четверых она всегда оставалась лучшим старшим другом.
Так что же стало с этим близким кругом подруг?
Герта Вейденбах в 18 лет вышла замуж за помещика Франца Кадгиена из Экертсхофа, что близ Инстербурга (в районе нынешних домов №26-30 по ул. Курчатова и немецкого воинского кладбища — Е.С.). Её жизнь выдалась весьма богатой на события. По мере того, как Инстербург со своими домами (включая приют Виктории и Государственную женскую клинику) всё ближе подкрадывался к его усадьбе, Кадгиен продал своё имущество и перебрался в поместье Фройлянхоф, около Кёнигсберга (ныне район Северной горы в Калининграде — Е.С.). Но и там после Первой мировой войны город вплотную подступил к его владениям, и потому он эмигрировал вместе со своей женой и тремя маленькими сыновьями в Аргентину, где надеялся найти своё будущее. Однако, спустя несколько лет, разочаровавшись, они вернулись в Восточную Пруссию, купив себе имение в Кведнау, в пригороде Кёнигсберга, откуда семья впоследствии была изгнана в 1945 году. Герта Кадгиен потеряла двух уже повзрослевших сыновей и мужа, и ныне проживает с оставшимся сыном Герхардом в Бюхене, что в районе Лауэнбурга.
Лизель Вихерт! В 19 лет она вышла замуж за директора банка в Лимбурге-на-Лане и много лет беззаботно жила там. Затем её семья не по своей вине потеряла своё состояние вследствие банкротства банка. Лизель сумела быстро адаптироваться к новым условиям, не растратив присущей ей сообразительности и энергии. С великой аккуратностью она обустроила жизнь своей семьи в Берлине, приложив максимум для воспитания собственных детей, хотя ей и пришлось от многого отказаться. Овдовев, она снова обрела покой и стабильность во втором браке. У ней была замечательная квартира в Берлине, в которой часто собирался кружок инстербурженок, помогавших друг-другу в случае необходимости и обсуждавших последние новости.
Трюде Хенниг! 8 мая 1914 года она вышла замуж за доктора Германа Хильгерса из Бохума. К сожалению, спустя четыре года она потеряла его, после чего вышла замуж за доктора Клеменса Бьена из Дортмунда, с которым жила душа в душу. Он также стал замечательным отцом для её дочери. Но и её не пощадили дальнейшие удары судьбы. За день до того, как её дочь собиралась выйти замуж, её дом оказался разрушен бомбами. Для свадебного торжества девушке пришлось занимать одежду у знакомых. Затем обеих женщин эвакуировали в отдалённую деревушку около Услара, где они оставались многие годы, покуда их мужья, доктор Бьен и его зять не вернулись из плена домой. Им удалось отремонтировать свой дом и открыть собственную практику в Дортмунде. Однако доктор Бьен не долго наслаждался мирной жизнью и своими внуками, скончавшись в 1954 году. Его супруга продолжала жить в прекрасном доме со своими детьми и внуками, являясь истинной душой всей семьи.
Лотта Матерн! Догадайтесь, что с ней стало. Она была единственной из нас, кто обрёл профессию, так как дома ей часто приходилось слышать в свой адрес: «Ты некрасивая, нелюбезная, ты не выйдешь замуж!». Из всего этого она сделала определённые выводы. Три года она посещала в школе муниципальный учительский семинар, после чего сама стала учителем и на протяжении пяти лет чувствовала себя очень счастливой в своей профессии, потому как та предоставляла ей независимость и интересную работу с молодёжью. В конце концов она вышла замуж за Фрица Кройцбергера и оказалась единственной среди своих подруг, кто остался в Инстербурге. Её свадьба состоялась 8 мая 1914 года, в тот же день, что и у её подруги Трюдель Хенниг. Стоя перед алтарями в Эссене и Инстербурге они думали друг о друге. И по сей день, каждое 8 мая, наши мысли неразрывно вместе. В школьные годы эта дружеская любовь даже подтолкнула меня на «преступление». А произошло это так. В 10-м классе случилось страшное, наша Трюдель попала в классный журнал! Это означало плохую отметку в аттестате. При этом она была совершенно невиновна, да и за все десять лет никак не напакостила в школе. Учитель, преподававший второстепенный предмет и даже не знавший нас, обвинил её в том, чего вообще не было. Он был крайне непопулярен и имел прозвище «Тыква» из-за своей большой круглой головы. Я же не могла видеть страдания Трюдель и решила вытащить её из бездны свалившегося на неё отчаяния. Страница из классного журнала должна была исчезнуть. И она исчезла! Когда наш классный руководитель, директор Йокель, в понедельник распахнул классный журнал, субботней записи там как и не бывало, и он этого даже не заметил. Обошлось без драмы. Это была настоящая дружеская услуга, однако я бы никогда не посоветовала так поступать своим детям и внукам. Но прошло уже больше 60 лет, и никто больше меня за это не накажет.
Поскольку Лотта Матерн-Кройцбергер продолжала жить в своём родном городе до самого изгнания, Инстербург продолжал оставаться местом встреч, воспоминаний и домом наших сердец. Мы поддерживали нашу сплочённость посредством переписки и взаимных визитов. Теперь же, уже будучи в преклонных годах, мы снова встретились все вместе. Сначала это была недолгая встреча на курорте на реке Везер, потому как мы не знали, осталась ли между нами доверительность после всех этих лет разлуки. Удары судьбы могут очень сильно изменить человека. Однако мы обнаружили, что остались прежними, и посему решили встретиться на следующий год, проведя больше вместе друг с другом в прекрасном Пирмонте. О чём мы только не болтали! Ты помнишь? А ты помнишь? И так дни напролёт. Главной темой наших разговоров, конечно же, были дети и внуки. И хотя мы не из хвастливых, но у каждой из нас, естественно, были «самые лучшие дети и самые умные внуки!». Какими бы мы были старушками, если бы судьба не одарила нас нашими семьями? Мы благодарны её за это и всего лишь желаем, чтобы мы смогли прожить ещё несколько счастливых лет и иметь возможность снова свидеться.
Автор — Шарлотта Кройцбергер (в девичестве Матерн) - Charlotte Kreutzberger
Перевод — Евгений А. Стюарт (Eugene A. Stewart)
При перепечатке или копировании материала ссылка на данную страницу обязательна. С уважением, Е. А. Стюарт