В декабре 1941 года, в переломный момент битвы за Москву, из Боткинской больницы в село Колбино Воронежской области отправили короткое письмо:
«Многоуважаемой свой Симе и дочкам Дуне и Томочке. Сообщаю вам, мои дорогие, нерадостную весть. Я сейчас нахожусь в госпитале в Москве. Ранен. Сильно тревожат раны в боку, вся левая сторона в осколках. Врачи ничего не говорят».
Его написал прадедушка руководителя группы архитектурно-планировочной мастерской №2 ЕИПП РФ Татьяны Уваровой, рядовой 3-го стрелкового полка Иван Михайлович Болдырев. Ему очень хотелось получить ответ из родного села, ведь тогда на Дону шли ожесточенные бои с захватчиками, которые рвались к Сталинграду, Саратову и Воронежу.
«Мне рассказывала моя бабушка, как они с матерью Серафимой Ивановной переживали немецкую оккупацию. В их дом ворвались и организовали там штаб воевавшие на стороне немцев захватчики одной из дивизий 2-й венгерской армии. В одном из нацистов пробудилась человечность – он бросал прячущейся в подвале собственного дома семье еду. Тогда многие односельчане – крестьяне, работники колхоза, были замучены, расстреляны или угнаны в Германию»,– делится Татьяна.
Врачам не удалось спасти Ивана Болдырева. Его похоронили на Донском кладбище вместе с другими погибшими в боях за Москву солдатами. Последнее письмо солдата жена прочитала дочкам уже после того, как Колбино героически освободили другие советские воины в начале 1943 года в ходе Острогожско-Россошанской операции.
