9 июля 2019 г.
Тепла по-прежнему нет, холодный северный ветер сводит на нет все усилия солнца прогреть воздух. Интуиция подсказывает, что так и будет. Я уже и забыла, когда было настоящее лето, определенно, много лет назад.
Зато сегодня пахло свежескошенной травой, весь день провела на лоджии, успела и замерзнуть и согреться. Дочитала «Вчера» Фелиции Йап, концовка оказалась неоригинальной, а неожиданная мыльность – раздражающей и неуместной, к тому же крайне искусственной. Но идея все же интересна и оригинальна, тот случай, когда автор не стал слишком усложнять себе жизнь, и развел скромный садик там, где можно было разбить парк.
А вот новая книга Мураками неожиданно понравилась, хотя ещё совсем недавно всё, что было с ним связано (исключая прочитанную давным-давно «Мой любимый спутник»), вызывало ту же реакцию, какую вызывают картины Малевича и музыка Эйнауди. «Убийство командора» напомнило «Волхва», хотя сравнение здесь может показаться почти кощунственным.
Но главное, сегодня я, наконец, взялась за дневник. Мне нужен поводырь. И двери, от которых накопилось слишком много ключей.
10 июля 2019 г.
То, как Пруст в «Пленнице» описывает музыку, по своей глубине и силе сравнимо лишь с самой музыкой Вентейля (пусть и вымышленной). Невольно задумываешься, а рискнет ли кто-нибудь из современных писателей так глубоко заглянуть в себя и вынырнуть живым. Не думаю. Смельчаки остались в прошлом. Больше никто не хочет заглядывать в бездну, при этом бездна прочно поселилась в нас. если раньше писали, то теперь лишь говорят о том, какие глубокие смыслы кроются в тех творениях, которые по сути своей не более, чем лужи. Вот только в лужах не крестят, в них не тонут и не слышат тревожный рев китов. Лужи они для резиновых уточек и бумажных корабликов.
Инфантильная поэзия и мертвая живопись. Приходится вдохновляться «Ночными историями» Салли Шторх. Но этого хватает лишь на слабый намек, тень, которая будет всегда тиха, послушна и безгласна. Повесьте рядом Рембрандта и кого-нибудь из современных именитых художников, и вы увидите лишь Рембрандта. Куда легче стащить в кучу несколько стульев, украсить их лысыми куклами с выколотыми глазами, назвав всё это инсталляций, и продолжать верить, что искусство ещё живо.
11 июля 2019 г.
Сердца с червоточиной. Врожденный порок. А может, принадлежность к касте падших ангелов. И как бы не старался извлечь, исцелить, очистить, ничего не получится. Червоточина в сердце. Как бы то ни было, выход один: оставь всё, как есть. Некоторые вещи нельзя изменить: исчезнут сердца с червоточиной, исчезнет и те, кого они меняют к лучшему.
К вечеру чувствую себя выжатой, как лимон, но перестроиться все равно не получается. Снова пью снотворное на ночь. Это похоже на проклятье, никак не удается заснуть раньше двух.
Много читаю, мало пишу. Возможно, так надо, но чувство, что хожу по замкнутому кругу. И как бы не хотелось из него вырваться, ничего не получается.
Сегодняшнее совпадение, из разряда тех, что так люблю и за которые всю жизнь цепляюсь, Мураками: «Например, у собаки нюх в несколько тысяч раз тоньше, чем у человека, а слух – в несколько десятков раз острее. Однако мы способны выстраивать сложные гипотезы. Умеем сравнивать космос и микрокосм, оценивать Ван Гога и Моцарта. Можем читать Пруста – конечно, если захотим, – коллекционировать фарфор Имари и персидские ковры. Собаки такого не умеют».
