Найти в Дзене
Северный лис

Рыжая. Кто угодно, только не она! Часть 22.

Начало: Предыдущая глава: Елена Я понимала, что в ФСБ просто так не вызывают. Тем более, что Герман в последнее время был какой-то напряжённый. Я не задавала ему вопросы. Хоть я и находилась в декрете, сидела дома, но дел у меня тоже хватало с лихвой. Дети, да ещё двое. И чем больше времени проходило, тем больше они требовали к себе внимания. Особенно сын. А вот Катюша она была более спокойная. Да мне помогала няня. Но всё равно, покормить детей, позаниматься с ними, погулять. Купать. Слава богу, что с готовкой еды справлялась домработница, как и с уборкой. Хотя иногда я сама готовила, либо готовили с домработницей вместе. Бывало и не так редко, что ночью не спала. В основном из-за сына. То ушки заболят, то животик. Потом зубки стали резаться, причём сразу у обоих. Спасибо Герману. Несмотря, что он приезжал уставший, я видела это, мало того, постоянно находился в какой-то напряжении, он ни разу не отказал мне в помощи с детьми. Мне даже казалось иногда, что именно с малышами он отдыхае

Начало:

Предыдущая глава:

Елена

Я понимала, что в ФСБ просто так не вызывают. Тем более, что Герман в последнее время был какой-то напряжённый. Я не задавала ему вопросы. Хоть я и находилась в декрете, сидела дома, но дел у меня тоже хватало с лихвой. Дети, да ещё двое. И чем больше времени проходило, тем больше они требовали к себе внимания. Особенно сын. А вот Катюша она была более спокойная. Да мне помогала няня. Но всё равно, покормить детей, позаниматься с ними, погулять. Купать. Слава богу, что с готовкой еды справлялась домработница, как и с уборкой. Хотя иногда я сама готовила, либо готовили с домработницей вместе. Бывало и не так редко, что ночью не спала. В основном из-за сына. То ушки заболят, то животик. Потом зубки стали резаться, причём сразу у обоих. Спасибо Герману. Несмотря, что он приезжал уставший, я видела это, мало того, постоянно находился в какой-то напряжении, он ни разу не отказал мне в помощи с детьми. Мне даже казалось иногда, что именно с малышами он отдыхает. Что что-то, что держит его в напряжении отпускает. Я видела с какой нежностью он смотрит на детей, как держит их на руках, как разговаривает с ними.

Как-то раз вечером, когда дети уснули, я подсела к Герману. Они сидел на диване, закрыв глаза. Погладила его по груди через футболку, в которую он переоделся после возвращения домой с работы. Герман не открывая глаза, одной рукой приобнял меня. Тогда я залезла ему на колени, прижалась, продолжая поглаживать его.

- Устал? - Спросила его.

- Есть такое. - Ответил он, всё так же откинувшись на спинку дивана и не открывая глаз. Лен, почему ты за два последних месяца, как я ездил в ФСБ ни разу не спросила меня, о чём разговаривали?

- Я подумала, что если ты посчитаешь, то сам расскажешь. В конце концов, просто так туда же не вызывают. А если ты не говоришь, то значит так и нужно.

Он немного помолчал, словно решал говорить мне или нет. Всё же решил рассказать. Я слушала его внимательно, даже дышала через раз.

- То есть, они хотят взять воров с поличным? - Спросила я, когда Герман замолчал. Он кивнул.

- Да.

- Почему тогда ты такой напряжённый? Герман, ты словно натянутая струна? Я заметила, что ты расслабляешься только рядом с детьми. - Он улыбнулся.

- Да я тоже заметил. Сам удивляюсь. Когда беру их на руки, всё куда-то уходит.

- Тогда, что тебя тревожит?

- Понимаешь, я не знаю всю эту механику ихнюю. Как они собираются сохранить бюджетные деньги, чтобы средства не ушли на левые счета за бугром. А без этого, как ты возьмёшь жуликов? Но меня заверили, что всё продумано и просчитано. А деньги очень большие. Я ведь под это дело даже своего финансового директора убрал, временно.

- Куда убрал? Степана Аркадьевича?

- Его. Он якобы заболел и отправился лечится. А на его место к нам пришла мадам, целый майор ФСБ из их финансового отдела. Оставались ещё два человека, руководитель лаборатории и главный технолог. Они ключевые фигуры здесь, как и финансовый директор.

- А ты, Герман, уверен, что они решат повторится?

- Чекисты сказали, что вероятность очень высокая. Если один раз сработало, то почему схема не сработает второй раз?

- Не понимаю, дорогой, тогда чего нервничаешь? Не доверяешь чекистам?

- Просто не люблю, когда ситуацию не я контролирую, а кто-то, используя меня, как марионетку. Но это ещё не всё. Я всё думал, почему у нас не получается с вакциной?

- И? - Я посмотрела на Германа непонимающе. Как-то он резко сменил тему.

- Так вот в какой-то момент понял. Мы изначально шли неверным путём. Мы пытались убрать побочный эффект.

- А как ещё, Герман? Если его не убрать, препарат не пригоден к применению.

- Всё верно, не пригоден. А надо сделать чтобы был пригоден.

- Герман, дорогой мой, не пугай меня. - Я смотрела на него во все глаза. Он тоже смотрел на меня как-то странно. Потом усмехнулся.

- Рыжик, ты не о том подумала. Я не собирался препарат пускать в производство, пока проблема не решена. Так вот. Как я сказал, мы двигались в неверном направлении. А фактически вообще не двигались, уперевшись лбом в наглухо закрытую дверь. При любой попытке убрать побочный эффект, приходилось убирать тот или иной компонент, менять его на другой. Менять формулу, а это неизбежно приводило к снижению в разы эффективности вакцины. И меня это не устраивало в корне. И в какой-то момент понял. Не надо его убирать. Иначе всё пойдёт опять по кругу. Надо просто его блокировать.

- Блокировать? Ты имеешь ввиду ввести в препарат блокиратор?

- Да, Лена. - Герман смотрел на меня и улыбался. - Всё просто, Рыжик мой. Блокиратор будет блокировать побочный эффект. Он не будет развиваться, но при этом не будет блокировать основную функцию вакцины. Дело осталось за малым, найти такой блокиратор. - Он постучал по подлокотнику дивана. - Тук-тук, дверь и открылась.

- Какая дверь, Герман? - Я не поняла.

- Та, которая была наглухо закрыта. Это аллегория с вакциной.

- И как? Нашёл блокиратор?

- Нет. Нашёл не я. Кирилл Васильевич. Я рассказал ему о блокираторе. Он себя даже по лбу стукнул: "Как же я сам не догадался!" , завопил он. Работы начались сразу. Блокиратор Кирилл Васильевич нашёл довольно быстро. Потом сделали вакцину уже с ним. Провели тестовые испытания. Они показали себя хорошо. оставалось дело за последними испытаниями, самыми главными. - Герман замолчал, глядя на меня.

- Проверка на людях?

- Да. Выбрали пятерых. Все они были больны. Причём довольно тяжёлые. У двоих шансов остаться живыми практически не было. Лёгкие поражены были почти на 80%.

- Им нечего было терять? - Он кивнул.

- Да. Им всем ввели препарат.

- И, Герман? Не молчи?

- Всё нормально, Лена. Это было две недели назад. Троих уже перевели из реанимации в обычные палаты. У двоих особо тяжёлых положительная динамика. Они пока ещё в реанимации, но учитывая их состояние, уже никто не сомневается, что они останутся живыми. Ни у кого не было осложнений. Все пятеро, естественно находятся под постоянным наблюдением. У них каждый день берут анализы. Всё хорошо. Я думаю скоро можно будет объявить об окончании работы на препаратом.

- Я тебя поздравляю, Герман. Ты всё же сделал это.

- Подожди немного, говорить о победе. Вот когда всё закончится, тогда и поздравишь. Я, Рыжик мой, не говорил тебе ничего, не из-за того не доверяю, а просто боялся сглазить. Это насчёт вакцины.

- Ты такой суеверный?

- Да тут поневоле станешь суеверным. Именно поэтому, когда мне в голову пришла мысль о блокираторе, я решил не посвящать своего руководителя лаборатории и главного технолога в то, какую операцию задумали в ФСБ. Достаточно того, что об этом знает Степан Аркадьевич. Я сообщил об этом в ФСБ. Со мной согласились. Так что вакцина, после окончательного завершения испытаний, будет уже на законном основании запущена в серию. И пусть как можно меньше людей будет посвящено в то, что будут делать, как ты их называешь чекисты. Сегодня под контролем ФСБ я позвонил заместителю министра здравоохранения области. Так сказать, обрадовал его.

- То есть, операция, или как любят говорить спецслужбы, игра началась? - Спросила я, обнимая Германа.

- Началась. Лен, я знаю, что ты практически никуда не выезжаешь. Но сейчас я хочу попросить тебя, за пределы периметра усадьбы, не выходи. Ни одна, ни с детьми. Пожалуйста.

- Хорошо. Я сделаю так, как ты скажешь.

- Лен и никому о том, что я тебе сейчас рассказал.

- Мог бы и не говорить.

Я не выходила за пределы участка Германа, правда он был большой. Мне хватало погулять и одной, когда Германа не было, почитать в беседке книгу. Погулять с детьми. Охрана была усилена. Там даже пара сотрудников ФСБ были. Мне об этом Герман сказал.

В тот день, утром я встала поздно. Герман уже уехал к себе на работу. Чувствовала себя не очень. Было какое-то странное состояние. Когда умылась и прошла на кухню, от аппетитных запахов, меня стало мутить и я бегом убежала в туалет. Меня стошнило. Причём тошнило очень сильно. Думала меня вывернет на изнанку. Господи, что я такого съела? Вчера ела рыбку. Малосольную с лучком. Очень мне этого захотелось. Дома её не было, я еле дождалась Германа и попросила его провести мне малосольной рыбки. Он сходил в наш минимаркет, который имелся в коттеджном посёлке и купил там. Хозяйка минимаркета сама делала малосольную селёдочку. Всегда всё было очень вкусно. Кое-как отойдя от тошноты. Попила воды. Есть совершенно не хотелось.

- Елена Павловна. - С тревогой смотрела на меня горничная. - Что с Вами? Вы вся бледная.

- Я вчера малосольную селёдку ела, Герман покупал. Наверное, она не свежая.

- Да вроде у Кирилловны она всегда свежая.

- Но я вчера вечером больше ничего не ела. Ещё чай пила. Без сахара. Сегодня детей придётся не кормить грудью. Приготовьте им смеси, пожалуйста. А я полежу схожу. Что-то не очень хорошо себя чувствую.

Отошла я только к обеду. Даже поела борща. К вечеру чувствовала себя вообще хорошо. А когда Герман приехал, поужинали с ним. Про тошноту ничего ему говорить не стала. Когда легли спать, занялись с ним любовью. Я была страстна и ненасытна, что он даже удивился.

- Лен, что-то ты какая-то голодная до секса. Такое ощущение, что ты месяца два имела воздержание.

- Тебе что-то не нравится, милый? - Промурлыкала я, поглаживая его по груди.

- Ну почему не нравится? Какому нормальному мужчине не понравится, что он так желанен своей женщине, что она его фактически залюбила до безобразия. - Он засмеялся.

Следующим утром ситуация повторилась. Меня опять полоскало, как ненормальную. Не, я понимаю, отравилась. Но тут либо в больницу, либо сам отходишь от этого. А я вчера отошла. Чувствовала особенно к вечеру, хорошо, даже с Германом сексом очень хорошо позанимались. А тут опять! Я ничего не понимала. Горничная, Наталья Фёдоровна странно на меня посмотрела.

- Елена Павловна, Вы случаем не беременны? - Спросила она.

- Кто? Я? - Я даже засмеялась. Покачала отрицательно головой. - Исключено. Я тут то забеременела и то через ЭКО. При этом, я три раза его делала и всё бесполезно. Только на четвёртый раз у меня получилось. И то... - Дальше я говорить не стала. Не зачем кому-то ещё знать, что яйцеклетки были не мои, а Валерии, жены Германа.

К обеду всё прошло. Вечером меня опять потянуло на секс, как только увидела Германа в одних трусах. У меня даже заломило грудь и заныло приятно внизу живота. Бабочки опять замахали интенсивно крылышками. Да что ты будешь делать с этим. Гера на меня тоже странно посмотрел.

- Лен, ты чего жмёшься? Чего ноги так свела и держишься за низ живота? Тебе плохо? Больно или что? - На его лице отразилась тревога.

- Нет, Герман. Просто... Гера, не сочти меня за нимфоманку. Просто... - Я не могла уже спокойно на него смотреть. Мне хотелось завыть.

- Что? - Он сел со мной рядом на постель и обнял.

- Просто, я хочу опять любви. Правда, Гера. Я, наверное, ненормальная. А ведь ты же устал.

- Всё нормально. Если хочешь, давай. Я тоже не против. У нас с тобой словно медовый месяц.

- Да! - Воскликнула я и впилась ему в губы, стаскивая с него нижнее бельё.

На третий день ситуация вновь повторилась. Я уже ничего не понимала. Наталья Фёдоровна молча протянула мне пару тестов на беременность.

- Я вчера специально для Вас купила, Елена Павловна.

- Наталья Фёдоровна, да я не могу забеременеть. Я же говорю, это исключено. - На тесты в руке горничной смотрела со страхом.

- Елена Павловна. Ну если исключено, значит тесты ничего не покажут и Вам надо ехать в поликлинику. Выявлять, почему вас так сильно тошнит по утрам. Попробуйте. Вы ничего не потеряете.

- Ладно. Вы, наверное, правы. - Я взяла оба теста и вернулась в туалет. Сначала попробовала один тест. Сидела на унитазе и смотрела. Вот на тесте появилось... ДВЕ ПОЛОСКИ! Я даже выронила его. Нет. Этого не может быть. Это бред. Некоторое время сидела в полной прострации, постепенно убеждая себя, что у меня либо галлюцинация, либо тест бракованный. Потом использовала второй тест. И он тоже показал две полоски. Я сидела на унитазе минут пять, глядя шокировано на этот тест. Подняла первый. Потом начала смеяться. У меня случилась истерика. Смеялась и плакала.

- Герман, сволочь! Ну почему ты такой мерзавец?! Почему именно с тобой? Почему ни с каким другим мужчиной??? Ты что, моё проклятье или... Любить тебя всю свою жизнь и даже детей рожать только от тебя. Ненавижу тебя, негодяй такой. Господи... Как же я тебя люблю, Полонский...

Продолжение:

Ссылка на мою страничку на платформе АТ https://author.today/u/r0stov_ol/works

Ссылка на мою страничку на Литнет

https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331

Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov

Навигация по каналу