Продолжаю продвигать на своём канале ИРОНИЧНЫЕ ПОБАСЕНКИ от АЛЕКСАНДРА МЕШКОВА не корысти ради, а только для популяризации творчества своего старинного и закадычного друга. И на этот раз это трогательная и бытовая история под названием " ОГУРЕЦ" Окуялов вернулся домой ранним летним утром, на цыпочках, стараясь не разбудить спящую сладким сном жену. Оно и понятно. Волновать не хотел. Так уж получилось в их жизни, что он не ночевал дома три дня подряд без уважительной причины, а вот тут взял да и вернулся. "Всяко бывает, успокаивал сам себя Окуялов. Милые бранятся только тешатся!" Он полюбовался на спокойное умиротворенное лицо своей жены, чему-то блаженно улыбающейся во сне, и слегка огорчился: – Вот ведь, какое бессердечное существо, спит как убитая! Муж неизвестно где пропадает, а ей хоть бы что! Хоть бы тень тревоги легла на ее лицо, печать скорби и печали омрачило ее чело, так ведь нет же! Улыбается! – Он вздохнул и стал степенно, с видом усталого труженика полей, разуваться, но
Продолжаю продвигать на своём канале ИРОНИЧНЫЕ ПОБАСЕНКИ от АЛЕКСАНДРА МЕШКОВА не корысти ради, а только для популяризации творчества своего старинного и закадычного друга. И на этот раз это трогательная и бытовая история под названием " ОГУРЕЦ"
Окуялов вернулся домой ранним летним утром, на цыпочках, стараясь не разбудить спящую сладким сном жену. Оно и понятно. Волновать не хотел. Так уж получилось в их жизни, что он не ночевал дома три дня подряд без уважительной причины, а вот тут взял да и вернулся. "Всяко бывает, успокаивал сам себя Окуялов. Милые бранятся только тешатся!" Он полюбовался на спокойное умиротворенное лицо своей жены, чему-то блаженно улыбающейся во сне, и слегка огорчился:
– Вот ведь, какое бессердечное существо, спит как убитая! Муж неизвестно где пропадает, а ей хоть бы что! Хоть бы тень тревоги легла на ее лицо, печать скорби и печали омрачило ее чело, так ведь нет же! Улыбается! – Он вздохнул и стал степенно, с видом усталого труженика полей, разуваться, но вдруг взгляд его остановился на большом, толстом пупырчатом огурце, лежавшем на тумбочке. Он перевел взгляд с огурца на блаженное лицо своей жены и в его сознание стало закрадываться страшное подозрение. Он брезгливо, двумя пальцами взял огурец. Тот был увесистым и твердым. "Черт знает что! вознегодовал Окуялов. Фу! К акая мерзость! Мерзость!"
Он грубо, бесцеремонно, забыв о правилах хорошего тона, растолкал жену.
– Это что? – грозно вопросил он, тыча ей огурец в перепуганное лицо. – Что это? Я тебя спрашиваю!
– Не знаю! – в испуге ответила ничего не соображающая жена, уворачиваясь от огурца, тычащегося ей прямо в лицо.
– Я тебя спрашиваю, что это такое?
– Это огурец! – наконец сообразила жена.
– Я вижу, что не… что не… – что огурец! – так и не найдя сравнения вскричал Окуялов. – Но почему этот посторонний огурец здесь, в моей спальне? Почему! Отвечай!
– Да не знаю я… – слабо отбивалась жена. - Отстань. – Где ты пропадал все эти дни, лучше скажи!
– Нет! Ты не уходи от ответа! Ишь! Какие мы хитрые! Лучшая защита –это нападение! Я спрашиваю, почему этот омерзительный огурец находится в моей спальне?
– Ну, нечаянно положила я… что-то приготовить, видимо, хотела! Да в чем, собственно, дело?
– В чем дело! Она еще спрашивает! Ну, поглядите на эту нахалку, –призвал он невидимую аудиторию, войдя в роль присяжного поверенного. – Вы поглядите на эту развратницу. Вместо того, чтобы скорбеть по безвременно ушедшему неизвестно куда мужу, она предается плотским утехам с представителем флоры! Что у тебя с ним было? В глаза мне смотреть! Оба!
Он положил огурец рядом с женой и сел напротив.
– Да ничего не было… такого особенного… Хотела приготовить что-то…
– Ничего… Как ты могла, Катерина! Ну ладно бы красавец какой, а то… противно взглянуть! Фу! – с укором качая головой, сказал Окуялов. Губы его дрожали. – Как ты могла предать забвению наши ночи… Погляди на него… неужели… Неужели я хуже?
– Ты гораздо лучше! – горячо возразила Катерина, но тут же поправилась, – в смысле… Я не знаю… Но как ты мог подумать такое! Дорогой!
– Я тебе не дорогой! Это он дорогой! Его так называй!
– Да не нужен он мне! Что ты ко мне с ним пристал! Я его вообще впервые вижу! Огурец какой-то… Откуда он здесь, не знаю…
– Не знаешь? – Окуялова вдруг осенила мысль. – Тогда… – он вскочил и стремглав ускакал на кухню и вернулся через мгновенье ока с огромным ножом в руках. – Тогда режь его! Ну! Давай!
– Прямо здесь?
– Прямо здесь! – душа Окуялова трепетала и пела перед кровавым ритуалом жертвоприношения…
– Может, на кухне? – слабо возразила Катерина.
– Нет! – взревел Окуялов. – Здесь! На оскверненном ложе пусть примет он кару возмездия! Скотина!
– Давай я лучше его съем! – Катерина поднесла огурец к губам!
– О! Нет! Не смей! – в ужасе воскликнул Окуялов, вырывая соперника из ее цепких рук. – Это слишком сладкая смерть! Режь подлеца! Кроши негодяя, дави каналью!
Катерина горестно покачала головой и, покорно полоснула ножом поперек туловища огурца, рассекла его пополам. Половинка огурца безжизненно покатилась по полу.
– Ага! – торжествующе воскликнул Окуялов, в восторге подпрыгнув ввысь! – А ну-ка! – Еще-е-е-е-е-о-о-о-о-о! Получай! Накося! Выкуси!
Катерина жестоко и бесстрастно четвертовала огурец на радость мужу. Лишь к утру Окуялов угомонился и заснул крепким богатырским спокойным сном с чувством глубокого удовлетворения. Запах огурца приятно щекотал ноздри. АВТОР ПОБАСЕНКИ " ОГУРЕЦ " АЛЕКСАНДР МЕШКОВ из КНИГИ " ПИЧУЖКИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ "
P. S : ИРОНИЧНАЯ ПОБАСЕНКА " ОГУРЕЦ " публикуется с разрешения автора, Александра Мешкова. А здесь я оставляю ССЫЛКИ ещё на несколько ИРОНИЧНЫХ историй от моего друга. Всегда ВАШ, ПЕТР МИХАЙЛОВ!