Степан подскочил с кровати, помог Зинаиде собрать с пола разлетевшуюся в разные стороны яичницу, потом долго дул на ее обожженный палец, с нежностью заглядывал в ее лицо и все ждал ответа.
— Ты снова хочешь меня кинуть? — наконец спросил он, а Зинаида Валерьевна отрицательно замотала головой.
— Не хочу, Степа. Но ты и в самом деле думаешь, что из этого что-то может получиться?
Он неожиданно прижал к себе Зинаиду, поцеловал ее в макушку, потом снова взглянул в ее лицо своими прозрачными голубыми глазами:
— Я надеялся, что между нами что-то получится еще много лет назад. Зин, тридцать лет прошло, ну сколько можно еще ждать? Мы с тобой протянем еще, дай бог, лет тридцать. Ровно столько же, сколько мы с тобой уже потеряли из-за твоего желания жить в городе с перспективным парнем. А теперь, возможно, пришло время пожить в деревне?
Она улыбнулась:
— Ты знаешь, а ведь тут я счастлива. Никогда бы не подумала о том, что смогу быть счастливой в какой-то богом забытой деревушке, а теперь я счастлива! Не только потому, что я в деревне вдруг оказалась. Потому, что тут оказался ты.
Степан еще раз поддался порыву и прижал к себе любимую женщину. Зинаида Валерьевна задумалась о том, что никакие годы, никакие расстояния и встречи с другими людьми никогда не перечеркнут в воспоминаниях и чувствах все то, что было на самом деле настоящим. Не поддельным, показным, искусственным, а самым настоящим. То, что пронесла она в себе, потратив лучшие годы совсем не ту жизнь, которой на самом деле мечтала жить.
— Тогда я могу считать, что твой ответ «да»? — с надеждой в голосе спросил Степан, а Зинаида едва заметным движением смахнула с щеки выкатившуюся против ее воли слезу. Как же она любила! И подумать не могла, что сможет еще раз в жизни испытать такие чувства, считала, что любовь к сыну – это единственная любовь, которую она будет испытывать до конца своих дней. Выходит, ошибалась. И насчет своих чувств, и насчет отношения к себе сына, и насчет невестки ошибалась. Как много ошибок осталось позади, нельзя было допускать больше ни одной, время не позволят.
— Я говорю да, — кивнула она, а Степан радостно заревел.
Дома Зинаида Валерьевна собрала сына и невестку, усадила за стол, потом внимательно на них посмотрела.
— Что-то не нравится мне это собрание, — пробубнил Андрей, а Маша аккуратно толкнула его локтем в бок.
— Дай матери сказать, — строго произнесла Маша, а свекровь с благодарностью посмотрела на нее, — вечно ты всех перебиваешь.
— Я замуж выхожу, — Зинаида Валерьевна решила не тянуть кота за хвост, сразу расставив все точки над «и». лицо Андрея вытянулось, он даже приподнялся со стула, чтобы что-то ответить, а потом уселся обратно, так и не подобрав нужных слов.
— Замуж? — Маша захлопала в ладоши, — я так рада за вас! Господи, какая удача найти своего человека даже спустя годы.
Только Андрей сидел за столом хмурым и молчал мял в руке бумажную салфетку, превратив ее почти что в пыль.
— Замуж, — наконец проговорил он, — под старость лет.
— Какая старость, Андрюша? — возразила ему Маша, — твоя мама еще молода, полна сил и энергии…
— Чтобы тратить их на этого пасечника, — снова недовольно проговорил Андрей, а потом поднялся из-за стола и удалился в их с Машей спальню. Зинаида Валерьевна, тяжело вздохнув, пошла вслед за ним.
Андрей стоял у окна, сложив руки на груди. Слышал, что мать вошла в комнату, но даже головы не повернул, чтобы посмотреть на нее.
— Андрюша, ты против? — спросила Зинаида Валерьевна, а потом осторожно коснулась ладонью плеча сына, — если ты против…
— Я не против, — нервно отозвался Андрей, — просто я не понимаю. Вы столько лет жили с папой, потом ты столько лет была одна. Все же было хорошо! Что сейчас случилось, что ты вдруг замуж засобиралась? Тебе некуда энергию девать?
— Ты прав в одном, — тихо ответила Зинаида Валерьевна, — я была одна. И осталась одна, когда ты с Машей уехал в Ключи. Ты думаешь, что это просто? Жить одной, быть никому не нужной, выкинутой…
— Ты мне нужна! — перебил ее сын, — Машке нужна. Нам нужна!
— А мне нужен он, — сказала Зинаида Валерьевна, — дай мне возможность сделать кого-то счастливым и быть счастливой самой. Я заботилась о тебе много лет, а теперь буду заботиться о другом человеке. Ну а он будет заботиться обо мне. Это ведь прекрасно!
Андрей неопределенно повел плечами:
— Он использует тебя. Сделает из тебя домохозяйку, служанку! Будешь ему готовить, стирать, убираться в его доме.
— И что? — рассмеялась Зинаида Валерьевна, — это обычная жизнь. Маша тоже стирает тебе, готовит и убирается. Тебя это не коробит? Так почему мои отношения со Степаном, которые мы хотим официально оформить, вдруг стали проблемой?
Андрей замолчал. Вышел из комнаты, тем самым прервав разговор с матерью и так и не ответив на ее последний вопрос. Зинаида Валерьевна осталась в недоумении, а через минуту в комнату к сыну вошла Маша.
— Не переживайте, Зинаида Валерьевна, — сказала она негромко, — Андрей смирится с этим, ему просто нужно время. Он привык к тому, что ваше внимание всецело принадлежит ему, а теперь это внимание будет уделяться еще и другому мужчине.
Зинаида кивнула и вдруг обняла Машу. Она впервые сделала это сама, потому что так захотела. До этого поводов обниматься с невесткой не имелось, а тут внутри словно что-то отщелкнуло. Маша погладила свекровь по спине, и этот жест стал для Зинаиды знаком того, что они с невесткой теперь стали близкими друг для друга людьми.
Постепенно Андрей оттаивал. В первую неделю после полученной новости о замужестве матери он почти не разговаривал с Зинаидой Валерьевной, всячески избегая общения с ней. Постоянно пропадал на ферме, уходил рано, возвращался поздно. Дела в бизнесе шли не очень хорошо, Зинаида Валерьевна видела это, но в делах своего сына и его жены не лезла. Понимала, что деньги, переданные ею Андрею, не помогли поднять дело с колен.
Нужно было что-то делать, но что именно – Зинаида Валерьевна не знала. Она тоже не очень-то сильная была в бизнесе, никогда не занималась расчетами и планированием, но понимала, что где-то ее сын с невесткой промахнулись, делая ставку на то, что, вложившись в свое дело, уже совсем скоро начнут получать доход. Пока выходило с точностью до наоборот – были в делах сплошные расходы и минусы.
— Не знаю, что и делать. Я совсем измучилась, не зная, говорить тебе или нет, — поделилась как-то своими грустными мыслями Зинаида со Степаном. Они сидели у него дома, пили чай и, как всегда, разговаривали ни о чем. Они еще не узаконили свои отношения, но заявление в загс подали. Через два месяца должна была состояться регистрация, никаких пышных торжеств не планировалось, да и ни к чему это все было.
— Ты о чем, Зина? — поинтересовался Степан.
— Я про бизнес Андрея и Маши. Вижу ведь, что им тяжело. Нелегко дается им все это, не получается никак выровняться, поднять дело по-настоящему, выйти на прибыль. Где-то они совершают ошибки, глупые причем, оба осознают это, но никак не хотят отказываться от начатого. Я понимаю, что им тяжело, но еще тяжелее будет свой бизнес продать какому-то чужому человеку. Не знаю, для чего жалуюсь тебе, наверное, для того, чтобы просто выговориться.
Степан загадочно посмотрел на Зинаиду и неожиданно спросил:
— Слушай, ну а зачем продавать бизнес чужому человеку? Я могу выкупить у них и землю, и все, что они успели сделать на ферме. В деньгах не обижу, но зато точно потяну это все на себе. Опыта у меня много, пасеку смог раскрутить, да и ферму тоже смогу. Не боги горшки обжигают. Любое дело по плечу, если сам того хочу.
Зинаида рассмеялась. Предложение Степана казалось ей заманчивым, а еще вполне здравым и логичным. Только вот как на это предложение отреагирует Андрей? Он только-только начал свыкаться с мыслью о том, что мать выходит замуж за какого-то пасечника из прошлой жизни, а тут еще этот самый пасечник решил выкупить его дело. Представить себе реакцию сына было несложно, Зинаида понимала, что Андрей будет против этого.
Решив поговорить сначала с невесткой, Зинаида Валерьевна осторожно завела разговор с Машей, а через минуту уже поняла, что не прогадала.
— Я постараюсь убедить Андрея в том, что будет лучше продать бизнес Степану, — сказала Маша, — я же вижу, как ему тяжело. Не справляемся мы, и чем дальше работаем, тем больше погружаемся в долги.
— Будет лучше, если это сделаешь ты, — Зинаида кивнула, — все, что касается Степана, пока еще вызывает в Андрее бурю протеста. Он до сих пор слишком активно реагирует на все мои слова, если в них встречается имя Степана.
Маша кивнула и улыбнулась. Разговор между супругами состоялся, он был непростым, и поначалу Андрей сразу же встал в позу – нет, бизнес не продам, буду биться до последнего.
— Подумай не только о себе и своих желаниях, — сказала Маша, многозначительно посмотрев на мужа, — у тебя есть семья, и ты несешь ответственность еще и за нее, а не только за себя.
Зинаида Валерьевна, услышав эти слова невестки, взволнованно уставилась на Машу. Невестка загадочно улыбнулась, а потом нежно погладила Андрея по плечу и сказала:
— Я жду ребенка. Андрюша, нам будет лучше, если в жизни нашей будет стабильность. С фермой этого не получится.
Лицо Андрея просветлело. Он почти кричал от радости, кружил жену на руках, хохотал счастливо, а потом, успокоившись, сказал:
— Пусть будет так, как ты говоришь. Наверное, ты права. Бизнес – это не мое. Я – юрист, а не бизнесмен.
Зинаида Валерьевна была вдвойне счастлива. Теперь у нее будет внук или внучка, и новость эта не могла ее не радовать, а еще ферма, в которую было вложено немало сил и средств, перейдет не к чужому человеку, а к своему, родному. Степан ей был почти мужем, без него Зинаида уже не видела себя и своего будущего.
Через месяц Степан Генералов стал полноправным владельцем бизнеса Гераськиных. Андрей и Маша переехали в город, продав дом одному из желающих поселиться в Ключах. На вырученные средства молодые смогли купить однокомнатную квартиру в городе, но Зинаида Валерьевна была против того, что беременная невестка с сыном ютились в однушке.
— У меня трехкомнатная квартира, — сказала она Андрею и Маше, — не вижу смысла ее сдавать чужим людям. Давайте сделаем так: вы переедете в мою квартиру, а свою сдавайте. Так у вас и дополнительный доход будет, и места, где развернуться, будет больше. Это же удобней и для вас, и для ребенка.
Маша счастливыми глазами смотрела на Зинаиду Валерьевну, а Андрей уже едва сдерживал слезы благодарности. Это решение Зинаида принимала не единолично, а только посоветовавшись со Степаном. В последнее время она вообще перестала решать что-либо, не обсудив это заранее со своим будущим мужем.
В апреле они поженились. Это была скромная церемония, на которой молодожены сначала зарегистрировались в загсе, а потом отправились небольшим составом в ресторан: Степан с Зинаидой, Андрей с Машей, соседка Генераловых, с которой Зинаида стала близко общаться в последние месяцы, а еще та самая Анна Васильевна, опять случайно встретившаяся Зинаиде на рынке и напросившаяся на торжество.
— Ты счастлива? — спросил у Зинаиды Степан, когда уже вынесли торт, а все гости, уставшие, но довольные, хотели попить чаю и разойтись по домам.
— Я очень счастлива! — честно ответила Зинаида и прижалась к плечу Степана, — если бы год назад кто-то сказал мне о том, как круто изменится моя жизнь, я бы ни за что в это не поверила. Жить в поселке, заниматься фермерством и выйти замуж за свою первую любовь – это все за гранью моего понимания.
— Это судьба, дорогая моя, — рассмеялся Степан, — от которой не уйдешь. А быть счастливой ты просто обязана, хотя бы потому, что заслуживаешь этого как никто другой.
Ещё больше историй здесь.
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.