Шумный зал ее оглушил, Людмила растерянно катила за собой чемодан, осматриваясь по сторонам. То, что она застала мужа с любовницей — это судьба, которая подала ей знак: пора что-то менять. Этого же знака Люся сейчас ждала, не зная, как ей быть дальше.
Краем уха она уловила последние аккорды гитары.
— Мне мама в детстве выколола глазки, чтоб я в шкафу варенье не нашел. Хватит на меня глазеть, дамочка, — аэропортный музыкант отложил гитару и потянулся за бутылкой воды. — Да шучу я! — продолжал с ней беседу, хотя женщина просто молчала, разглядывая его странный наряд: поверх футболки не первой свежести, накинута рубашка в клеточку. На лохматой, нечёсаной голове — синяя кепка с эмблемой этого летного заведения. — Вы думаете, почему меня не гонит отсюда охрана? — раскинул руки, но его неподвижный, слепой взгляд оставался на месте. — Я здесь давно работаю. Чемоданы раньше проверял. Вот одно из багажа и рвануло прямо в руках. Ослеп, как видишь… Жалеют меня, подкидывают иногда работенку. Только жалость для любого нормального человека — оскорбительна. Лучше буду на гитаре играть, — он снова схватил инструмент, растопырив пальцы.
Люся охнула, прикрыв рот ладонью, заметив, что у мужчины не хватало на обеих руках мизинцев, но при этом он играл на гитаре. В раскрытом футляре лежала мелочь и несколько купюр небольшого достоинства.
— Сыграй «Ветер перемен». Сможешь? — она порылась в заднем кармане джинс и положила тысячу рублей к остальным деньгам.
Убрав ручку, села верхом на ребро чемодана, начиная тихонько барабанить по его бокам в такт первым звукам.
Люся запела.
Ей казалось, что вокруг стало тише и как-то уютней, что ли. Гитарист, прикрыв веки, заулыбался. Мелодия парила волшебным образом, поднимаясь все выше и выше. Женщине показалось, что впервые у нее выросли крылья за спиной. Она почувствовала себя той птицей, что выбралась из клетки и расправила крылья.
Еще несколько секунд была тишина. Потом послышались хлопки. Люди покрикивали «браво!». Люся опомнилась, будто вынырнула из сна. Она смущенно опускала голову, прячась за водопадом каштановых волос.
— Удачи тебе! — выкрикнула она музыканту, уходя подальше от собравшейся толпы.
***
Карелин целый день был занят, думать о жене не было времени. Потом он поехал со своей молодой л.юбовницей на квартиру, которую ей снимал. Двухэтажные апартаменты в элитном районе, его «звездочке» очень нравились. Он помнил, как она радовалась, скакала козочкой, восторженно комментируя каждый угол.
Потянулся было за телефоном, но одернул себя. Больше не нужно прятаться, выкручиваться, придумывая для Люси отговорки. Можно спокойно насладиться красивой и ласковой девочкой…
Малышка убежала «пудрить носик» в ванную, а он плеснул себе коньяка и… Никакой радости по поводу того, что скоро развод — не испытал. Нет, он, как честный человек, на улице бывшую не оставит. Зная ее сумасбродный характер, еще чего доброго в одних т.русах уйдет, с гордо поднятой головой. А оно ему надо? Чтобы за спиной ш.ушера разводила сплетни, что Владимир Карелин — подлая с.котина. Больше двадцати лет брака не выкинешь просто так на помойку. Пожалуй, он ей денег добавит. Да. Пару миллионов положит на счет, чтобы не дулась.
Вдруг перед глазами встала, как наяву, Людмила. В своей мешковатой юбке чуть ниже колена, блузке, с дурацким бантом на груди, как училка начальных классов… В серых глубоких глазах — тоска всей вселенной, словно он заточку ей под сердце воткнул. Не по себе как-то стало. Дорогой алкоголь не в то горло пошел. Вова закашлялся, раскрасневшись как рак. Замахал руками, когда «звездочка» кинулась к нему на шею.
— Иди в кровать, мне позвонить нужно, — сухо бросил и пошел на кухню воды хлебнуть.
Стерильная чистота. Нет ничего п.ожрать. В холодильнике только минералка, аж десять бутылок. Он достал одну, свернув резьбу, отпил жадно, не щадя горло от холода. Еще держа стеклянную бутылку, пожамкал экран, выискивая среди ленты вызовов нужный.
Пошли гудки. Никто трубку не брал.
«Специально выеживается, с.ука! Строит из себя страдалицу» — психанул, когда и с третьего дозвона ему не ответили. — «Ну и х.рен с тобой!».
Срывая по пути галстук, поднимался по лестнице в спальню, где безбожно фальшивя, напевала куплет из своей новой песни любовница.
У Владимира впервые случилась осечка. Он смотрел в потолок, пока звездуля наглаживала волосатую грудь и лепетала глупости, что он устал, переутомился, из-за жены нервы сдали.
Сна ни в одном глазу. Пока певичка, натянув на глаза маску для сна, сопела тонким носом, он осторожно выбрался, скинув ее тонкую руку. Вова сам не знал, зачем снова звонит жене. Теперь уже бывшей.
— Серега, приезжай за мной. Я на квартире. Домой мне надо… — позвонил водителю, график у которого был ненормированный. Оно и понятно, с таким бизнесом, праздники и выходные в семье — только снятся.
— Люся что-то говорила? — тер покрасневшие глаза. Поделал для шеи зарядку, помотав головой.
— Ничего такого, — отчеканил водитель.
Карелин еще думал что-то спросить, но за всю поездку так мысль и не сформировалась толком.
Первое, что бросилось в глаза — ключи, небрежно лежащие в прихожей. Брелок в форме хрустального красного сердечка, окружил алыми бликами все вокруг, словно кровь растекалась по глади полки. Вова передернул плечами.
— Люся, ты дома? — первым делом прошел в их спальню, но нашел лишь помятую кровать. Открыл шкаф и понял, что вещей стало меньше. Нет ее любимого серебристого платья на вешалке. Сняв плечики, на которых оно раньше висело, подошел к постели и медленно на нее опустился.
Вздрогнул, когда заметил сиротливо лежащий на тумбочке кружок обручального кольца. Сгреб его на ладонь и прищурился. Под ногой ощутил что-то инородное. Убрал ступню. Пригнулся. Люсин телефон! Провел по экрану, который тут же засветился заставкой их фото без всякой блокировки: Люся, Виталина и он были на море… Да. Лет пять назад. Вита там смешная, с африканскими косичками. У жены нос обгорел. Люся светилась счастьем и смотрела… Она смотрела на него с любовью, положив руку на плечо.
Карелин завалился на кровать прямо в одежде, на место, где спала жена. Долго размышлял, куда она могла податься. Подруг и знакомых у нее не было. Людмила всю себя посвятила этому дому, ему и дочери.
Забывшись в беспокойном коротком сне, Владимир соскочил с утра. Выпив за раз две чашки крепкого кофе, еле дождался девяти часов, чтобы позвонить в шарашкину контору, в которой Люся работала, перебирая бумажки в архиве.
Там ему ответили, что Людмила Карелина в отпуске на две недели.
Больше у него вариантов не было, где искать вышедшую из-под контроля жену.
— Пап, побесится и вернется. Это она специально делает, чтобы мы поволновались, — фыркнула Виталина, надувая пузырь розовой жвачки.
— Думаешь? — с сомнением протянул продюсер, почесывая подбородок.
Отец позвонил Вите по видеосвязи, чтобы поделиться открытием — мать пропала, взяв с собой документы и кое-что из вещей.
— Через две недели вернется, вот увидишь. Пусть развеется, успокоится…
Через две недели Владимир Карелин отнес заявление в полицию о пропаже супруги.
Роман Не забывай дышать Автор Ольга Рог