У народов Средней Азии одна вера, близкая культура, сходные языки, к тому же, они жили в одних и тех же государствах большую часть истории. Тем не менее, мы хорошо знаем, что это не приводит к теплым отношениям само по себе. Напротив, над ними надо работать.
Поэтому здесь тоже есть свои скрытые конфликты и недоверие по национальному признаку. Правда, в силу все того же сходства этих народов, они больше вызваны политическими, а не этническими причинами. То есть, недовольством тем, как Советский Союз в свое время поделил те или иные территории и желанием их вернуть.
Пожалуй, никаких особых проблем с соседями нет только у туркмен. Таджики и киргизы от них далеко, и между ними не было особых конфликтов исторически. С казахами их связывает общая кочевая культура и взаимные симпатии на этой почве. С узбеками у них тоже не было столкновний.
Казахи в данном случае на втором месте. С бывшими кочевниками, такими, как туркмены и киргизы, у них теплые отношения. В последнем случае на них еще влияет сходство культуры и языков. С таджиками они не очень-то взаимодействовали, у узбеками, конечно, ситуация посложнее.
В Узбекистане живут сотни тысяч казахов, в Казахстане – сотни тысяч узбеков. Каждый из народов является третьим по численности в соответствующей стране. Тем, как советская власть поделила земли их проживания, многие до сих пор недовольны. Но это никогда не становилось причиной конфликта.
Такая же самая ситуация сложилась между узбеками и таджиками, но тут все вышло гораздо серьезнее. Вплоть до требований вернуть территорию, слава богу, не выдвинутых официально. Таджикский президент Рахмон в свое время сошелся на кулачках с узбекским коллегой Каримовым – их растащил физически крепкий Лукашенко. Говорил, что Бухара и Самарканд должны быть таджикскими и, дескать, мы их все равно вернем.
Узбекистан в 1990-е активно вмешивался в гражданскую войну в Таджикистане, заминировал границу, неоднократно вводил экономическую блокаду, запрещая доступ гражданского и коммерческого транспорта. Да и есть собственные предъявы насчет узбекских регионов в Фергане.
В политическом смысле непростые отношения сложились у Таджикистана с Кыргызстаном. В одной стране живут земледельцы, в другой кочевники, и в советское время доступ к стратегически важной воде был поделен так, чтобы это устраивало каждого. С независимостью это привело к появлению множества мелких анклавов, небольших сел, со всех сторон окруженных территорией соседнего государства. Да и воду уже никто не хочет отдавать за просто так – в 2022-м соседи даже чуть за это повоевали.
В плотно населенной и многонациональной Фергане земли никогда не хватало на всех, в данном случае, для киргизов и узбеков. В 1990-м году это привело к знаменитым Ошским событиям, когда два народа сошлись стенка на стенку. В меньших масштабах нападения происходили во время каждой революции в Киргизии, а за последнее время их было немало. Вот это, пожалуй, самая большая их проблем в постсоветской Средней Азии.
Памирские народы, которых в Таджикистане несколько десятков, малы числом и живут в труднодоступной даже по местным меркам горной части страны. В отличие от соотечественников, они исповедуют исламское направление другого толка, а именно исмаилизм. В девяностые они являлись одной из активных сторон «гражданки», и даже имели шансы на победу. Война закончилась, но отношения с таджиками до сих пор не так уж и хороши.
Каракалпаки, которые имеют собственную автономию, занимающую западную часть Узбекистана, сильно недовольны тем, что правительство не замечает их проблем. Тут очень низкий уровень жизни по причине того, что мало людей и это пустыня. Были высказаны предложения о сепаратизме.