Любить человека. СССР, 1973. Режиссер и сценарист Сергей Герасимов. Актеры: Анатолий Солоницын, Любовь Виролайнен, Тамара Макарова, Жанна Болотова, Иван Неганов, Михаил Зимин, Юрий Кузьменков, Николай Ерёменко и др. 32,2 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Сергей Герасимов (1906–1985) поставил два десятка полнометражных игровых фильмов, 12 из которых («Семеро смелых», «Маскарад», «Молодая гвардия», «Сельский врач», «Тихий Дон», «Люди и звери», «Журналист», «У озера», «Любить человека», «Дочки–матери», «Юность Петра», «В начале славных дел») вошли в тысячу самых кассовых советских кинолент.
Двухсерийная драма «Любить человека» стала своего рода итоговой для авторских фильмов Сергея Герасимова предыдущего десятилетия («Люди и звери», «Журналист», «У озера»), в которых он пытался осмыслить советскую эпоху 1960–х и начала 1970–х годов.
Главные персонажи картины – представители, как тогда принято было называть, творческой интеллигенции – были представлены Сергеем Герасимовым в модном тогда ключе «кино про интеллектуалов».
Отсюда и выбор исполнителя главной роли – Анатолия Солоницына (1934-1982), до этого гениально сыгравшего Андрея Рублева в фильме Андрея Тарковского.
Сегодня, наверное, кому-то трудно себе представить, что столь неразвлекательный и разговорный фильм про интеллигенцию мог в прокате 1973 года собрать 32 миллиона зрителей. Но тогда, в 1970-х, это никого не удивляло, так как популярные советские развлекательные фильмы в ту пору легко привлекали аудиторию в 60-70 миллионов…
Советская пресса 1970-х о фильме «Любить человека» писала много и охотно.
Кинорежиссер и киновед Александр Мачерет (1896–1979) в целом подошел к фильму «Любить человека» с позиций соцреализма и идеологии, считая, что «пафос картины Герасимова заключен в поисках фокуса преломления нравственных достоинств советского человека. Пройдя сквозь этот фокус, самые разные по своему масштабу и значению духовные черты объединяются, образуя целостное явление. … общественно–воспитательное значение фильма. Оно велико: зритель, расположенный увиденным на экране к воспитанию в себе качеств высокой духовности, коммунистической идейности, интеллигентности, приблизится и к овладению той степенью сознательности, к пониманию той меры ответственности перед обществом, которые являются одной из важнейших составных частей общего процесса воспитания человека коммунистического общества» (Мачерет, 1973: 56).
Философ и эстетик Георгий Куницын (1922–1996) остался недоволен тем, как решаются в фильме «Любить человека» профессиональные конфликты персонажей, «и поскольку в данном случае на сей счет ясности должной достигнуть не удалось, то на передний план в картине большого гражданского пафоса неизбежно выдвинулись эпизоды семейной жизни. Оказалась драматичнее именно эта сюжетная линия. А жаль, ведь и она бы еще больше выиграла, если бы гладиаторский темперамент Калмыкова получил движение на глазах у зрителей» (Куницын, 1973: 3).
Уже в XXI веке Айрат Багаутдинов и Максим Семенов увидели фильм «Любить человека» совсем в ином ракурсе, обратив внимание на то, что «странным образом больше всего происходящее в … фильме напоминает этакую… игру в зарубежное кино. Все его приметы — вечеринки, вилла героев, разговоры на других языках и о путешествиях в другие страны, светская болтовня ни о чем — все перед нами, воспроизведено и расставлено в надлежащих местах. Открывшаяся дверь выразительно делит лицо героя на две части. Французские стихи читаются с особым выражением. Александра Васильевна ходит по квартире как Анна Павловна Шерер по своему салону. Но этот парад никуда не движется. Даже бесконечная рефлексия героев не кажется чем–то настоящим, тем более что, в сущности, «Любить человека» — это обстоятельный рассказ о борьбе хорошего с лучшим. Так могло бы выглядеть идеальное кино импортозамещения. Все как в Европе, все как у шведов, французов или итальянцев, но только доморощенное. … Но нет худа без добра. Неудачи фильма в глазах истории часто оказываются его достоинствами, и «Любить человека» точно фиксирует слом эпох. Время мечтаний прошло. На их месте — фантазии о комфорте, коттеджах и загранице» (Багаутдинов, Семенов, 2017).
В принципе об этом же писал и киновед Петр Багров, подчеркивая, что «важно, что Герасимов был очень восприимчив к стилю. Он понял, что после большого перерыва наконец–то Запад опять начинает влиять на наше кино. … «Любить человека» — и вообще сделана слегка под Бергмана, Антониони или, по крайней мере, «Июльский дождь» Хуциева. Чего стоит один этот диалог: «Мы поссорились...» — «Мы не поссорились, мы преступили...» — ну, чистый Бергман! Так это многие и воспринимали: у нас ведь в конце 60–х шла всего одна картина Бергмана, «Земляничная поляна». Все это вызывало бурный восторг некоторых критиков и, особенно, критикесс — «подружек–аленренушек» и «крошек–антониошек», как называл их Козинцев. Такой же формальный знак «нового кино» — Солоницын в «Любить человека». Ну, зачем он Герасимову? А все дело в том, что Солоницын — актер Тарковского, это — новые веяния. Оттого Герасимов и берет Солоницына — таким же «знаком», как курящего Васильева или, скажем, Анни Жирардо в «Журналисте». И выпадает Солоницын из картины самым откровенным образом, потому что Герасимов не любил, да и не умел толком работать с актерами такого темперамента?» (Багров, 2006).
Мнения зрителей XXI века о драме «Любить человека» порой сильно расходятся.
«За»:
«В этом своем фильме Герасимов наиболее интимен и лиричен в своем взгляде на человека. Красивые люди, красивые отношения. Один из немногих фильмов, где советский человек обладает манерами аристократа. Очень люблю этот фильм» (А. Рекеда).
«Прекрасный фильм, талантливые создатели... Фильм очень точно выдержан эмоционально и никаких домыслов не требует... Просто в наше время мало кто уже помнит, что такое любовь, дружба, совместная работа, творчество, что людей может объединять и вдохновлять идея, создание чего–либо... По большому счету – ничего не изменилось, все мечтают о настоящей любви, крепкой дружбе, только грязи и на экране и в обществе стало больше, увы...» (Е. Жукова).
«Мне кажется, это фильм–утопия (в хорошем смысле). Это мечта Герасимова о совершенном человеческом обществе и об идеальных человеческих отношениях. Конечно же, никаких адюльтеров в фильме нет и быть не может, это фильм о прекрасных, порядочных людях. Идеальное общество – это и тема и идея фильма» (М. Джиганская).
«Против»:
«А мне вот фильм не понравился. Именно из–за актёров. Для Солоницына, привыкшего играть глубокие и противоречивые натуры, роль Калмыкова мелковата. … Ещё более жалко Любовь Виролайнен – прекрасную актрису, просто созданную для ролей в любовных драмах, но вынужденную играть во всяческой дребедени. Не монтируется она с Солоницыным... Понимаю, зачем Герасимову нужен был Солоницын – он искал на партикулярную роль актёра–интеллектуала, но именно это–то и угробило фильм окончательно. Солоницын с его актёрским и человеческим масштабом похоронил замысел режиссёра» (М. Кириллов).
Киновед Александр Федоров