Степан уехал осенью. Его уже ждали на заводе.
Осень в том году была продолжением лета, тепло стояло до середины октября. Дети ходили в школу в одних ветровка, Максим в тот году пошёл в первый класс и очень радовался, тому, что папа уехал надолго: никто не заставит его уроки учить. Ещё на подготовительных занятиях в детском саду он показал свои способности к нежелание учиться.
- Я буду дворником! – кричал он маме, когда она заучивала с ним алфавит и складывала звуки в слоги. При папе он такого говорить не смел.
- Почему именно дворником? – удивлялась Влада.
- Что непонятного?! Отработал утром, и весь день свободен.
Влада смеялась над сыночком, Алина тоже, но насмешки других не будили в нём желание быть хорошим учеником. Строгость бабушки Павлины тоже не помогла, наоборот, он вредничал, притворялся больным во время занятий с ней – за живот хватался, бегал в туалет и выглядывал на улицу, прислушиваясь к звукам из форточки. На улице ему самое место с пацанами, а не за столом, над скучным букварём.
Никто не ждал от парня ничего хорошего, даже отец. Бабушка Пава, частенько приговаривала при Але:
- Весь в отца твой братец.
Одна мама его ни с кем не сравнивала и не пыталась делать из него отличника. Тяжело ей было одной с детьми в нелюбимом городе. Но это было легче, чем видеть мужа напряжённого, недовольного, мучающегося бессонницей, а вечерами, приходя с работы либо молчал, либо говорил на повышенных тонах с ней и детьми.
Они ежедневно созванивались, за исключением, когда Степан уходил в ночную смену. И тогда он звонил жене утром, когда у неё было утро. Он считал, ставил будильники на определённое время, ждал сеанса связи. Оба находили что-то романтическое в общении на расстоянии. Степан научился говорить красивые слова, они сами лились из его души, настолько он скучал по любимой супруге. Влада успокоилась окончательно и приняла ситуацию как есть. На дурные мысли и подозрения не оставалось времени.
По телефону папа проводил воспитательные беседы с сыном, дочери не требовалось таковых. Но когда она брала трубку и слышала папин голос, уходила к себе в комнату, закрывалась и подолгу беседовала с ним, рассказывая про подружек в школе, падения на занятиях по гимнастике, о том, какие случаи с ней произошли по дороге домой, так она принесла домой брошенного котёнка, но мама не разрешила его оставить.
- О чём вы там так долго секретничали? - спрашивала мама. - Ты не утомила папу, он же со смены.
- Нет! Ему интересно. Ему очень интересно, а тебе нет. Я про Саньку рассказала из нашего класса, который за косички меня всё время дёргает.
Влада недоверчиво улыбалась, отчасти не веря дочери, но потом Степан полностью подтверждал слова дочери, что-то пересказывал из их разговора, особенно волнительно относился к теме мальчиков – дочка у него настоящая красавица, как мама, - добавлял он и напускал на себя строгость. Обещал приехать и разобраться со всеми мальчиками, которые её обижают.
Влада, слушая его, задумывалась, каким же он хорошим отцом стал. Отцом на расстоянии. Заботливый, понимающий, слушающий. Она не помнила случая, чтобы он её так долго слушал, а тут Алину.
- Вот она наша гармония и любовь, - думала Влада, - на расстоянии! Издалека.
Степан приезжал два раза в год: на короткие зимние выходные. Он специально брал сверхурочные, менялся с мужиками, просил, чтобы его подменяли, и летел к своим. Эта несчастная неделя каждый раз была для мужа и жены настоящим медовым месяцем, а для детей, весёлыми каникулами. Степан начал замечать что-то хорошее в городе, который его не принял. В климате, который его раздражал непредсказуемостью и отсутствием настоящих морозов, таких, чтобы аж брови и ресницы серебрились, приходя с улицы, за нос щипал сразу как покажешь его на улицу. Здесь этого не было, зато нашлось много других забав для современных людей: походы в гигантские развлекательные центры, катания на катке с искусственным льдом, поход в детский кукольный театр. Аля ещё по телефону убедила папу сходить всем вместе на спектакль., Она мечтала ему показать игру артистов и кукол, атмосферу театра. Она же внимательнее всех следила за папой, сидя рядом, чтобы он не зевал и не клевал носом.
- Ну, как пап? Тебе понравилось? – спрашивала она в машине. Мама смеялась в кулак беззвучно, глядя на мужа.
- Да! – делал серьёзное и суровое лицо Степан, будто в драматическую постановку смотрел. Влада, еле сдерживалась, чтобы не расплакаться от смеха.
Але немного обидно, совсем чуть чуть. Постановка ведь была смешная, по сказке Пушкина и голоса такие забавные у кукол.
- Я тоже стану актрисой или кукольником. Буду ухаживать за ними, чтобы они не грустили, как тот царевич в бочке, - задумчиво говорила Алина.
Брат её играл в это время в телефоне рядом с ней на заднем сидении. Он еле отсидел на месте эти два часа.
****
Летом приезжал папа из командировки, не отдыхал по два месяца. Через месяц уже торопился обратно, утешая жену и детей, в первую очередь себя, что это последний год так. На следующий год они обязательно поедут на море, недели на три. Но и следующим летом они не попали на побережье, отправились к бабушке Лиде и тёте Свете. Скучнейшее было путешествие и отдых. Дядя Гена делал много замечаний племянникам и своим детям из-за каждой мелочи:
- Не прыгайте, не бегайте во дворе! Идите на улицу играть. Не поднимайте пыль в доме! Коврики поправляйте.
А когда в доме затевали шумные игры племянники, он выходил из себя, особенно если это случалось в доме тёщи. Он всё ещё надеялся заселить квартирантов к ней, на длительный срок, а её к себе или в общагу. Но тёща ломалась, посуточных его постояльцев принимала неохотно, шарахалась от них и от зятя, пугая своим поведением постояльцев. Как же трудно было Геннадию искать каждый раз новых людей, торчать на вокзале, договариваться и приплачивать трём из пяти таксистов на весь посёлок, чтобы везли случайных людей сюда. Он сто раз объяснял тёще: для неё старается, чтобы потом к пенсии у неё прибавка хорошая была и у них она не просила. Он же знал наперёд, какая у неё будет пенсия через несколько лет.
Короче, бизнес у зятя горел с приездом родни, да и тёща при них совсем разошлась, осмелела. Одни неудобства от гостей.
Степан такой правильный в этот раз приехал – не пьющий. Ни на какие уговоры не поддавался, соблазнительный вид домашних напитков сделанных Геной, не будили у Степана желания напиться. От вина и самогона отворачивал лицо, кривился. Влада ругалась с зятем и сестрой, видя, как они наливают и уговаривают выпить Степана, всего лишь рюмашку.
- Света, ты же знаешь, ему нельзя!
- Да знаю, что он у тебя запойный, что ж и по сто грамм не опрокинуть, за приезд.
- Он закодирован. Капля алкоголя его убьёт.
- Ага, слышали мы про каплю никотина и коня. Ничего с твоим Степаном не случится! На таком только брёвна возить. В запой ему никто не даст уйти, у Гены всё по счёту – много не выпьешь.
Степан мягко, без лишних эмоций, просил не ругаться жену с сестрой – он прекрасно всё понимает и полностью владеет собой. Это был один из самых ужасных отпусков с семьёй, зато бюджетно, очень экономно.
На следующий год ещё проще отдохнули у родителей Степана. Вот где было раздолье внукам, но поработать в огороде пришлось. Дедушка всем нашёл занятие на своих участках. Влада со свекровью делали закатки на зиму. Оля с Сергеем приезжали, а Михаила, как-то и не видели, Оля говорила, дела у него.
Пролетело пять лет. Лучшие, застойные пять лет для Влады и Степана, оба поняли, что значит семья и главные её ценности. Он продолжал ездить на работу на Север, но уже по графику: три месяца там, один дома. Квартиру свою они продали там, купили здесь без кредитов и долгов. Подумывали перебраться ближе к морю. Считали, сколько лет им надо будет откладывать, сколько заработать ещё.
Дети учились в школе, у Али приближался десятый класс, а там одиннадцатый, не за горами поступление. Максима отец грозился каждый свой приезд отправить в военное училище – ему это ничего не стоит, всего один звонок. Но Влада отбивала сына, не желая отдавать в казарму с юных лет, хватит и одного такого в семье. Хотя всё время, пока Степана находился на вахте жаловалась на поведение Максима, говорила, как ей трудно с ним.
Вскоре они взяли ещё одну квартиру, но не на побережье, а в большом городе. Маленькую однушку в высотке для их своей будущей студентки. Мечты Алины стать кукольником давно заброшены, да и актёрское ремесло уже не привлекало, с гимнастикой она простилась несколько лет назад. И вот они с мамой решали, кем же хочет она стать С папой больше не делилась секретами дочка, часами по телефону не болтала, закрывшись у себя в комнате. Забывала что он вообще есть. Макс и раньше этого не делал, а сейчас вспоминал об отце, когда он был дома только, если деньги нужны на очередную видеоигру.
Всё у них получилось, всё у них есть. Семья вновь ни в чём не нуждается, летом летают в Турцию или в Египет, какое там близкое и родное, черноморское побережье - Степан зря, что ли вкалывал все эти годы. Только Степан чувствовал, как становился не нужен своим. Всё у жены и детей хорошо и без него. Его главная задача — зарабатывать побольше, да подальше.
Конечно, это было не так, просто у Влады появилось много забот с Алей и Максом их и раньше хватало, но сейчас прошлые проблемы казались такими маленькими, безобидными. Росли потребности детей, Максима папа сам разбаловал, а теперь жаловался, что он звонит ему только, когда деньги нужны. А когда он приезжает сын неделями не разговаривает с ним, уткнувшись в свой компьютер. Жена пыталась объяснить Степану - с ней Максим ведёт себя точно так же, но Степан видел всё иначе.
Замечая его перепады настроения, он просто не мог долго находиться дома с ней и детьми, старался куда-нибудь уехать: к родителям, к брату, просто в другой город на прогулку с женой. Только с Владленой, ему этого так не хватало месяцами. Влада чувствовала нарастающую в нём пустоту и грусть, всячески пыталась заполнить её, когда он возвращался.
- Степан, ты так много сделал для нас, для семьи, - начала она, собирая его в очередную командировку. – Помнишь, как у нас было плохо, когда мы только решили переехать? Спонтанно ткнули на карту и переехали. Господи, сколько же мы уже пережили вместе?
- Да нет, мы тогда спорили ближе к твоей маме переехать или к моим. Главное, что у нас получилось поддерживать твоё здоровье. Твоя астма, практически тебя не беспокоит.
- Да это здорово. Но у нас уже всё есть. Але скоро поступать, она такая непостоянная, каждую неделю у неё меняются планы, и она решает выбрать другую профессию.
- Поэтому вы мне ничего не рассказываете?
- Степан, всё что нужно я тебе говорю, а остальное это наше девичье.
- Вот… - ворчал он, - у вас девичье, а у этого балбеса что? Отец для них никто.
- Для меня он так же закрыт, как и для тебя. Такой он у нас, не надо его ломать. Степан? – присела она к нему на диван. Он уже сделал недовольную физиономию, предполагая, что жена ему врёт. – Степан, может, пора прекратить? Ты как раз сейчас нужен здесь, нужен Максу.
- Что прекратить?
- Работу, по полгода вне дома.
- И что дальше? Сама говоришь, Але скоро поступать.
- Она и без нас справится, она умница. В остальном мы подготовились.
Степан задумался, подвинулся ближе к жене и обнял её покрепче.
- Давай, ещё годик, и всё. Я тоже устал, а про Максима ты права, ему железный кулак нужен.
Влада прижалась к нему, подняла голову и поцеловала в губы. Здорово, что за эти годы они всё же научились не только разговаривать, но и слышать друг друга.
Книга автора "Валька хватит плодить нищету!" на Литрес
продолжение ___________