У каждого наверно есть скелет в шкафу и не один. Уверена!
У меня три: первый это Василий, о втором скелете знает только один близкий мне человек, а о третьем никто никогда не узнает, даже я стараюсь это забыть..
Стряхнуть пыль Василия, спровоцировал "семейный односторонний скандал". Между делом так, я услышала фразу :
"Вот было бы тебе восемнадцать, нарожали бы с тобой маленьких Нин"
Я взорвалась...
- Ну, во первых хоть ты и на десять лет меня младше, но седая борода не у меня, Дим. И потом, когда мне было 18, ты машинку на верёвочке катал и во второй класс средней школы ходил".
Дима никогда не разжигает конфликт. Он молчит и ждёт. Ждёт когда я успокоюсь. А меня прёт...
- Как здорово что все мы здесь сегодня собрались. А чего собрались? С какой целью? Я же говорила, что рожать не собираюсь, мне хватит, племянницы и внучки А тебе детей надо. Ты что на это мне сказал, Дим? Правильно, что деть у тебя есть и что у тебя любовь, а я привыкну. Было?
- Было. Ну чего ты завелась? Я просто сказал.
- Просто ничего не бывает.
Вообще лучше бы не в 18, а в 17. Как раз твои дедовские тапочки мне кое- что напоминают. Хочешь расскажу?
- Никакие они не дедовские, а удобная домашняя обувь.
Дима не хочет, он включает в наушники Би-2 на "repeat" и ждёт когда я успокоюсь.
Я тогда здесь расскажу)).
Мне было почти 17 лет. Родителям 37 и 38, мама старше.
Я уже простилась со школой, одноклассниками и поступила в медицинское училище на бюджет.
Каталась на двух трамваях от дома до училища и обратно, но в тот февральский морозный день мой трамвай не приехал, что-то, где-то и надолго сломалось, я медленно превращалась в лёд.
Одета соответственно была по последнему писку моды. В папину кожаную куртку, потому что кожа это модно и ничего, что куртка мужская и размер 52. На ногах синие дутики. Они кстати стоили 10 бонн в валютном магазине, стояла я за ними два дня предварительно записавшись в очередь-урвала. И самый топ это "чулки сеточка" из эластичных медицинских бинтов, которые были тщательно выкрашены в черный цвет. Попало мне тогда за испорченную кастрюлю, но красота требует жертв.
В этом одеянии я медленно замерзала на остановке, в ожидании своего трамвая, как вдруг подкатил большой чёрный мерседес.
- Замёрзла совсем. Подвезти?
- Не надо. Спасибо.
- Да, не бойся, я не кусаюсь. Тебе куда ехать?
- Куда, куда. Домой. На Горького.
- Как раз нам по пути. Садись говорю, у меня тут тепло.
Да, мама говорила быть аккуратнее и не разговаривать с чужими дядьками, но мне почти семнадцать и если я умру на этой остановке от холода, мама не обрадуется. Я села в машину.
- Василий. А тебя как звать?
- Нина.
- Ну поехали, Нина. Да, ты совсем замёрзла. Сейчас печку включу, музыку- It's My Life
Василий был довольно таки симпатичным, но взрослым мужчиной. Худощав, опрятен. Чёрное короткое пальто, темные джинсы, на руке дорогие часы, на пальце перстень с гравировкой ВА.
- Откуда едешь то Нина?
- С учёбы.
- Мединская шарага что ль?
- Училище
- Извини, хорошее дело. Полезное
- Мне здесь остановите. Я дойду
- Давай ка на ты и доставлю я тебя до дома, раз взялся.
Он довёз меня до подъезда. В машине я хорошо согрелась, ожила.
- Завтра увидимся?
- У меня пары
- Так я отвезу
На следующий день в восемь утра Мерседес уже стоял у подъезда..
Продолжение следует..