Марк Андреевич быстро понял, что не ошибся. Наташа оказалась именно такой, какой он себе представлял. Она не зарилась на его деньги, не выпрашивала подарки, вообще не интересовалась его достатком. И если в самом начале Марк подозревал ее в лицедействе, то вскоре убедился в том, что Наташе он нужен сам по себе, поскольку в деньгах она не нуждается.
— Мне очень с тобой повезло, - сказал Марк через несколько месяцев после знакомства, - Мы с тобой очень зрелые, ходить вокруг да около, смысла нет. Давай попробуем жить вместе?
Часть 54
Начало
Отношения Славы и Наума наладились окончательно. В доме царили мир, покой и согласие.
Казалось, никакие проблемы эту семью не затронули, отпечатка не оставили.
Слава получила, наконец, постоянную работу в издательстве, с большим удовольствием занималась переводами, радуясь тому, что у нее это прекрасно получается.
Бывало что из простенькой, никуда не годной книжонки, удавалось создать нечто весьма удобоваримое и такого рода работа приносила Славе ни с чем не сравнимое удовлетворение. Она чувствовала себя полезной и чувство это ей нравилось.
"Зря говорят, что люди не меняются, - думала Слава, - меняются неоднократно в течение жизни."
Каждый раз обедая с Дольским, Слава его искренне благодарила, рассказывая о своих успехах, не забывала отметить, что без него наверняка превратилась бы в "полное ничтожество".
— Не говори глупости, Слава! - сердился Захар Витальевич, - Невозможно слушать! Ты никогда не была ничтожеством, просто очень беспечной. И, пожалуй, ленивой. Этого я отрицать не стану.
Слава, однако, настаивала на своем, прекрасно понимая, что Дольскому приятно то, что его вклад в ее образование по достоинству отмечен и не забыт.
Слава очень хотела чтобы Дольский занимался с Ульяной, но тот не работал с детьми и категорически отказался:
— Вот закончит школу, тогда пожалуйста. Милости прошу. Если к тому времени я еще не выживу из ума и не окажусь в желтом доме.
— Вам, Захар Витальевич, это не грозит, - улыбнулась Слава.
— Никто не знает где и как закончит свои дни, - философски изрек Дольский, озорно подмигнув собеседнице.
— Как твои дела? - спросила Наташа, встретившись с подругой после долгого перерыва.
— Так хорошо, что даже противно, - быстро ответила Слава и усмехнулась. - Полный штиль, ровная, чистая гладь.
— Радоваться надо, балда! - весело засмеялась Наташа, слегка толкнув ее плечом.
Слава небрежно махнула рукой и с ног до головы оглядела Наташу.
— Ты очень изменилась, дорогая. Не пойму как именно, но совершенно определенно. Выглядишь великолепно, лучше чем в двадцать. Честное слово.
Немедленно рассказывай что у тебя происходит? - нетерпеливо потребовала она, приплясывая от любопытства.
— Я влюбилась! Представляешь, Славка? Если бы еще полгода назад кто-нибудь сказал мне, что можно потерять голову после сорока, я посмеялась бы ему в лицо! Это такое удивительное, давно забытое состояние!
— Марк Андреевич? - догадалась Слава.
— Конечно Марк! Кто же еще? Он потрясающий! Мне очень повезло!
— Я рада за тебя, Наташка, ты так долго ждала своего человека... Неужели дождалась?
— Думаю да! - счастливо выдохнула Наташа, чье лицо светилось будто лампочка, глаза сняли тем особенным светом, что присущ исключительно влюбленным, а на губах то и дело появлялась улыбка.
Марк Андреевич быстро понял, что не ошибся. Наташа оказалась именно такой, какой он себе представлял. Она не зарилась на его деньги, не выпрашивала подарки, вообще не интересовалась его достатком. И если в самом начале Марк подозревал ее в лицедействе, то вскоре убедился в том, что Наташе он нужен сам по себе, поскольку в деньгах она не нуждается.
— Мне очень с тобой повезло, - сказал Марк через несколько месяцев после знакомства, - Мы с тобой очень зрелые, ходить вокруг да около, смысла нет. Давай попробуем жить вместе?
Жить вместе Наташа бы хотела, но не знала как отреагирует на перемены Денис?
Это надлежало незамедлительно выяснить.
— Я поговорю с сыном. Хорошо? - спросила Наташа.
— Конечно же поговори, - одобрил Марк, - мнение детей необходимо учитывать.
Надо сказать, что Денис Марка принял легко, без лишних вопросов и в первый же день.
Накануне Наташа предупредила сына, что хочет познакомить его с близким другом.
— Я знаю, что ты встречаешься с мужчиной, - сказал десятилетний, не по годам рассудительный, Денис, которого Слава заслуженно называла философом.
— Вот как? - удивилась Наташа, - Ну хорошо. И что ты об этом думаешь?
— Я убежден, что если люди хотят быть вместе, нужно быть вместе. Чего тут думать?
— А что, если мой друг... Марк. Его зовут Марк. Что, если он тебе не понравится? - с тревогой спросила Наташа.
— Как ты не понимаешь, мама, - снисходительно улыбнулся мальчик, - если тебе хорошо с твоим Марком, я постараюсь увидеть в нем то, что мне обязательно понравится. Не переживай, я не буду тебе мешать.
— Ничего себе! - рассмеялась Наташа, - И что же? Никаких фокусов? Без обид?
— Ни обид, ни фокусов, мама. Что ты как маленькая?
Рассказав об этом разговоре Марку, Наташа сказала:
— Признаться, я побаивалась. Знаю множество историй, когда дети буквально сходят с ума, стоит только одному из родителей начать встречаться с кем-то.
Чего только не вытворяют маленькие поганцы. Ко мне приходила одна девочка девяти с половиной лет, которой в течение долгого времени не могли вылечить дерматит. Оказалось это реакция на то, что у мамы после развода появился мужчина.
— Да. Я тоже об этом слышал и думал о том, как бы правильно подступиться к Денису. Но теперь ничего специально придумывать не буду. Пусть все будет естественно.
После того, что проделал с ней отец, Ия несколько дней провела в больнице. К счастью барабанные перепонки остались целы, потеря слуха, инвалидность женщине не грозила, но вот нос пострадал изрядно. Предстояла сложная операция по восстановлению. Возможно, что не одна.
Ия не плакала и это особенно ужаснуло Всеволода. Нос ее был перевязан, лицо сильно распухло, под глазами красовались темные, безобразные синяки.
Убедившись, что палата платная, одноместная, что врачи внимательные и профессиональные, Всеволод доверил им жену, но ехать домой наотрез отказался. За девочками присматривала Софья, за них он не волновался, а вот оставить Ию одну, наедине с воспоминаниями, темными мыслями, страхом и болью, он не мог.
— Я его убью... - сказал Сева пару дней спустя, приехав в контору Красинского посоветоваться, - У меня буквально чешутся руки, так хочется превратить его в котлету.
— Остынь. Он уже труп. Диагноз подтвердили, упырю недолго топтать землю, а ты возьми себя в руки. У тебя семья, девочки, - урезонил Антон, который и сам пребывал в шоке, но отнюдь не хотел, чтобы друг сидел за преднамеренное убийство полумертвого двуногого насекомого.
— Выходит этот... Он выйдет сухим?
- Всеволод так сильно сжал челюсти, что рисковал раскрошить зубы.
— Будь он здоров, я добился бы максимально возможного срока, предусмотренного за телесные повреждения, но в данном случае... - Антон развел руками, - Ему не светят даже исправительные работы, только штраф. И не так, чтобы очень большой. К сожалению... Система правосудия несовершенна, увы.
Всеволод все это понимал, Красинскому, его компетентности доверял безоговорочно, но смириться с тем, что его жену избили, сломали ей нос, жестоко унизили среди бела дня, он никак не мог.
"Нет. Так не будет. Штрафом упырь не отделается", - твердо решил Всеволод, пожимая Красинскому руку.
— Стой! - произнес Антон, удерживая его ладонь, - Я вижу, ты что-то задумал. Не надо. Я тебе как друг говорю и как юрист.
— Я понял, - глядя в глаза Красинскому, лицемерно заверил Сева, - Руку отпусти.
Красинский нехотя отпустил его, но тут же преградил выход, встав перед дверью.
— Сева, я знаю тебя столько лет, что боюсь произнести эту цифру вслух...
Всеволод сложил на груди руки, присел на краешек добротного, дубового стола, давая понять, что в драку не полезет и даст другу высказаться.
— Пообещай мне, что не станешь делать ничего, не поставив меня в известность, - попросил он.
Некоторое время Сева молчал, обдумывая. Красинский не торопил и когда еще более погрузневшая, но по-прежнему расторопная Марго Евгеньевна постучала в дверь и спросила все ли нормально, ответил:
— Все хорошо, Марго. Все отлично!
— Я обещаю, - произнес Сева мгновение спустя. Не задавая больше вопросов, Красинский отступил, давая ему возможность покинуть кабинет.
Надежда Ровицкая