Мы с Дианкой-младшей сидим в детской поликлинике, ждём очереди на какие-то формальные процедуры. В коридоре много мамочек и детей. Одни шушукаются, другие капризничают, третьи разглядывают цветные стенды со всякими болячками.
Никита подвёз нас и отбыл по своим участковым делам. Диана-ВДВ тоже составила нам компанию. Сейчас она вышла на улицу, пообещав купить чего-нибудь вкусненького.
Я уже привыкла, что теперь у нас две Дианы. Младшая – моя дочка, старшая – подруга Вдовина, её крёстная. И если я после родов чуть-чуть похудела, то ВДВ по-прежнему кругла, крупна и жизнерадостна. Она играючи несёт по свету свои сто десять килограммов женского очарования и богатырской мощи.
Делать нечего, сидим, зеваем. Дианка спит у меня на руках. Рядом с нами мамаша с симпатичным мальчонкой. Парнишка молчит, зато мама трещит без умолку.
- Гришеньке почти четыре года, а он всё ещё не разговаривает! – жалуется она. – Почему задержка? Вдруг что-нибудь серьёзное? Привела вот к логопеду. Гриша, скажи что-нибудь?
Мальчик упорно отмалчивается. Подключаются соседние женщины. Кто-то уверяет, что ничего страшного нет. Придёт время – и заговорит, не остановишь. Кто-то спорит, что его непременно надо показать врачу.
Другой мальчишка постарше слоняется по коридору, выглядывая в окна. Мимо поликлиники идёт транзитная дорога. В плотном транспортном потоке шмыгают такси, плывут автобусы, гудят дальнобойные фуры.
Мамашка этого парня занята сотовым телефоном. Очередь движется медленно, сыну отчаянно скучно. Увидев за окном что-то интересное, он оживляется и наваливается на подоконник:
- Мама! – зовёт он, не отрываясь от улицы. – Мама!
- Ау, Лёва? – женщина тычется в мобильнике.
- Мама, а тётя может фуру поднять?
Мамаша недовольна, что сын отвлекает её глупыми вопросами.
- Конечно, нет, Лёва. Разве только игрушечную фуру, как я, когда собираю с пола твои машинки!
- Угу… - Лёва продолжает таращиться в окно. – А две фуры тёти поднять могут?
- Нет! Я же сказала: тягачи очень тяжёлые, никакой тёте они не под силу. Фуру даже дядя не поднимет. Даже десять дядь!
- Угу… - говорит Лёва. – Но вон там на дороге тётя как-то их поднимает…
- Не ерунди, фантазёр!
Мне становится смешно. Я догадываюсь, кого увидел за окном Лёва. То-то Диана-ВДВ до сих пор не возвращается!
Осторожно, чтобы не разбудить дочку, вытаскиваю телефон, набираю Вдовину:
- Динчик, ты где? Чем занимаешься?
- Скоро буду! – рапортует с улицы ВДВ. – Стелла, как можно назвать женщину, которая растаскивает фуры? Дорожная фурия?
- Скорей всего, да. Куда ты их тащишь?
- А куда придётся! Прикинь, иду из киоска с мороженым – а тут затор на перекрёстке! И эти самые стоят, бибикают… как их называют?... Длинноездики? Нет, долгоходики?
- Дальнобойщики?
- Да! У одной фуры рулевое управление отказало, весь проезд загородила, остальные ругаются такими словами, что у меня мороженое потекло! Регулировщик гаишный – ни уха ни рыла, знай руками разводит. Я тут сейчас и за регулировщика, и за эвакуатор, и за волшебный пендель! Погоди, растащу их маленько, а то сбились в кучу, как комки в манной каше…
- Мама! – зовёт Лёва. – А три фуры тётя тоже не может поднять?
- Нет! – начинает сердиться мамаша. – Женщины не могут поднять ни одной фуры! Не зря я привела тебя к врачу, ты определённо бредишь. Или температура подскочила.
Почуяв веселье, любопытные детишки из очереди лезут к окнам. Подхожу и я с дочкой в охапке.
На дороге затор, машин скопилось битком. Диана-ВДВ отсюда похожа на маленький деловитый буксир в морском порту. Забавно видеть, как засучив рукава, Вдовина вручную растаскивает автомобильную пробку, не забывая оттопыривать мизинцы, чтобы не повредить маникюр.
Позади неё маячит растерянный гаишник и держит кулёк с нашим мороженым. Картина маслом!
Серьёзный мальчик в очках смотрит на это зрелище, поворачивается к Лёве и говорит:
- По-моему, коллега, ваша мама слегка некомпетентна. Женщины способны двигать фуры, если мужчина подержит им мороженое.
По коридору бежит молодой доктор. Заметив столпотворение, он не удерживается и тоже глядит поверх детских голов. Затем открывает створку и кричит Диане:
- Мадам! Вам там не тяжело?
- Не-а, - отзывается снизу Вдовина. – Правда, фургоны жутко пыльные... а-а-апчхи!
- Будьте здоровы! – кричит детский хор.
- Спасибо. Фура – она по весу примерно как пианино, только грязная и с мужиком внутри.
Происшествие на дороге разгоняет скуку в больничных стенах. Все смеются и фоткают Диану, таскающую грузовики. Мать Лёвы наконец-то подходит, чтобы оттащить сына… но видит, как Диана Вдовина летящей походкой волочёт на обочину КамАЗ – и крестится сотовым телефоном.
- Вот-вот! – укоризненно говорит ей Лёва. – Тётя их таскает! А ты: «бредишь, бредишь!»…
Последним в окно смотрит четырёхлетний молчун Гриша, которого привели к логопеду. Понаблюдав за хлопотами Дианы-ВДВ, он вдруг изрекает:
- Во даёт!
Мама Гриши в полном отпаде. Хватает сына на руки, не веря ушам:
- Вы слышали? – обращается к очереди. – Слышали? Он заговорил! Впервые за четыре года! Гриша, повтори, что ты сейчас сказал?
- Во даёт, говорю, - бурчит Гриша. – Вырасту – женюсь…
Обязательно передам Диане, что она лечит детей круче всякого логопеда. Вдовиной будет приятно.
Другие рассказы про Диану-ВДВ - здесь
Мира и добра всем, кто зашёл на канал «Чо сразу я-то?» Отдельное спасибо тем, кто подписался на нас. Здесь для вас – только авторские работы из первых рук. Без баянов и плагиата.