Похороны, взбудоражившие Петербург
В начале февраля 1853 года Петербург прощался с Александром Гавриловичем Политковским, тайным советником и камергером Двора Его Императорского величества. Казалось, что уход этого человека стал настоящей трагедией для столицы. Толпы людей собрались у дома покойного, многие не скрывали слез. Члены комитета о раненых и чиновники военного министерства пришли отдать дань уважения своему коллеге.
Однако атмосфера скорби была нарушена неожиданным инцидентом. Один из бывших подчиненных Политковского, некий Путвинский, известный своим циничным нравом, подошел к гробу и, хлопнув покойника по животу, воскликнул: "Молодец, Саша! Пировал, веселился и умер накануне суда и каторги! А нам ее не миновать!" Эти шокирующие слова мгновенно разлетелись по Петербургу, вызвав волну слухов и домыслов.
Но настоящий скандал разразился на следующий день. Когда гроб с телом Политковского был доставлен в Никольский морской собор для отпевания, произошло нечто беспрецедентное. Полицейский отряд внезапно явился в собор, выдворил всех присутствующих и снял гроб с роскошного катафалка. Покойника переодели в обычный фрак, лишив его камергерского мундира и орденов, и перевезли для отпевания в скромный храм на окраине города.
Восхождение и падение Александра Политковского
Александр Политковский родился в 1803 году в семье небогатых дворян. После обучения в пансионе при Московском университете он начал свою карьеру в цензурном комитете Министерства внутренних дел. Современники описывали его как невысокого полноватого человека с темными волосами, который отличался необычайной самоуверенностью.
Судьба улыбнулась Политковскому в начале 1830-х годов, когда он попал в число фаворитов генерала Александра Чернышева, вскоре ставшего военным министром. Благодаря покровительству Чернышева, Политковский получил пост директора канцелярии комитета "18 августа 1814 года", который занимался помощью ветеранам и инвалидам Отечественной войны 1812 года.
На новой должности Политковский проявил себя как энергичный и деятельный руководитель. Он быстро продвигался по карьерной лестнице, получив звание камергера и ряд орденов. К 1851 году он стал тайным советником и был удостоен особого нагрудного знака за 30 лет безупречной службы.
Дом Политковского стал центром светской жизни Петербурга. Здесь собирались молодые люди в поисках протекции, купцы с коммерческими предложениями, представители богемы, просившие финансовой помощи, и родовитые дворяне, увлеченные карточной игрой. Сам хозяин был страстным игроком и порой выигрывал до 30 тысяч рублей за вечер - огромную по тем временам сумму, эквивалентную примерно 15 миллионам рублей в современных деньгах.
Разоблачение века: миллионные хищения из инвалидного фонда
Благополучие Политковского казалось незыблемым до конца 1852 года, когда его покровитель Чернышев ушел с поста военного министра. Смена руководства потребовала тщательной проверки всего министерства, которое находилось под управлением одного человека два десятилетия. Внезапно Политковский оказался беззащитен перед ревизией Государственного контроля.
В канун 1853 года аудиторы нагрянули в комитет о раненых и изъяли кассовые книги для проверки. Они обнаружили недостачу в 10 тысяч рублей. Политковский яростно отрицал обвинения, утверждая, что проверяющие манипулируют цифрами. Он запретил аудиторам входить в помещения комитета до возвращения кассовых книг, что фактически парализовало работу учреждения.
Ситуация накалялась в течение января 1853 года. Наконец, председатель комитета о раненых генерал-адъютант Ушаков распорядился провести полную проверку. Политковский попросил день на подготовку, но получил отказ. Проверка была назначена на 30 января, но утром этого дня Политковский сообщил о своей болезни. На следующий день стало известно о его смерти.
Истинные масштабы хищений раскрылись 3 февраля, когда начальник счетного отделения Тараканов и казначей Рыбкин сами явились к генералу Ушакову с признанием. Они обвинили Политковского в организации масштабных хищений и подлогов, оценив общую сумму похищенного в 1 миллион 100 тысяч рублей серебром - астрономическую сумму, эквивалентную примерно 550 миллионам современных рублей.
Механизм преступления: как обворовывали героев войны
Схема хищений, разработанная Политковским, была поистине гениальной в своей простоте и цинизме. Вся документация, связанная с выплатами раненым, их лечением, проездом и пенсиями, проходила через канцелярию комитета, которой руководил Политковский. Он обнаружил, что может безнаказанно изымать деньги из кассы под любой официально оформленный документ, который сам же и готовил.
Поначалу Политковский действовал осторожно, лишь завышая расходы в документах. Но затем он перешел к более масштабным махинациям - созданию полностью фиктивных пенсионных дел. Он фабриковал документы о несуществующих раненых, их лечении, увольнении из армии и выплате пособий. Канцелярия комитета вела переписку с другими службами Военного министерства по поводу судьбы этих "призраков", и все начисления производились официально.
Для реализации этой грандиозной аферы Политковский создал целую преступную сеть внутри комитета. Его заместитель, титулярный советник Путвинский, заводил фальшивые персональные дела. Начальник счетного отделения Тараканов закрывал глаза на нарушения в оформлении документов и производил начисления. Казначей Рыбкин непосредственно выплачивал деньги. Сам Политковский координировал весь процесс, устранял угрозы со стороны аудиторов и визировал документы у начальства.
Суровое возмездие: как наказали преступников
Когда масштабы хищений стали известны, реакция императора Николая I была молниеносной и жесткой. Он потребовал немедленного разжалования всех членов комитета о раненых, их ареста и предания суду. Для расследования дела были назначены генерал-адъютанты Игнатьев и Анненков.
Председателем судной комиссии стал сам генерал-фельдмаршал Паскевич - одна из самых влиятельных фигур в Российской империи того времени. Суд подтвердил сумму растраты в 1 миллион 120 тысяч рублей серебром. Приговор был суров: все виновные лишились дворянского звания и имущества.
Тараканов и Путвинский были разжалованы в рядовые и отправлены на военную службу - фактически, на верную смерть, учитывая их возраст и образ жизни. Даже Рыбкин, несмотря на сотрудничество со следствием, подвергся "гражданской казни" (публичному лишению всех прав состояния) и был сослан в Сибирь на поселение.
Сам Политковский избежал земного правосудия, но посмертное наказание было символичным и жестоким. По приказу императора все траурные мероприятия были отменены, ордена конфискованы, а тело лишено права быть похороненным в камергерском мундире. Человек, еще недавно блиставший в высшем свете Петербурга, был похоронен как обычный преступник.
Дело Политковского стало самым громким коррупционным скандалом XIX века в России. Оно показало, насколько глубоко коррупция проникла в государственный аппарат империи, и насколько циничными могли быть чиновники, обкрадывавшие самых уязвимых - раненых героев войны. Этот случай послужил толчком к реформированию системы финансового контроля в государственных учреждениях, но, к сожалению, не смог полностью искоренить коррупцию в российской бюрократии.