Друзья! Если когда-нибудь вам доведется побывать в Калуге, не пожалейте времени для того, чтобы посетить главную святыню этого старинного города – Калужскую икону Божией Матери, находящуюся в кафедральном соборе Живоначальной Троицы, – потому что это одна из самых прославленных и драгоценнейших реликвий нашей страны.
ЧУДЕСНОЕ ОБРЕТЕНИЕ ЭТОГО ДИВНОГО ЛИКА БОЖИЕЙ МАТЕРИ
Эта удивительная икона была явлена миру в 1748 году.
Произошло это следующим образом.
В селе Тиньково Калужской губернии находилось в ту пору родовое имение одного хорошо известного при царском дворе помещика, которого звали Василием Кондратьевичем Хитрово.
Рода этот человек был весьма знатного и имел поместья не только под Калугой, но и под Суздалем, и под Ярославлем, и в Вологодской губернии. Однако он никогда не позволял себе жить только лишь за счет доходов от земли, оставаясь в праздности, равно как и сыскивать каким-либо неправедным образом при дворе высокие должности он тоже считал бесчестным.
Десять лет прослужил Василий Кондратьевич в Семеновском пехотном полку, дослужившись до прапорщика, а затем перевели его под Белгород воеводой. За год же до чудесного обретения Калужской иконы осел тот благочестивый муж в Москве, где добросовестно трудился в конторе Ревизионной коллегии, занимавшейся учетом и сверкой важных финансовых документов.
Очень ответственный это был человек, усердно работавший на благо российского общества в дни царствования государыни Елизаветы Петровны. За это его весьма уважали коллеги, а высокие покровители ценили за бескорыстие, добросовестность и аккуратность в трудах.
Домашние Василия Кондратьевича во всем любили порядок. Потому и в его родовых поместьях, насчитывающих несколько сот христианских душ, тоже всегда все было ухожено, подсчитано и расставлено по местам. Образцово велось у него хозяйство.
И все было бы прекрасно в жизни этого добропорядочного человека, если бы не одно постоянно мучающее его обстоятельство: маленькая дочь Василия Кондратьевича, любимица всех домочадцев, очень тяжело болела. Девочка угасала на глазах, и врачи не оставляли родным никакой надежды на ее выздоровление.
Однажды в Калужской усадьбе Василия Кондратьевича отправили разбирать старые вещи на чердаке двух дворовых девушек.
Те девушки, хоть и были подругами, по характеру все же сильно одна от другой отличались. Одна из них была девушкой скромной и застенчивой, а вторая – Евдокия – озорной и такой бойкой, что, иной раз, слово, вылетевшее из ее уст, заставляло густо краснеть тех, кто был с нею рядом. Но, несмотря на такую бестактность, в поместье к Евдокии никто плохо не относился: всем нравился ее веселый нрав, не дававший пребывать в унынии никому из окружающих.
Поднявшись на чердак, девушки стали разбирать вещи.
Евдокия при этом болтала без умолку, то и дело бросая колкие замечания в адрес знакомых. Ее подругу поначалу это забавляло, но вскоре ей наскучили злые шутки, и она попыталась остановить Евдокию. Но, куда там! Развеселившуюся шутницу будто бы дерзкий бес подначивал изнутри! Только еще язвительнее стали ее речи.
Неожиданно внимание благочестивой подруги привлек показавшийся под ворохом старого тряпья скрученный холщовый свиток, положенный туда, видимо, когда-то очень давно кем-то из прежних владельцев.
Девушка взяла свиток в руки, развернула и ахнула!
На старинном холсте была изображена величественная Красавица-Монахиня в строгих черных одеяниях, держащая в руках Святую Книгу, которую сосредоточенно читала.
Девушка внимательнее посмотрела на этот удивительный образ и вдруг отчетливо поняла, что перед нею вовсе и не Монахиня, как показалось ей первый взгляд, а настоящая Игуменья! – Строгая Начальница над всеми сестрами, которым, конечно же, и в голову не могло прийти прекословить столь царственной Покровительнице! Девица благоговейно взирала на чудесный портрет, затаив дыхание и не отрывая глаз от поражающе прекрасного изображения Девы.
Но взбалмошная Евдокия не дала ей долго любоваться найденной картиной - она совершенно не могла выносить, когда ее вытесняли из центра внимания. Она снова начала подшучивать над знакомыми, ожидая одобрения подруги.
«Да замолчи же ты, негодная! – пригрозила Евдокии девушка, указывая на найденный портрет – Не то эта Игуменья тебя накажет!»
Но дерзкая шалунья, взглянув на найденный лик Строгой Монахини, лишь усмехнулась в ответ: «Еще чего! Как же! Больно я испугалась твоей Игуменьи!» И выхватив свиток из рук подруги, бесстыдница резко его развернула и плюнула изображенной на нем Женщине прямо в лицо!
В ту же секунду кощунница упала замертво, и в ее распахнутых, воззрившихся в потолок глазах, застыл неимоверный ужас.
А еще через секунду ее благочестивая подруга уже кричала от страха так, что на этот крик сбежались не только все те, кто был тогда в доме, но даже и те, кто проходил в это время мимо усадьбы по своим делам.
Не подававшую признаков жизни Евдокию перенесли вниз и положили на лавку под образами. Так и лежала она там недвижно, и никто не мог понять, что же с ней приключилось.
Когда же ее подруга пришла в себя и смогла рассказать сбежавшимся отовсюду людям о том, что произошло с ними на чердаке, родители Евдокии тотчас поспешили за помощью к местному священнику.
Однако батюшка их не обнадежил: что он мог сказать? Кто из живущих на земле людей может знать, каким будет наказание грешнице за такое ужасное нечестие?
Не помогли и призванные в поместье врачи: Евдокия все также лежала в одном положении ни жива, ни мертва, будто бы окаменевшая замертво.
А ночью родителям девицы явилась Пречистая Дева и объяснила им причину, по которой так страшно наказала Она их непутевую дочь:
«Она оскорбила Мой образ! – промолвила Богородица - Так пусть же через нее он и прославится! Отслужите перед ним завтра молебен с водосвятием, и той святою водой священники пусть окропят Евдокию!»
Так поутру все и сделали. И как только первые капли святой воды коснулись окаменевшего тела несчастной девушки, она тотчас очнулась и поднялась с лавки совершенно здоровой.
С той поры Евдокия стала тихой и кроткой, и очень набожной. До конца жизни чтила она чудесно явленную Калужскую икону Богородицы и слезно просила у Небесной Владычицы прощения ее ужасного греха.
Василий Кондратьевич Хитрово сделал для обретенной в его усадьбе иконы роскошную драгоценную ризу и открыл двери своего дома для всех желающих поклониться чудесному образу.
И почти сразу же дом этого доброго человека посетили два Божьих благословения.
Сначала по молитвам перед дивным образом исцелился его верный старый слуга Прохор, много лет страдавший глухотой, а затем чудеснейшим образом излечилась от тяжелого недуга и больная дочка хозяина, которой ни один из известных в те годы врачей не мог возвратить здоровье.
Девочку исцелила Небесная Врачевательница. В награду за ее кротость и доброе сердце.
После таких невероятных чудес Василий Кондратьевич не стал более хранить столь великую святыню в своем поместье, он благоговейно передал ее в храм Рождества Пресвятой Богородицы, находившийся в соседнем селе. Своим потомкам он завещал никогда не забирать этот образ из церкви.
После торжественного перенесения Калужской иконы Божией Матери в храм изливаемые через этот лик чудеса стали происходить одно за другим.
Первым исцелился молодой юноша, страдающий от болезненных язв по всему телу. Это был внук местного крестьянина, много лет являвшегося прихожанином Рождественской церкви.
Затем к иконе приехал калужский мещанин Иван Дмитриевич Воробьев с женой. Супруги долго молились перед образом Богородицы о даровании им наследников. Вскоре у них родилась дочь Анна.
После молитвы перед Калужской иконой Божией Матери прозрел 5-летний мальчик Николай, сын местного помещика Мясоедова, а затем подобное же чудо произошло и с некими знатными особами, слезно раскаявшимися в том, что они утаили от диакона Рождественской церкви Якова Иванова причитающуюся ему сумму за приобретенную провизию.
После молебна этой чудотворной иконе встал на ноги разбитый параличом калужанин Петр Иванович Фурсов, а также не поднимавшийся до того с одра помещик из соседней губернии Федор Исаков. Некоторых же паломников эта чудесная икона и вовсе вернула к жизни, избавив их от тяжелейших неисцелимых недугов.
Приношений к иконе было так много, что через 10 лет после ее обретения на месте небольшого сельского храма, в котором она пребывала, на пожертвованные средства выстроили большую каменную церковь.
А еще через десять с небольшим лет эта драгоценнейшая святыня нашего Отечества защитила жителей Калужской губернии от великой Господней Кары – от проникшей в Россию из Турции бубонной чумы.
КАК КАЛУЖСКАЯ ИКОНА БОГОРОДИЦЫ ЗАЩИТИЛА ГОРОЖАН ОТ ЧУМЫ
1771-й год был одним из самых страшных в истории Российской Империи.
Люди в том году не просто умирали тысячами - они умирали тысячами каждый день в каждом городе. Причиной тому была эпидемия бубонной чумы, проникшей в Россию вместе с пленными турками и военными трофеями в разгар Русско-Турецкой войны.
Даже облики русских городов изменились в ту пору до неузнаваемости, потому что большая часть их домов была сожжена из-за умерших в них от заразы людей, а значительную часть оставшейся земли заняли чумные погосты и кладбища, все более и более приближавшиеся к центру селений.
В Москве, где по официальной статистике за один только сентябрь 1771 года чума унесла свыше 25 тысяч человеческих жизней, и вовсе начались народные волнения, которые историки впоследствии нарекли Чумным бунтом. В результате этого бунта из древней столицы бежали, бросив свой пост, и не сумевший взять ситуацию под контроль губернатор Петр Салтыков, и начальник полицейского управления Николай Бахметев. А вынесший из храма чтимую москвичами Боголюбскую икону Божией Матери архиепископ Амвросий был выслежен и растерзан толпой.
Эти жуткие события происходили в то время в Москве. А ведь Калуга не так уж и далеко расположена от этого города.
Устрашенные московскими событиями жители Калуги упросили уважаемого ими архимандрита Никодима из Лаврентиева монастыря совершить с главной Калужской святыней Крестный ход вокруг города.
Три дня десятки тысяч людей, съехавшихся в Калугу со всей губернии, не смыкая глаз и наложив на себя строгий пост, обходили город с Калужской иконой Небесной Владычицы, слезно прося Богородицу их помиловать и упросить Вседержителя простить совершенные ими грехи.
И чума отступила от пределов города. Не было места чумному поветрию там, где явила Свой благодатный лик Пресвятая Дева. Господь услышал пламенные молитвы взывающих к Нему жителей и ради прославления Калужского образа Своей Матери избавил людей от грозящей им страшной беды.
* Через сто с лишним лет, летом 1892-го года, вспомнив о чудесном заступничестве Небесной Царицы за жителей Калуги во время чумы, горожане снова воззвали к Божией Матери о помощи - на этот раз из-за разразившейся в России эпидемии холеры. Крестный ход с Калужской иконой совершили тогда точно также, как и в предыдущее столетие: и уезды губернии вновь оказались нетронутыми губящей все на своем пути инфекцией.
КАК КАЛУЖСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ НЕ ДАЛА ВОЙСКАМ НАПОЛЕОНА ПРОНИКНУТЬ В ГОРОД
От многих тяжелых недугов спасала икона Богородицы и отдельных людей, и жителей целой губернии с ее уездами. Но несмотря на это, все же наиболее яркой страницей истории Калужского образа Божией Матери считается его величайшая роль в освобождении Русской Земли от наполеоновских войск во время Отечественной войны 1812 года.
Калуга в те дни была важным стратегическим пунктом. Здесь находились склады с продовольствием для нашей армии и сюда же стекались главные резервы русских сил.
Еще в первые дни вторжения, когда в городе наскоро формировалось ополчение, Калужский епископ Евлампий (Введенский) с духовенством отслужили молебен перед святыней, перенесенной в то время в город из сельской Рождественской церкви.
После того, как фельдмаршал Кутузов после Бородинского сражения, из-за огромных потерь, отдал приказ об отступлении русских войск, над территорией Калужской губернии очень явственно нависла угроза оккупации. Защиты ждать было неоткуда, и тогда владыка Евлампий благословил совершать всем миром Крестные ходы вокруг города с Калужской иконой Богородицы.
Французская армия стремительно приближалась.
В начале октября 1812 года французы заняли и опустошили уездный город Боровск, а вскоре они уже стояли под Малоярославцем, где 12 октября состоялось знаменитое сражение, коренным образом изменившее ход войны.
Не эвакуированное население Калуги, которое по большей части составляли старики и женщины, в ожидании исхода битвы переправилось на другой берег Оки и укрылось в Ромодановских оврагах. В городе остались немногие. В их числе был и Калужский епископ, не отходивший от чудотворного образа и коленопреклоненно молящийся перед ним об изгнании оккупантов с родной земли.
И именно с заступничеством Пресвятой Владычицы через Ее Калужский образ связывают верующие то, что враг не сумел в те дни прорваться в Калугу. Потому что, как свидетельствует летописец тех событий протоиерей Арсений Иоаннов, «плененные французы, участвовавшие в походе под Малоярославцем, поведали, что были побеждены русскими после того, как увидели в воздухе окруженную Небесными Силами икону Пречистой Девы, именуемую Калужской».
О точно таком же чудесном видении свидетельствовала в те дни и местная крестьянка из имения Разумовских Параскева Алексеева.
Об этом чуде доложили императору Александру I, и с той поры Калужский образ Пречистой Девы стал считаться русскими людьми не только избавителем всех страждущих от тяжелых недугов и мучительных хворей, но и защитником населения от вторгнувшихся в пределы России неприятельских полчищ.