Плотин выражает дилемму, с которой сталкиваешься, пытаясь описать состояния, приближающиеся к чистому сознанию.
Вы спрашиваете, как мы можем познать бесконечное? Я отвечаю, не разумом. Это служба разума — различать и определять. Следовательно, бесконечное не может быть причислено к его объектам. Вы можете постичь бесконечное только способностью, превосходящей разум, войдя в состояние, в котором вы больше не являетесь своим конечным «я».... Это экстаз (космическое сознание). Это освобождение вашего ума от конечного сознания... когда вы таким образом перестаете быть конечным, вы становитесь единым с бесконечным.
Это блаженное состояние, ананда на санскрите, то, что, как мы видели в предыдущей главе, существует во сне без сновидений и может быть интегрировано в постоянное осознание (турия) по мере роста. Возможно, именно из-за описаний таких состояний блаженства, какими бы неясными они ни были, «типичный эгоистичный человек может желать и, следовательно, искать мистического осознания».
Однако в древних ведических учениях эта блаженная оболочка все еще является одним из покровов, скрывающих высшее сознание. Это достигается, согласно буддийским писаниям, окончательным «поворотом в глубочайшем месте сознания». Не только вся привязанность к объектам была разорвана, но в конечном итоге даже привязанность к субъективности — к блаженству. Меррелл-Вольф, современный автор замечательной книги о систематическом исследовании внутреннего пространства, сообщает, что это было достигнуто для него «просто отказом от личного наслаждения блаженством». Это за пределами сознания без объекта, теперь это Сознание без субъекта.
Трудности здесь для ученика почти непреодолимы, поскольку, продолжает Вольф, когда мы имеем дело с понятием состояния Сознания, которое, в дополнение к выходу за рамки субъект-объекта, также отмечено нейтральностью по отношению к блаженству и его противоположности, кажется, что здесь мы имеем что-то, что лежит совершенно за пределами человеческого понимания или желания. То, что, кроме того, такое состояние должно иметь высшее превосходство и даже может быть предпочтительнее состояния блаженства, определенно кажется по меньшей мере фантастическим. Тем не менее, я могу засвидетельствовать, что это так.
Только когда последние привязанности разрушены, даже к переживанию блаженства, достигается высшая вершина чистого сознания. Больше нет дальнейшего уровня, с которого можно было бы наблюдать. Патанджали, описывая это состояние, говорит просто: «Тогда видящий пребывает в себе».
