Тема глобального потепления и движения к углеродной нейтральности в наши дни, кажется, ушла из мировой повестки на задний план. Проблема военных конфликтов в Европе и на Ближнем Востоке больше волнует умы человечества. Но это не значит, что западные элиты, особенно Евросоюз с его "зелёным курсом", отказались от своих далеко идущих экологических планов.
В ЕС упорно продолжают внедрять свой механизм трансграничного углеродного регулирования (Carbon Border Adjustment Mechanism, CBAM). С его помощью товары, произведённые в Европе и подпадающие под действие системы торговли выбросами ЕС, будут в состоянии конкурировать с продукцией стран, где за загрязнение окружающей среды не приходится платить. Пока речь идёт о переходном, испытательном этапе — он предусматривает информирование о выбросах парниковых газов со стороны иностранных поставщиков. Реальные пограничные поборы начнутся в 2026 году. Это может стать большой проблемой прежде всего для развивающихся стран, которые озабочены ростом экономики и подъёмом благосостояния своих граждан и не располагают соответствующими финансовыми средствами и технологиями для климатических экспериментов.
Перед Евросоюзом стоит цель достичь углеродной нейтральности к середине этого века. При этом необходимо сократить выбросы парниковых газов как минимум на 55% в этом десятилетии по сравнению с уровнем 1990 года. Доля возобновляемых источников энергии (ВИЭ) — ветряков, солнечных панелей и других — в выработке электроэнергии в ЕС уже достигла 27% и должна быть повышена до 60% к 2030 году. Для сравнения: в Китае на долю только ветровой и солнечной энергии приходится 38,4%. В США доля ВИЭ в общем объёме производства электроэнергии составила в прошлом году 21%, включая 14% от ветровых и солнечных электростанций. Между тем в России, по оценке Ассоциации развития возобновляемой энергетики, доля установленной мощности ВИЭ-генерации в энергосистеме на 1 августа 2024 года составила 2,43%, включая ветер и солнце, малые гидроэлектростанции, а также генерацию на основе биогаза, геотермальной энергии и т. д.
Нашим ответом на "зелёный курс" ЕС стали принятие в 2021 году закона "Об ограничении выбросов парниковых газов" и решение о проведении эксперимента в Сахалинской области, которая стала пилотным регионом по введению квот на выбросы и торговли ими для достижения в ближайшем будущем углеродной нейтральности. Было объявлено о грандиозных планах, среди которых организация полноценного железнодорожного сообщения с использованием поездов на водородных топливных элементах, строительство крупного ветропарка, развитие альтернативной, в том числе водородной, энергетики и т. д.
В июле этого года в Южно-Сахалинске состоялось открытие водородного полигона на базе Специального конструкторского бюро средств автоматизации морских исследований (СКБ САМИ) Дальневосточного отделения РАН. Здесь будут производить наиболее экологичный "зелёный" водород, так как работу объекта будет обеспечивать солнечная электростанция. Полигон сможет обеспечить топливом общественный транспорт, тяжелую технику (например, карьерные самосвалы), а также снабжать электричеством отдалённые населённые пункты. Одно из преимуществ водородного топлива состоит в том, что вместо выхлопных газов оно выделяет только дистиллированную воду.
Опыт, полученный в ходе пилотного проекта на Сахалине, будет применяться в других регионах Дальнего Востока и страны в целом. В Концепции развития водородной энергетики в России ставится задача поставлять на мировой рынок десятки миллионов тонн экологически чистых видов водорода к 2050 году. По мнению некоторых экспертов, роль "зелёного" водорода в мировой энергетике может стать сопоставимой с нынешней ролью нефтегазовой и угольной энергетики. Если не рассматривать сырьевую модель развития незыблемым столпом экономики, то можно увидеть в зелёных технологиях новые драйверы роста и возможности для структурной перестройки.
Читайте по теме: Михаил Ковальчук: поставим природу на службу человеку