Дедушка Леша научил меня игре в шахматы, когда мне было семь. Когда наступало лето, мы играли с ним почти каждый день. Он выносил доску на заднее крыльцо и постоянно сновал туда-сюда между игрой и костром. Иногда он играл против нашего соседа, деда Вани. Со мной он тоже играл, как со взрослым – дедуля не считал, что детям надо давать поблажки. Он видел в этом только негативное влияние на детское развитие и их будущую способность выживать в мире. Он уделывал меня игру за игрой, месяц за месяцем, мат за матом, год за годом.
«пока мне не исполнилось четырнадцать»
Ни за что не забуду тот момент. Он обучил меня шахматному дебюту под названием «детский мат» Я много использовал эти ходы. Но сам я тем временем научился играть «Греческий Дар с которой он был не так хорошо знаком. С этого дебюта игра развивалась спокойно примерно до середины. У меня получалось сохранить сильную позицию. И дедуля это понимал. Он больше не бегал к соседу, не отвлекался на «играй гормонь» по телеку
Абсолютная тишина. Абсолютное внимание к каждому ходу.
Дедуля безжалостно нападал на меня. Он всегда говорил:
– сначала подумай потом ходи, ты уверен что так пойдешь?
Но тем вечером он так не говорил. Сначала он отступил слоном, а затем судорожно стал уводить коня, пытаясь защитить короля.
Был мой ход. Я видел, что сейчас произойдет.
А он не замечал.
«Я замер»
Я сидел над доской, сердце колотилось в груди, шли минуты. Я не мог заставить себя совершить фатальный ход.
– Вот черт, – проворчал дедуля.
До него наконец дошло.
Дедуля посмотрел мне прямо в глаза. Он знал, что я не решаюсь на ход вовсе не потому, что не вижу его. Он понимал, что мне просто страшно.
– Ходи давай, – сказал он.
Я взял своего коня и опасливо поставил на нужную клетку бархатной подложки.
фигура опустилась, как топор палача.
– И что это? – спросил он.
Я не мог заставить себя это выговорить.
– Э-э-э, шах?..
– Ты сам прекрасно знаешь, что это никакой не шах. Что это?
– Мат?..
– Что ты меня-то спрашиваешь? А ну, говори нормально!
– Мат.
– Вот именно. Молодец.
Дедуля пожал мне руку и отвернулся смотреть «играй гармонь»
Больше мы никогда не играли в шахматы.
Я много лет думал, что он на меня дуется. Но после смерти от инсульта, осознал, что он хочет оставить мне идеальное воспоминание о том, как мы с ним в последний раз сыграли. Он хотел, чтобы мое сознание было запрограммировано побеждать и упиваться победой. Моя тренировка с ним была окончена. Я прошел обряд посвящения, и ему было больше нечему меня учить.
В память о дедушке я делаю свои проекты и написал книгу.
Светлая тебе память, смотри у меня получается🙏
