Лес. Болото. Глухая уральская тайга.
В начале 1890-х здесь вырос новый промышленный гигант — Надеждинский завод (ныне город Серов).
Завод быстро стал одним из первых на Урале, кто производил рельсы. Его так и называли — рельсовый.
К 1907 году здесь жило около 13 тысяч человек. Три тысячи работали на производстве.
И именно здесь в августе 1907 года развернулись события, которые потрясли весь заводской посёлок.
Слухи о «экспроприациях»
Начало месяца сопровождалось тревожными разговорами: якобы отряд Лбова готовит «экспроприации» — вооружённые ограбления.
12 августа полиция столкнулась с группой вооружённых людей в окрестностях завода. Произошла перестрелка — без жертв.
Но дальше события приняли иной оборот.
Были срублены телеграфные столбы. Связь прервана.
Рельсы развинчены — поезд с полицией должен был потерпеть крушение.
Катастрофы удалось избежать лишь потому, что машинист заметил на путях посторонний предмет и остановил состав.
На рельсах лежало тело неизвестного.
Предполагали — убитого той же шайкой.
Поджог лесопилки
В ночь на 13 августа сгорела огромная лесопильная фабрика — деревянный корпус 51 на 21 метр.
Ущерб — 79 тысяч рублей. По тем временам — колоссальная сумма.
Причина — поджог.
Подозрения были разные.
Одни говорили о конфликте с финляндскими рабочими, чья производительность вызывала недовольство местных.
Другие — о скрытом протесте против вырубки лесов.
Недовольство в посёлке нарастало.
Выстрелы среди бела дня
21 августа был оглашён список из 56 рабочих, подлежащих увольнению.
Директор завода — Константин Николаевич Прахов — ввёл систему пропусков на вход и выход. Многие сочли это унизительным.
22 августа около трёх часов дня Прахов и заведующий материальной частью Григорий Осипович де Кампо-Сципио направились в завод для переговоров.
У мартеновского цеха к ним приблизились двое рабочих.
Раздались выстрелы.
Сципио погиб на месте.
Прахов был тяжело ранен и скончался ночью в больнице.
Ему было 38 лет.
Странное молчание
Расспросы рабочих не дали результата.
«Работал спиной».
«Уходил за инструментом».
«Слышал только выстрелы».
Когда понадобились носилки, чтобы вынести раненого и тело убитого, рабочие молчали. Переносили их служащие.
Это молчание оказалось красноречивее слов.
Завод закрыт
24 августа администрация объявила о закрытии завода.
Из Петербурга спешно выехали члены правления Богословского горнозаводского общества:
Пётр Николаевич Фигнер,
Рудольф Фёдорович Цейдлер,
главноуправляющий округом Николай Михайлович Бухтеев.
В посёлок ввели войска. По улицам разъезжали патрули ингушей.
Со всеми рабочими произвели расчёт.
Пришлым предложили бесплатные билеты для отъезда — многие уехали.
И удивительно: массовых беспорядков не произошло.
Могила, которая сохранилась
26 августа 1907 года Константина Прахова похоронили на кладбище Богословского завода (ныне Карпинск).
Его каменное надгробие в кованной ограде в виде часовни у Казанской церкви сохранилось до наших дней.
История осталась в архивных строках — и в камне.
Что это было?
Террор?
Месть?
Социальный протест?
Отголосок революции 1905 года?
Август 1907 года показал, насколько хрупким был порядок в промышленной России начала XX века.
За фасадом заводского прогресса скрывалось напряжение — между администрацией и рабочими, между пришлыми и местными, между страхом и гневом.
И иногда это напряжение вырывалось выстрелами у мартеновской печи.