В древние века о продвижении монарха сообщал глашатай, готовивший ему безопасный путь и подобающий приём. С помощью сопровождавших его слуг глашатай старался подготовить дорогу: засыпались ямы, отбрасывались в сторону камни и прочие обломки, а мусор сжигался или прятался. По мере продвижения делегации глашатай возвещал о царском приезде всем, кого встречал. Его обязанность была двойной: предупреждать и готовить. Таким было и служение Иоанна Крестителя перед лицом величайшего из Царей — Иисуса Христа.
Рождение Иоанна сопровождалось сверхъестественными событиями, он был исполнен Духа Святого от чрева матери, был велик в очах Божьих и должен был стать глашатаем Мессии, возвещая о Нём и приготавливая людей к Его пришествию.
Основным местом служения Иоанна была пустыня Иудейская. Креститель избрал реку Иордан как место для совершения крещения. Именно через Иордан пришлось перейти Израилю, чтобы войти в обещанную землю после исхода и сорокалетнего блуждания по пустыне. Именно возле Иордана последний раз видели пророка Илию перед тем, как он был взят на небо. Таким образом, Иоанн, которого сам Иисус называл Илией и прихода которого иудеи ожидали перед наступлением дня Господня, был послан Богом, чтобы возвестить конец веков.
Проповедь Иоанна была проста, её можно обобщить одним словом: «Покайтесь». Это слово означает не просто скорбь или сожаление, оно означает «развернуться, сменить направление, переменить волю и разум». Его смысл отображает не просто изменение, а изменение от худшего к лучшему, от греха к праведности.
Темой подготовительной проповеди Иоанна Крестителя к приходу Царя было покаяние, обращение, требование изменить жизнь. Такая новость не могла понравиться иудеям, считавшим, что как избранный народ Божий, — дети Авраама, сыны завета, — они при любых обстоятельствах заслуживали обещанного Царя.
Хотя самой этой фразы в Ветхом Завете нет, Царство Небесное — это, в общем-то, ветхозаветная концепция. Матфей 32 раза употребляет фразу «Царство Небесное». Он — единственный из евангелистов, который употребляет её вообще. Все остальные говорят о «Царстве Божьем». Возможно, Матфей называет его Царством Небесным, поскольку так было более понятно для его читателей-иудеев, которым первоначально было адресовано Евангелие. Иудеи не произносили вслух имя Бога (Яхве, или Иегова), замещая его словом «небо».
Иоанн питался очень скудно; хотя были известны и домашние пчелы, он ел только дикий мед. Ессеи и другие благочестивые израильтяне придерживались такого же рациона, считая эту пищу самой чистой.
Иоанн одевался как Илия (4 Царств 1:8) и другие отшельники; аллюзия на Илию наводит на мысль о приближении конца и приходе Господа.
Немаловажно то, что иудеи крестились от Иоанна, поскольку крещение не было традиционным иудейским обрядом. Крещение Иоанна разительно отличалось от ветхозаветных омовений, включавших в себя омовение рук, ног и головы. Эти омовения иудеи могли совершать несколько раз в день.
В отличие от этого крещение Иоанна было однократным. Единственное однократное омовение, совершавшееся в иудаизме, предназначалось для язычников. Оно символизировало их обращение в истинную иудейскую веру. Любой иудей, совершавший такой обряд, показывал, что признаёт себя как бы язычником, желающим присоединиться к народу Божьему — признание для иудея крайне оскорбительное. Представители избранного народа, потомки Авраама, наследники завета Моисеева приходили к Иоанну, чтобы креститься, словно язычники.
Иоанн довольно-таки жестко обличал фарисеев и в этих словах видна уверенность Иоанна в неискреннем и ненастоящем покаянии фарисеев и саддукеев. Их лицемерие было способно довести их даже до принятия крещения. Слово «порождения» можно перевести также как «отпрыски», то есть дети или потомки.
Ехидна — маленькая, но очень ядовитая пустынная змея, с которой наверняка не раз приходилось сталкиваться Иоанну Крестителю. Ещё более опасной эту змею делает то, что в неподвижном состоянии она выглядит, как сухая ветка, и потому её можно не нарочно взять в руки.
Назвав фарисеев и саддукеев порождениями ехидны, Иоанн показал опасность религиозного лицемерия, а также то, что их злодеяния унаследованы от древнего змея (Бытие 3:1−13) через праотцов, чьими потомками, или порождениями, они были.
Евреи были убеждены, что они уже спасены как народ, ведущий свое происхождение от Авраама. Вероятно, образ Бога, воздвигающего Себе народ из камней, представлялся еврейским слушателям Иоанна Крестителя чем-то вроде языческого мифа (у греков есть подобные легенды), далекого от реальности, но эти слова подчеркивали, что Бог не нуждается в Израиле для осуществления Своего замысла.
В конце жатвы садовник обходил свои виноградники и сады и находил неплодоносящие растения. Их ожидала участь быть срубленными, чтобы освободить место плодоносящим и не отнимать у них питательные вещества. Бесплодное дерево бесполезно и никому не нужно, а потому его срубают и бросают в огонь.
Вначале Иоанн противился решению Христа креститься, но Иисус ответил ему: «Оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду».
Слова Иисуса, скорее всего, отсылают нас к Исайя 53 главе - к четвертой и самой известной песни во второй части Книги пророка Исайи. Все четыре песни описывают и объясняют жизнь и страдания загадочного персонажа, который назван «Мой Раб».
Во времена Христа многие верили, что голос с неба – это самое верное пророчество; Иисус получает оба вида свидетельства: глас небесный и пророчество Иоанна.
Примечательно то, что в данной истории мы видим все три Лица Троицы вместе: Иисус приходит креститься, Дух сходит на Христа, Отец говорит с неба. Бог в полноте участвует в крещении Иисуса тем самым показывая огромную значимость этого события.
Использованная литература:
Джон МакАртур "Серия комментариев МакАртура"