**Лика
«Что я делаю? Зачем я здесь… с ним… сейчас?» – опомнилась Лика, когда очутилась на заднем сиденье машины Влада и он захлопнул за ней дверцу.
– Отъедем? – не то спросил, не то объяснил он свои намерения.
Лика молча согласилась. Действительно, не торчать же под окнами.
Он сел за руль и включил магнитолу. Откуда-то сзади ей на плечи полилась приятная расслабляющая музыка. Лика забеспокоилась: осталась наедине с незнакомым мужчиной… Но интуиция, или, может, внутренний чёртик тут же уверили её, что бояться не стоит, это хороший человек.
Они потихоньку тронулись с места и, будто воры, крадучись, пробрались в чужой двор. Остановились под боком у совершенно равнодушной к происходящему снаружи девятиэтажки. Девятиэтажка вся была обращена внутрь себя, вслушивалась в творящееся в ней веселье и подмигивала соседкам пьяными окнами.
Влад пересел к Лике. В темноте не было видно выражений на лицах, но они оба отлично чувствовали повисший между ними общий вопрос: «И что дальше?»
Наконец, Влад, видимо, взяв ответственность за решение этого вопроса на себя, придвинулся к ней поближе и обнял.
«Сейчас поцелует», – догадалась Лика и поняла, что не хочет этого. Совсем не хочет.
«Ты прямо как маленькая! – шепнул ей чёртик. – Давай, ещё начни недотрогу из себя строить! Ну и пусть поцелует, убудет от тебя, что ли?»
И Лика позволила себя поцеловать, с недоумением вслушиваясь в прикосновения чужих губ. Но когда руки Влада неожиданно дерзко соскользнули на бёдра и стали гладить их, её охватила паника, она со всей силы оттолкнула его от себя.
«Прочь, прочь отсюда! Где тут этот проклятый рычажок на дверце?! Почему я никак не могу его найти?!»
– Да тише ты, успокойся! Не трону я тебя, – обиженно сказал Влад. – Я думал, ты этого хотела.
Сердце Лики колотилось и спина взмокла так, словно она только что пробежала несколько километров.
– Зачем же тогда позвала?
«Правда, зачем?» – спросила она себя и выдохнула почти неслышно, как рыбка пузырёк воздуха: – Не знаю.
Что она могла ещё сказать? Что ей чудовищно плохо, и она не знает, куда деться от этого поглотившего её жизнь «плохо»? Что ей нужен человек, который прижмёт к себе, погладит по головке и скажет: «Ах, ты моя бедняжка! Как же ты вся измучилась! Но ничего, теперь у тебя есть я»? Как же глупо получилось!
– Извини, – выдохнула она ещё один пузырёк. – Отвези меня обратно.
Влад помолчал некоторое время, видимо, приходил в себя после такого необычного приключения, потом сказал веско, точно печать поставил в документе:
– Странная ты девушка.
Два следующих дня Лика упорно вдалбливала в свою бедовую голову, что она дура. Ей было неимоверно стыдно за свой поступок, и она умоляла Всевышнего, чтобы он развёл их с Владом пути-дороги навсегда, потому что не представляла, как будет смотреть ему в глаза при встрече, если таковая когда-нибудь случится. Но Всевышний не внял, на третий день Влад позвонил ей и пригласил в кафе.
– Зачем? – опешила она.
– Ну зачем в кафе ходят?
Лика подумала, что, наверное, всё-таки стоит встретиться и объясниться раз и навсегда.
Сидя за столиком в кафе, она впервые как следует рассмотрела Влада. Он был совсем не в её вкусе. Во-первых, староват для неё, двадцатитрёхлетней. На вскидку она дала ему тридцать шесть – тридцать семь лет. Во-вторых, полноват. Как ни старался толстый свитер на молнии спрятать его выпирающий живот, Лика всё равно заметила. И лицо его ей не понравилось: треугольное, с заметно оттопыренными ушами.
Заказав себе только чай, она коротко, стараясь, чтобы это вышло без лишних сантиментов, рассказала ему предысторию своего звонка.
Он выслушал и, внимательно ощупав её лицо взглядом, словно решал, стоит ли сказать то, что думает по этому поводу, вдруг выдал:
– А я рад, что ты мне позвонила.