Марфа родилась в бедной семье в селе Кривцово в начале 20-го века. С малых лет она выделялась своей красотой, особенно глазами - зелёными, как молодая трава по весне. Люди шептались, что такие глаза не к добру.
Жизнь в селе была тяжёлой. Марфа с утра до ночи работала по хозяйству, помогая родителям. Когда ей исполнилось 18, к ней посватался Егор из соседнего села. Родители обрадовались - жених казался работящим и непьющим.
Но не прошло и года после свадьбы, как Егор запил. А как напьётся - начинал буянить и руки распускать.
- Ты чё, змея подколодная, опять щи пересолила? - орал Егор, замахиваясь на жену.
- Егорушка, не губи! Я ж старалася, - плакала Марфа, пытаясь увернуться от тяжёлых кулаков мужа.
Соседи часто видели, как Егор таскал Марфу за волосы по двору, но вмешиваться боялись. Шептались по углам:
- Гляди-ка, опять ирод свою бабу мутузит. А она и не супротивничает, только глазищами зырк да зырк.
- Ведьма она, точно те говорю. Намедни глянула на меня косо - так корова молоко давать перестала.
- А у меня дитё как заревёт, как заревёт! И не унять никак. А всё после того, как Марфушка мимо двора прошла.
Однажды в село приехал незнакомец - статный мужчина в городском костюме. Поговаривали, что он хотел купить дом в Кривцово. Вскоре он стал чаще появляться в деревне, и люди заметили, как его взгляд то и дело останавливался на Марфе.
- Гляди-ка, - судачили бабы у колодца, - никак Марфушка городского охмурила. Али сама втюрилась?
А у Марфи и вправду что-то изменилось и во взгляде и в осанке. Надломленность как буд-то, то ли стройнее стала...
- Да чё ты, Петровна! Неужто думаешь, что она от Егора-то сбежит?
Но случилось невероятное - в одну ночь Марфа исчезла. Село гудело, как потревоженный улей. Егор с горя запил пуще прежнего. Дни напролёт он сидел на завалинке, заливая горе самогоном, и кричал на всю деревню:
- У-у, ведьма проклятая! Сбежала, значит? Погоди у меня! Вернёшься - со свету сживу! А не вернёшься - сам сгину! На кой мне без тебя жить-то, Марфушка? Глаза твои зелёные как забыть? Душу ты мою загубила, ведьма!
Люди, глядя на Егора, начали его жалеть. Шептались меж собой:
- Гляди-ка, как мужик убивается. А мы-то думали, не любит он Марфушку вовсе.
- Да уж, видать, крепко она его приворожила. От любви ведь пьёт, сердешный.
- И впрямь, бил-то он её, а сам, вишь, как страдает. Эх, Марфа, Марфа, что ж ты наделала...
Бабы украдкой подкладывали Егору еды, мужики иногда звали его помочь по хозяйству, чтобы отвлечь от горьких мыслей. Но Егор всё глубже погружался в пьяный омут, теряя счёт дням и неделям.
***
Прошло два года. Марфу уже почти забыли, когда она вдруг появилась на пороге своего дома - похудевшая, с потухшим взглядом. Пришла с повинной к мужу, просила прощения. Егор, поостыв, принял её обратно, но не долго счастье длилось... теперь бил ещё сильнее, чем раньше.
- Будешь знать, как от мужа бегать, - приговаривал он, занося кулак. - Думала, забуду всё? Не на того напала!
Люди вновь начали шептаться, но теперь в их словах сквозило странное сочувствие к Егору:
- Эх, бедолага, совсем осатанел со своей любовью.
- Да уж, такая любовь хуже ненависти. Марфушку жаль, а его, поди, ещё больше.
А Марфа молчала и терпела, чувствуя вину за собой, только глаза её становились всё темнее и глубже, словно омуты.
Прошло ещё несколько лет. Однажды утром Егора нашли мёртвым в канаве. Говорили, что допился до белой горячки. Село снова загудело, перешёптывалось:
- А ведь это она его со свету сжила! Глазищами своими ведьмиными!
- Да ну, сам он... От водки-то.
Но время шло, и люди стали замечать, что беды обходят стороной тех, кто добр к Марфе. А вот те, кто косо на неё смотрел, часто сталкивались с неудачами. Постепенно сельчане начали обращаться к ней за советом, просили заговорить от сглаза или защитить скотину.
- Марфушка, голубушка, - шептала соседка Дарья, - корова у меня молоко не даёт. Не поможешь ли?
И Марфа помогала. Тихо, без лишних слов, делала своё дело.
Выйдя на порог, она молча кивала и, накинув платок, пошла вслед за Дарьей к её двору. Подойдя к корове, она достала из кармана фартука небольшой узелок с травами и щепотку соли.
- Принеси-ка мне, Дарьюшка, ковш воды из колодца, - тихо сказала Марфа.
Когда Дарья вернулась с водой, Марфа опустила в ковш травы и соль, прошептав:
"Вода-водица, божья помощница,
Смой, сполощи все хвори-напасти,
Верни Бурёнке молочные сласти."
Затем она обошла корову трижды посолонь, окропляя её заговорённой водой и приговаривая:
"Как река течёт, не иссякает,
Так и молоко пусть не убывает.
Вымя полно, соски здоровы,
Дай, Бурёнушка, молока коровьего."
После этого Марфа достала из кармана красную нить, завязала на ней три узелка и повесила на рог коровы:
"Три узла вяжу, три заговора кладу:
Первый - на здоровье,
Второй - на молоко,
Третий - от дурного глаза.
Как сей узел крепок, так и корова крепка будет."
Закончив ритуал, Марфа повернулась к Дарье:
- Ну вот, голубушка. Теперь три дня подряд на рассвете давай Бурёнке хлеб с солью, да приговаривай: "Как соль в хлебе не видна, так и порча пусть будет не страшна". А на четвёртый день придёшь ко мне, скажешь, как дела.
Дарья, завороженно наблюдавшая за действиями Марфы, часто закивала:
- Спасибо тебе, Марфушка! Всё сделаю, как велишь.
Через четыре дня Дарья прибежала к Марфе с радостной вестью - молоко у коровы появилось, да такое жирное, что сметана ложкой стоит.
Слух о чудесном исцелении коровы быстро разлетелся по селу. Теперь к Марфе шли и с другими просьбами. Кто просил заговорить ребёнка от ночного плача, кто - уберечь посевы от засухи.
Для защиты детей от сглаза Марфа использовала простой, но действенный ритуал. Она брала яйцо, катала его по телу ребёнка, приговаривая:
"Куда яичко катится, туда худо откатится.
С макушки до пяточек, с пяточек до макушки,
Снимаю порчу, снимаю сглаз,
Откатываю худо от (имя) сейчас."
Затем она разбивала яйцо в стакан с водой и по форме белка определяла, был ли ребёнок сглажен. Если был, то повторяла ритуал трижды на убывающей луне.
Для защиты посевов Марфа обходила поля на рассвете, раскидывая по углам щепотки освящённой соли и шепча:
"Мать-земля, отец-небо,
Дайте силу колосу и стеблю,
От засухи укройте, от града сберегите,
Урожай богатый подарите."
Откуда она все это знала-никто не мог понять. Но сила ей подчинялась.
Так и жила Марфа в Кривцово, помогая людям своими заговорами и ритуалами. А в глазах её, зелёных и глубоких, отражалась вся боль и мудрость прожитой жизни, и та особая сила, что пугала и притягивала людей, а
люди и дальше судачили, но уже с опаской и уважением:
- Ведьма она, конечно. Но наша, деревенская. И помогает ведь!