После того, как попрощалась с отцом, Настя снова поехала к Анне Вячеславовне и Еве. Конечно, она понимала, что девочки еще нет дома. Оно и к лучшему, им с матерью удастся поговорить наедине.
- Ты уже была у отца? – спросила Анна Вячеславовна с порога.
- Да.
- И как он?
- Не думала, что он в таком состоянии. Лежит, смотрит, и, кажется, все понимает…
- Мне тоже кажется, что он все осознает. Я редко туда приезжаю.
- Я тебя понимаю. Что с Евой? Вы поговорили?
- Поговорили, но, к сожалению, Настя, мне нечем тебя порадовать. Она в штыки восприняла твое внезапное возвращение. Сначала я хотела ей рассказать, почему тебе пришлось исчезнуть, но…
- Но?
- Понимаешь, она знала своего отца только с хорошей стороны. Олег никогда ее не обижал, да и ко мне относился хорошо. Память о нем очень важна для нее, он был ее самым близким человеком, не считая меня. Она даже и представить не могла, что он настолько жесток, что он вытворял ужасные вещи. Ева всегда считала своего отца идеальным. Он ведь за все это время ни разу в дом никого не приводил, не собирался больше жениться. У меня язык не повернулся ее в этом разубеждать.
- Даже не верится, что мы сейчас говорим об Олеге в таком ключе. Как вспомню…
- Настя, столько времени прошло. Я думала над твоим предложением о переезде… Я не могу. Я никуда не поеду, да и Ева, тоже. Мы с ней останемся здесь.
- Мама, но, почему? Ты просто не представляешь, как там хорошо! Там замечательный климат, есть такие возможности для Евы! Она получит прекрасное образование, сможет выбрать профессию себе по душе. Я дам ей будущее!
- Это все, конечно, хорошо, но, все же, мы останемся здесь. Здесь наш дом. Мы не бедствуем. У нас с ней все хорошо. Я еще полна сил, я всегда рядом с ней.
- Ты хочешь, чтобы я уехала?
- Настя, это только тебе решать. Может быть, когда-то, Ева пойдет тебе навстречу. Я в это верю, как ни крути, ты ее мать. Но на это понадобится много времени. Так просто, за один миг, такие вопросы не решаются.
- Мама, я не могу здесь долго оставаться. Понимаешь? Там вся моя жизнь.
- Конечно понимаю, доченька. Но и ты нас пойми.
- Хорошо. Но перед отъездом я, все-таки, хочу поговорить с дочерью. – ответила Настя, с горечью осознавая, что у нее, действительно, очень мало шансов наладить отношения с Евой .
Выбрав свою собственную жизнь, даже действуя во благо своему ребенку, она не имеет никакого морального права требовать теперь чего-то. В той цепочке событий, которая к этому привела, виновата только она сама. Даже не Олег, на которого можно было бы переложить ответственность.
Но мать права. Ева любила своего отца, она трепетно относится к памяти о нем, зачем рушить ее мир и переубеждать ее в том, что он был достойным человеком? Она знает только то, что видела своими глазами.
Настя для нее сейчас совсем чужой человек, незнакомый, за которым тянется шлейф предательства. Как она теперь объяснит подростку, не сломав при этом ее психику, что она сбежала, спасая свою жизнь? Лучше оставить все, как есть.
Очень глупо было надеяться на то, что исход был бы совершенно другим. Но Настя просто обязана была попробовать. Тем более, что ее мать даже была не в курсе, жива ли ее дочь до сих пор. Анастасия осталась, чтобы дождаться Еву.
Когда девочка пришла домой и снова застала там свою биологическую мать, она так же, как и вчера, быстро ушла в свою комнату и закрыла дверь. Настя тихонько постучалась в дверь и прошла в комнату.
- Ева, я понимаю, что ты не хочешь со мной разговаривать. Ты можешь ничего мне не отвечать. Но, я тебя прошу, выслушай меня. Потом я уеду. Понимаешь, я же не просто так тогда уехала, на то были веские причины. Глупо все это звучит. Какие могут быть причины, чтобы оставить своего ребенка? Но я это сделала, и этого уже не исправить. Ева, я хочу, чтобы ты знала одну вещь – я очень тебя люблю. Я столько лет мечтала о нашей встрече. Представляла, какая ты, что ты любишь, как тебе живется. Но я была уверена, что с тобой все в порядке, потому что рядом была моя мама. Доченька, дороже тебя у меня никого нет на этом свете. Ты мой единственный ребенок, и так будет всегда. Я буду любить тебя, несмотря ни на что, даже если ты никогда не захочешь знать меня. Просто помни, что я у тебя есть, и я всегда для тебя открыта. Если тебе будет что-то нужно, если ты просто захочешь поговорить, знай, что я у тебя есть. И, если ты захочешь, я прилечу к тебе с любого конца света и буду рядом, если тебе это понадобится. Я понимаю, что мне нет оправдания, но… Милая, у бабушки будут все мои контакты. Если ты когда-нибудь захочешь поговорить, я буду счастлива. Сейчас я уеду, но я буду ждать и надеяться. – сквозь слезы сказала Настя и вышла из комнаты, понимая, что это, возможно, слишком, для четырнадцатилетнего подростка.
Настя попрощалась с матерью, пообещала больше никогда не пропадать и уехала. Анне Вячеславовне, конечно, было тяжело снова прощаться с дочкой, но сейчас так было для всех лучше.
В следующий раз Настя вернулась в родной город на похороны отца. Только тогда ей удалось впервые за столькие годы обнять свою дочь. Ева много размышляла, много разговаривала с бабушкой, в результате, смягчилась.
Нет, она не приняла Настю так просто. Они долгое время общались в интернете, прежде чем, Ева и Анна Вячеславовна решились впервые приехать к Насте и ее супругу в гости. Они не остались, вернулись домой.
Но, так или иначе, фундамент отношений был заложен. Настя, впрочем, как и ее супруг, очень старались, чтобы Ева перестала сомневаться в их любви. Анна Вячеславовна была очень рада тому, что Ева созрела для общения с матерью.
Они не стали разрушать светлый, в ее глазах, образ Олега. Девочке это было совершенно не нужно. Главное, что она никогда не видела и не знала, что такое домашнее насилие. Хоть в этом Настя добилась своей цели.
Когда Ева выросла, она встретила прекрасного парня, с которым ей удалось построить счастливую и крепкую семью. Она выросла самодостаточной, уверенной в себе женщиной, главное, что она теперь не держала обиду на своих родителей, и все у нее сложилось прекрасно.
Когда появились внуки, Настя стала им настоящей бабушкой, старалась приезжать на Родину, как можно чаще, и была до конца своих дней благодарна своей матери за то, что она сделала все возможное, чтобы спасти ее, в свое время, и за то, что помогла ей наладить отношения с дочерью.
КОНЕЦ