Итак, грамматика. Системная, описательная, практическая и теоретическая, активная и пассивная…
Словообразование, морфология, синтаксис...
Бедная, многострадальная грамматика! Горемычная бедолага, зечем-то насильственным путем расчлененная на “простую” и “сложную”. Куда ни кинешь взгляд, в какой учебник ни сунешь нос, вот они, везде, – мелкие огрызки, обрывки, кусочки...
Начиная готовить материалы по иностранным языкам для малышки Киры, огромным дворовым помелом смела я всю грамматику в одну большую кучу, одномоментно избавившись от любого разделения, подразделения, членения или распределения грамматики каким бы то ни было способом, приёмом, методом, стилем, стилем “брасс”, стилем “кроль”…
Веничком в кучку замела, перемешала как следует, в пыль мелкую в ступке истолкла, воды колодезной долила, заклинание нашептала да к столу подала.
Была ли я в тот момент похожа на Бабу Ягу или на еще какую злобную ведьму, готовящую малому ребенку опасное, а то и ядовитое, волшебное зелье?
Вполне допускаю, что да.
Так зачем же, зачем? Почему же, почему?
Как у любой уважающей себя Бабы Яги, у меня, помимо ступы, помела и избушки на курьих ножках, есть определенные знания и опыт. Знания, полученные опытным путем… Опыт, приобретенный в процессе получения знаний...
Мне уже столько раз задавали вопрос, почему я упрямо настаиваю на том, что деление грамматики на “простую” и “сложную” бесполезно и непродуктивно, особенно в занятиях с детьми, а набившее оскомину правило “от простого к сложному”, в данном случае, считаю совершенно неприменимым, что не знаю уж, с чего начать-то на сей раз...
Нет, конечно, дали бы мне трибуну LATEUM, я могла бы долго и пространно пояснять свою позицию, подкрепляя её цитатами многочисленных и многоуважаемых представителей старой и новой школ… А могла бы сразу шокировать искушенную публику, поведав о той невидимой глазу настоящей катастрофе, к которой ведет подобное разделение, или лучше сказать, расчленение грамматики. Но приберегу эту информацию “на сладкое”.
Думаю, для начала нашей беседы уставшая от вопросов “Бабушка-Ёжка” приведет один достаточно простой, убедительно аргументированный и аргументированно убедительный, пример.
Из заклинания того отрывочек нехитрый: “Наша Таня громко плачет...”
Да-да.
“Наша Таня громко плачет.
Уронила в речку мячик.
Тише, Танечка, не плач!
Не утонет в речке мяч!”
Давайте-ка вспомним это четверостишье, знакомое (и понятное!) каждому из нас с 2-3 летнего возраста, и проанализируем, сколько грамматических явлений задействовано в этом коротеньком детском стишке:
- времена глаголов (настоящее, прошедшее, будущее), изъявительное наклонение,
- повелительное наклонение,
- отрицание,
- притяжательное местоимение,
- согласованное определение, выраженное местоимением,
- имена существительные в именительном, дательном, винительном падежах с предлогами,
- качественное наречие, начальная форма,
- наречие в сравнительной степени,
- обращение,
- диминутив,
- имя собственное,
- имя нарицательное…
Это мы еще к синтаксическому разбору и пальцем не прикоснулись, и даже в сторону его не глянули!
Очень сомневаюсь, что кто-нибудь когда-нибудь отказался от чтения “Нашей Тани” своему любимому чаду по причине грамматической сложности данного произведения для ребенка.
И нисколько не сомневаюсь в том, что ни один родитель, пребывая в здравом уме и твердой памяти, не пояснял все вышеперечисленные грамматические нюансы, разучивая этот стишок со своим малышом.
Ах, сколько копий сломано (о мою упрямую голову) по поводу условного наклонения, что относят чуть ли не к элементу высшего пилотажа при изучении иностранных языков!
“Зачем вы даете условное наклонение ребенку 4х лет? Он не поймет! Да ему это и не нужно! Не использует ребенок в этом возрасте условное наклонение!”
Что я на это отвечаю? Отвечаю словами любимой детской песенки:
“Кабы не было зимы в городах и сёлах,
Никогда б не знали мы этих дней весёлых...”
“Что Вы! Как можно сравнивать! Это же родной русский язык!”
Ой ли? Так ли?
Родной язык, безусловно и безоговорочно, начиная с раннего детства, является самым значимым в жизни любого человека. Ни один другой язык не в состоянии ни заменить родной язык, ни даже приблизиться к тому особому значению, что для каждого из нас имеет язык матери, отца, семьи, родного края. Изучение иностранных языков никогда не могло, не может и не сможет обесценить родной язык. Напротив.
Но маленькому человечку приходится осваиваться в родном языковом пространстве не с чувством облегчения от того, что это “родной” язык, не с учетом понимания строгих правил (и огромного числа исключений из этих правил), грамматических явлений и категорий родного языка, которые ему предстоит осмыслить и переосмыслить в средних и старших классах школы. Ребенок движется по наитию, интуитивно, и за довольно короткий промежуток времени достигает великолепных результатов.
И всё это очень часто происходит еще до того момента, как малыш узнает, что это – русский язык, что это - его родной язык.
А если принять во внимание тот факт, что до освоения родного языка, ни мы, ни наши дети никакого другого языка не знали, то, по большому счету родной язык является нашим первым “иностранным” языком.
Заложенная с рождения (а некоторые исследователи утверждают, что еще до рождения) способность к “обработке” речи окружающих с невероятно высокой эффективностью позволяет ребенку не только схватывать на лету и выявлять системные закономерности структурирования речи со всеми ее особенностями, отступлениями и исключениями из еще не ведомых малышу каких-то там “правил”, но и пользоваться языком на практике в автоматическом режиме, то есть, не задумываясь!
Да, четырехлетний ребенок не владеет терминологией и не сможет дать “научного определения”, не сформулирует для вас “правило”. Однако, ребенок, который сто раз в день слышит фразы, типа “солнышко, дай ручку”, “зайчик мой, надень шапочку”, прекрасно разбирается в том, что такое диминутив и что такое повелительное наклонение, щелкает как семечки все грамматические тонкости.
Назовем эту способность, это интуитивное понимание архитектуры языка, алгоритмов и принципов его грамматической оформленности, Чувством Грамматики.
Чувством неосознанным, но настолько тонким, что оно позволяет ребенку понять даже то, что, казалось бы, понять невозможно.
Уточню с применением фигур плеоназма и тавтологии: Без возможности понимания грамматической оформленности понять было бы невозможно.
Когда Кире исполнилось 3,5 года, я подарила ей “Алису в стране чудес” и "Алису в Зазеркалье" с великолепными и невероятно яркими иллюстрациями. Однако, прежде чем отдать книжку ребенку, я решила провести небольшой эесперимент, который, при желании, вы можете повторить со своим малышом. Задание девочке было дано простое – выслушать коротенький “стишок” и ответить на два вопроса.
Чистоту эксперимента обеспечивал тот факт, что до того дня Кира не была знакома ни с “Алисой в стране чудес”, ни с “Алисой в зазеркалье”.
Для проведения эксперимента были выбраны первые четыре строчки стихотворения о Бармаглоте, которое на тот момент Кира, естественно, никогда ранее не слышала.
“Варкалось. Хливкие шорьки
Пырялись по наве,
И хрюкотали зелюки,
Как мюмзики в мове.”
Вопросы были сформулированы следующим образом: Что делали шорьки? и Где они это делали?
Прослушав стишок, ребенок от души прохохотался, после чего ответы не заставили себя ждать и секунды. Кира, с радостью и легкостью справившись с заданием, при этом еще и продемонстрировав руками и ногами, как именно шорьки пырялись по наве, попросила “добавки”.
В исходе эксперимента я, в принципе, нисколько не сомневалась, только лишний раз удостоверилась, что курс практической грамматики ребенком “пройден”. Пройден самостоятельно.
Как? Очень просто! Или, точнее сказать, очень НЕ просто. Так же, как малыш учился ходить! Ребенок в возрасте 9-12 месяцев от роду становится на ноги и идет, падает, встает и идет, снова падает, снова встает и идет...
И никаких теоретических знаний о гравитации или о законах Ньютона ему не требуется, чтобы понять – не удержишь баланс, полетишь носом вниз. И никогда вверх.
Практика, ребята, практика!
В занятиях с малышами нет места теории по той простой причине, что теория там не нужна. Да, дети задают много вопросов. Но всем им нужны ответы, лежащие в практическом поле.
С тем, что детям-дошкольникам теория не нужна, согласны если не все, то большинство. Что же касается присутствия и явного доминирования распотрошенной практической грамматики и вводных теоретической грамматики на уроках иностранного языка в рамках школьной программы… О! Здесь споры не утихают.
Нет, спорят не учителя, спорят учебники! Именно учебники никак не могут решить между собой, от какого “простого” к какому “сложному” и в каком порядке, в какой логической последовательности, согласно каким принципам приемственности они ведут-ведут наших деток к “комплексному владению иностранным языком” и почему никак не доведут.
Да, грамматика может быть сложной. Но какую именно грамматику мы можем назвать простой? И что такое сложная грамматика? И главный вопрос. Могут ли они существовать в отрыве друг от друга?
- Да и что вы привязались к этой “грамматике”! - Спросит кто-то. Нет, я не против грамматики, нисколечко не против, я и моя избушка на курьих ножках обеими руками (и ногами) “за” - за знание правил, стандартов, глубокого и всестороннего понимания алгоритмов и структур, и тд и тп…
Я стою не за безграмотность, я - за грамотную дорогу к этой самой грамотности.
Стою и спрашиваю себя: А не путают ли многие дорогу “от простого к сложному” с дорогой в никуда?
Если бы только “в никуда”!
Приведу простейший пример. Из серии “Страшилки Бабы Яги”. Пример на костях…
Бу! Страшно?
Продолжение следует.
Но прежде чем пугать гостей своего канала, попробую-ка я вас немного повеселить, да и выполнить давно данное обещание и рассказать, как же влияет количество черт иероглифа на его “усваиваемость”. Тем более, что разговор как раз в тему – о простом и сложном в освоении иностранных языков. Возвращаемся в Страну Драконов, ок?
С уважением ко всем читателям, бабушка Ни Ни