«Это … был честнейший человек, человек свободы и силы… Он понимал характер русской жизни и русского типа как редкий художник» - писал о своем учителе Илларионе Прянишникове Константин Коровин. Казалось бы, это люди не просто разных поколений, но и совершенно разных взглядов на искусство: Прянишников – активный участник Товарищества передвижников, автор многих картин в духе критического реализма, Коровин – влюбленный в жизнь и красоту импрессионист. Но автор «Хористки» очень ценил и уважал старшего мастера. Может быть, дело в том, что талант Прянишникова – прежде всего талант добрый?
Да, на него оказал сильное влияние старший товарищ Перов, но лучшие работы художника далеки от нарочитой тенденциозности передвижников. Даже хрестоматийные «Шутники» больше ориентированы на литературу, на «маленького человека» Гоголя, на пьесы Островского (тот, кстати, написал пьесу с таким же названием за год до создания картины), чем на иллюстративную социальную критику товарищей-живописцев.
Сильнее всего Прянишников там, где ничего и никого не осуждает, не учит и не ниспровергает. Замечательное полотно «В ожидании шафера» могло бы стать вариацией на темы Пукирева и Журавлева, но автор предпочел тонко и деликатно показать внутренний мир своих персонажей, их переживания и ожидания.
Избежал он и распространенной болезни передвижников – издевок над церковью, односторонних и неглубоких. Его «Крестный ход» очень далек не только от версии Перова, но даже гораздо более спокойного и взвешенного Репина и скорее предвосхищает многофигурные композиции Нестерова, например, «На Руси».
Но, может быть, лучшее, что написал Прянишников, - внешне такая скромная, но произведшая сильное впечатление на современников картина «Порожняки».
Бедный студент, судя по всему, возвращается на подводе домой, но это едва ли не единственное, что мы можем здесь «прочесть», повествовательность практически сведена к нулю. И в этом Прянишников тоже оказался тоньше большинства передвижников, которые часто брали анекдотические сюжеты. Но «Порожняков» нельзя пересказать. Это просто хорошая живопись с мастерски переданным ощущением одиночества и усталости. И, конечно, такой русский, «саврасовский» пейзаж, полный поэзии.
Художник смог ее расслышать и передать на холсте.