Итак, Wildberries.
Я не комментировала пожар на складе в Шушарах, потому как в точке события БЕЗ наличия запроса от интересанта никогда не достаточно информации: ее не с кого считать, а то, о чем пишут СМИ и блогеры, в моменте всегда однобоко. Поэтому есть смысл при таких событиях выжидать время и наблюдать, как разворачиваются события. Большое, как говорится, видится на расстоянии.
Когда произошел пожар на складе в Шушарах, естественным образом возник интерес, а что же происходит в системе, что потребовало вот такого мощного сброса собственного ресурса + замедления в одних частях системы и одновременно привлечения внешней энергии + ускорения работы в других частях системы? А так же что требует стать видимым через такое значимое событие?
❗️❗️❗️Пожар ведёт к уничтожению имущества, а значит, к остановке некоторых процессов, исключению из системы некоторых элементов. Одновременно на другие элементы системы возрастает нагрузка: как будто проверяется их прочность.
Пожар делает видимым то, что раньше пряталось, поскольку на волне мегастресса у участников события нет ни ресурса, ни интереса прятать то, что раньше пряталось. Поэтому продавцы вдруг резко заговорили об условиях работы и несправедливости. А главное — вдруг оказалось, что склад не введен в эксплуатацию, но эксплуатировался. То есть не существовал, но существовал. «Ты есть, но тебя нет». При событии такого масштаба трудно не заметить, что склад всё-таки есть был. Но помимо склада, система проявила что-то ещё, что не было рабочим, но до поры до времени работало.
Добавим к этому аварию с затоплением на складах Wildberries в Подмосковье. Это событие из той же серии: в компании что-то происходит, что требует внимания и энергетической работы на управленческом уровне. Потому как затопление на бессознательном уровне – это про избыток чувств на бессознательном уровне, что просто «затапливает» разум и адекватность. Многие отрицают чувства в организации, потому как бизнес – это про работу, но любой бизнес – это прежде всего, социальная система, где взаимодействуют люди. А значит, в нём всегда много чувств, с которыми стоит научиться обращаться и встраивать их в бизнес-систему.
Проходит время – и что мы видим? То, что называется «бизнес является продолжением невроза его владельцев». Важно помнить, что этот бизнес основан конкретной семейной парой, хотя в него (бизнес) влито уже немало ресурсов и финансовых, и административных другими участниками, и в нём множество интересантов.
В паре начались проблемы: стало искрить и затапливать чувствами, с которыми пара не справлялась. Как мы видим по тем интервью, которые начал давать муж Татьяны Бакальчук, именно он оказался слабым звеном, не выдерживающим нагрузки и начавшим искать публичную поддержку в личном процессе. Он – тот, которого не видно, но который работал. Как распредцентр. И он загорелся. Сейчас, когда пишу пост, даже не могу вспомнить его имени, хотя в бизнесе всегда энергия пары.
Когда происходили аварии, общество не знало о происходящем у основателей бизнеса, а потому оперировало той информацией, которая была «здесь и сейчас». Это не значит, что все были не правы: система многослойна. Та же история про (не)видимость распредцентра показательна с точки зрения системных процессов.
Большие системы с точки зрения информации о происходящем достаточно сложны, чтобы бросаться интерпретировать происходящее без запроса. А вот учиться видеть то, что происходит в собственной системе и заблаговременно реагировать, не допуская затоплений и пожаров (не только в прямом смысле), однозначно стоит. Чем и займемся на Курсе по системному анализу бизнеса и организаций. Кто хочет этому научиться, приходите, будет интересно и познавательно.
Автор: Татьяна Иванова, к.э.н., бизнес-тренер, психолог
Больше интересного от автора по этой теме: