Кирилл тем временем действительно помогает мне с букетом: достает вазу из-за дивана, споласкивает, наполняет водой. Даже умудряется сам подрезать цветы.
В итоге происходит очень быстро: Дина послушно позволяет себя одеть и доверчиво протягивает освободившемуся Киру ладошку.
— Твой затравленный взгляд ничем не обусловлен, — роняет он серьезно на выходе. — Я просто хочу помочь.
— Это лишь удивление. Не больше.
— Тебе немного странно. Я все пониманию.
Такая же фраза очень точно отложилась в памяти.
Именно так сказал Кирилл в ответ на мой отказ выйти к нему на работу. Он лишь пожал плечами и заверил меня, что все понимает.
— Отдохни, пока нас не будет. Думаю, часа четыре минимум. Уверен, Дина в машине поспит.
— А кресло! — спохватываюсь я.
— Уже стоит.
— Правда?
— Да.
Я в полнейшей растерянности. Он же сам брюки застегнуть не мог. А тут детский замок. Хотя еще неизвестно, что легче.
Начинаю обуваться.
— Ты решила рвануть с нами?
Кирилл, нахмурив брови, наблюдает за мной.
— Я помогу ее пристегнуть.
— Вера. Мы справимся. Тебе нужно немного отдохнуть. Используй время с пользой. Мы тоже повеселимся. Не переживай. Твоя дочь в надежных руках, — и слабо откашлявшись, добавляет: — то есть руке.
Даже странно, что веселиться они станут без меня…
Они ушли, а я долго не могу найти себе места. Уснуть не выходит, но заняться чем-то нет сил. На душе волнение.
Спустя полчаса я уточняю в смс у Кира, все ли в порядке.
В ответ получаю фотографию: Дина держит в руках банковскую карту и пытается примостить ее к терминалу. Лицо сосредоточенное, серьёзное. Она так мило выглядит. Забавная.
Моя малышка… я ее очень люблю. Мы с ней редко расставались раньше. А теперь и подавно. И от этого на душе еще неспокойнее: непривычно слишком.
Я: «Спасибо».
Кир: «Не за что. Скоро тебе привезут обед. Я попросил не будить и оставить пакет на ручке двери. Скину тебе смс, как закроют заказ».
***
— Ну вот. И ничего не случилось. Мы замечательно провели время, — довольно заявляет Кирилл.
Час назад он привез Дину домой и спросил разрешения у нас задержаться.
Я и сама не поняла, как так вышло, что я сижу укутанная на диване, в руках у меня кружка ароматного чая с лимоном, на подставке подлокотника красуется маленькая тарелочка с мёдом, которого, конечно, до приезда Кира у меня дома не было. А еще миниатюрная чашечка с очищенным мандарином, заботливо разделенным на дольки.
Кириллу немного помогала Дина, но вместе они довольно быстро управились.
— Ну, — со смехом уточняет Кир, — почему не принимаем лекарства?
— Согревающее еще слишком горячее, — капризничаю я хитро.
— Тогда кушай витамины, — он, предлагая заодно и Дине, подвигает ко мне чашку с фруктами. Убедителен до чертиков. — Пора выздоравливать.
— Ты меня разбалуешь.
— А… — гость начинает шутливо оглядываться. — Разве здесь кто-то против?
— Кирилл, — смеюсь я, сбрасывая с себя одеяло. Жарко.
— Что?
— Вот уж не думала, что ты такой шутник и весельчак.
— А какой я по твоим меркам? — он лукаво прищуривает глаза.
— Ну… ты… — я позволяю себе немного задуматься. — Другой.
— Я другой или ты меня другим запомнила и никак не можешь перестроиться? Давай-ка проясним, — гримасничает он и наклоняется к Дине. Они вместе строят забавные рожицы.
— Запомнила тебя другим.
— Каким же? — заинтересованно уточняет он.
— Серьезным. Вдумчивым. Строгим. Педантичным. Справедливым, — перечисляю я уверенно.
— Другими словами можно назвать меня скучным, унылым и пресным.
— Не-ет, — я бесконечно смущаюсь. Не то хотела сказать! — Совсем нет. У тебя довольно выраженное собственное мнение, ты знаешь, чего хочешь, тверд….
— Все ясно. Я еще и зануда, — печально вздыхает он.
— Я этого не говорила!
— Но воспринимала меня именно таким?
— Наоборот, мне казалось, ты до ужаса деловой и правильный. И так боязно иногда было показывать свою бесшабашность.
Которая со временем куда-то испарилась. Да, жизнь вносит свои коррективы, потихоньку обтачивая нас. А иногда и, совершенно не смущаясь, хорошенько прикладывает головой об стену.
— А мне наоборот, было страшно оказаться для тебя скучным дряхлым стариком.
— Можешь об этом не беспокоиться, такого точно не было.
Он отхлебывает кофе и косится на зевающую Дину. Дочь уже вымоталась. Я читаю его мысли и подтверждаю:
— Пора Дину укладывать…
Мой прозрачный намек не остается незамеченным, более того, Кирилл удивляет и дальше:
— А можно, когда ты ее переоденешь, я ей почитаю на ночь?
С чего бы? Челюсть моя отвисает.
В комнате повисает напряженное молчание. Нет… конечно, я не против, но лучики скупой надежды, озаряющие лицо Кирилла, отчего-то кажутся такими яркими и искренними.
Это вызывает у меня замешательство и ставит в тупик.
Кирилл приоткрывается с новой стороны каждый раз. Как ему это удается?!
— Ты всегда с ней очень ласков. Так любишь детей?
Кир лишь пожимает плечами, не удостаивая меня ответом.
— Конечно, любишь, это заметно, ты с таким трепетом всегда смотришь на Дину. Кажется, даже немного странным, что у вас с женой не было детей, — произношу я до того, как осознаю всю некорректность брошенной фразы. Мало ли какие у них с женой были проблемы, это совершенно бестактно лезть в его личную жизнь. Приоткрывать все личное, глубоко засевшее я и сама не готова.
— Что-то я не о том, — сухо извиняюсь я. — Да, думаю, Дине понравится, если ты ей почитаешь.
Я быстро искупала дочь и подготовила ко сну. Они вместе с Киром выбрали книжку и теперь читают в комнате, а я дожидаюсь гостя на кухне.
Это удивительно. Насколько тепло с ним рядом. Он правильно сегодня спросил: я вижу его таким, каким он мне казался раньше, или же смотрю трезвым новым взглядом.
И теперь понимаю, что это огромная разница.
Раньше он был для меня опытным наставником, интересным привлекательным мужчиной, общение было с перчинкой — расстояние ведь. Серьезный, строгий, всегда подсказывал, направлял и делился своими мыслями. Он был для меня недостижимым неопровержимым идеалом. Я сама вознесла его до небес.
Сейчас все совсем не так. Он мне не начальник, не куратор, он просто мужчина, который почему-то находится рядом, хотя причин для этого нет.
Не тот идеал, которого я боготворила раньше, но тоже очень хороший.
Когда мы встретились вновь, я и не думала об этом, а сейчас почему-то хочется спросить: не жалел ли он, что тогда предпочел вернуться в прошлое, сделав шаг назад, перечеркнув будущее со мной.
— Уснула, — Кирилл, незаметно подкрадываясь, переставляет стул ближе ко мне. Вальяжно усаживается рядом и заглядывает мне в глаза. Чувствовать мощное физическое притяжение к нему так странно. Словно теплой волной окатывает. И будоражит…
Его взгляд открытый и ясный.
Я только сейчас обращаю внимание на неброскую ямочку на его подбородке. На то, что глаза у Кира голубо-серые, пронзительные, а радужка глубокого темно-синего оттенка, с яркими лазурными вкраплениями.
И меня к нему тянет…
— Ну так что, — Кирилл отводит в сторону загипсованную руку. — Значит, от моего предложения ты не откажешься?
— Какого из? — уточняю я шутливо.
— Пикник. Я же обещал. Будешь хорошо себя чувствовать, выздоровеешь и поедем. Отказов не ждать?
— Нет, это ведь прекрасная идея.
— Рад слышать. Ты так и не рассказала, что решили на собеседовании, — любопытствует он.
Я нашла интересное предложение: работа из дома, но полдня нужно быть на связи. И еще раз в неделю по пятницам необходимо быть в офисе весь день. Перед болезнью я успела пройти собеседование, но по результатам решила, что это не то, что мне нужно.
— Немного разочарована, ожидала другого.
— Отказ?
— Да. И не надо так громко радоваться.
— Так значит, у меня еще есть шанс. Кстати, мы сегодня заезжали в офис. И Дина там произвела фурор.
— Представляю. Весь офис на ушах стоял?
— Это слабо сказано, — смеется Кир. — Все были ею очарованы. Я удивился: все вечно ноют, что у них времени и так ни на что не хватает, по уши в работе. Зато тут сразу лишнее время нашлось.
Мы вместе смеёмся.
— Что ж… мне уже, пожалуй… пора? — с надеждой уточняет он.
Ждет, что я попрошу задержаться?
Но я не попрошу.
— Да. Я тоже скоро спать.
— Ладно. Тогда на связи…
***
— Мы надолго не задержимся. Идем, — зовёт Кирилл с собой в офис.
Я уже прекрасно себя чувствую, вполне оклемалась. И, как и обещал Кирилл, мы едем на пикник.
— Мы можем подождать в машине. Да?
— Проще потом новое такси вызвать. Минут двадцать-тридцать все займёт.
Я соглашаюсь. Мы проходим в офис.
Кир вежливо здоровается с охранником, тот, заулыбавшись, отвечает и машет рукой Дине. Походные вещи оставляем на охране.
Проходим в помещение. Пространство здесь разделено на зоны, столы сгруппированы.
Кажется, это именно тут трудится основная команда.
Все хором здороваются, радостно приветствуют нас и особенно Дину. Кирилл задаёт несколько вопросов коллективу и, получив разъяснения, утвердительно кивает, зовёт кого-то из сотрудников. Долговязый мужчина поднимается с места и отделяется от компании. Со мной тоже добродушно здороваются, предлагают кофе и выражают восхищение дочуркой. Инны нет среди ребят.
Все наперебой коротко рассказывают, как Дина похозяйничала в офисе в прошлый раз, просят разрешения угостить ее конфеткой и предлагают сыграть в бумажный самолетик.
Кирилл зовёт нас в свой кабинет, но я с готовностью отвечаю, что мы с Диной подождём его здесь, а он спокойно обсудит все вопросы.
Меня лихо втягивают в разговор о дочери. Как-то плавно ребята начинают перебрасываться рабочими уточнениями, и я подключаюсь. Очень соскучилась по этой атмосфере! Все удивляются, когда понимают, что я такой же специалист, как и они, и я плавно вливаюсь в обсуждение последних инвестиций, наравне со всеми проговариваю рабочие тонкости, в общем, чувствую себя «ко двору».
Кир возвращается и коротко переговаривается с другим сотрудником.
Затем тихонько осведомляется мне ухо:
— Все в порядке?
— Абсолютно.
— Жду звонок. Потом еще минут десять и мы свободны.
Он перехватывает Дину, которая пищит от восторга и бегает за самолетиком, прижимает ее к себе, веселится с ней, подхватывает самодельную игрушку и делает вид, что прячет. Затем снова берет дочь на руки.
Они смотрятся очень забавно и мило. Кирилл так легко с ней взаимодействует… Предлагает попить. Просит у подчиненных листок и вручает его Дине. Вместе с ней кривенько левой рукой вырисовывает на листке фигуры. Дочь, конечно, очень старается оставить лист заштрихованным, у нее это даже получается. Почти.
Кирилл еще недолго играет с ней, демонстрируя безграничное расположение к малышке.
Потом вновь уходит к себе, а Дина бежит за ним. Я хочу ее остановить, чтобы не отвлекала, но Кир спокойно машет рукой, молчаливо говоря, что все в порядке. Забирает ее на «переговоры».
Ребята вновь погружаются в работу, все еще шутливо болтая. Я же начинаю собирать разбросанные самолетики.
Один из них вылетел в коридор, и я спешу за ним, натыкаюсь на женщину, стоящую в дверях, с теплой улыбкой и прямой осанкой. Она первая нагибается и поднимает самолетик.
Торжественно вручает его мне.
— Очаровательная малышка, — роняет она коротко и смотрит на меня с любопытством. — Еще когда Кирилл… Александрович пришел с рисунком акулы и разноцветными полосочками, я заподозрила неладное.
В ее глазах дружелюбие и участие, она отзывается о руководителе совсем не как обычная подчиненная. Чаще так говорят о близких людях.
Возможно, родственница?
— Да. Кирилл Александрович очень хорошо ладит с детьми.
— Не со всеми, — загадочно возражает женщина. А мне становится неловко оттого, как бессовестно я желаю пробраться в ее голову и прочитать мысли. — Но на мои наводящие вопросы он не отвечает. И теперь я вижу почему.
— И почему же?
— Он не любит кого-то подпускать близко, делиться сокровенным, — наставительно заявляет дама в объемном оранжевом свитере и коричневой вельветовой юбке-миди. — Обычно противится всеми силами. Для него личное пространство — штука очень важная. Душа нараспашку — не про Кирилла. Ээ… Александровича. Но сейчас картина проясняется.
Она смотрит на меня необъяснимо мягко. Радостно.
— Простите… а Вы… родственники?
— Да. По материнской линии. Я Кирилла знаю вот с таких, — женщина слегка отводит в сторону руку, демонстрируя расстояние от пола до ее ладони: как раз в рост ребенка. — И таким одухотворенным я не видела его уже очень много лет.
— Вы, должно быть, немного не так все поняли…
— А мне кажется, что немного не так поняла все совсем не я.
— Ну что вы, — я улыбаюсь в ответ этой таинственной женщине. — Немного преувеличиваете.
— Он сияет. Я думала, этого никогда не увижу уже.
— Это все Дина. Она очень привязалась к Кириллу. Он так легко ладит с детьми… удивительно. Всегда найдет, чем ее увлечь и заинтересовать. Она его обожает.
— А ничего удивительного. Опыт дело такое. Хоть и давнее.
— В каком смысле? — недоуменно уточняю я, а чарующая улыбка сползает с женских губ.
— Да это я так… к слову. Пойду я. Очень рада поболтать, но работы много.
И удаляется, направляясь в конец коридора.
А я стою сама не своя, прокручивая в голове странно-жуткую фразу.
«Опыт дело такое».
***
— Погода прекрасная, нам повезло, — замечает Кир, протягивая Дине нарезанную палочками морковку. Выглядит при этом жутко по-деловому.
Доченька счастливо принимает из его рук овощи и довольно хрустит оранжевым лакомством.
— Да, — с готовностью отзываюсь я. Снег еще не сошел, так и лежит хмурыми сугробами под подтаявшей на солнце ледяной корочкой. Весна неожиданно предъявила свои права.
Мы удобно расположились на веранде. Кирилл привез нас на специально оборудованную пикниковую площадку. Здесь есть все: мангалы, мебель, емкости для сбора мусора и даже навесы.
— Как тебе мой слаженный коллектив?
— Отличные ребята! — я оживляюсь мгновенно. Как же я соскучилась по офисной атмосфере! По работе в команде! По срочным заданиям, по дедлайнам и коротким перекусам за общим обсуждением. — Я, кажется, поняла твою многоходовочку!
Кирилл загадочно блестит глазами и продолжает незримо тянуть меня к себе тягучей мощной энергетикой. Меня вновь затягивает в эту бездну, и я рискую слететь с обрыва. Неужели все начинается заново? Не выходит игнорировать его смелые взгляды, невысказанные вопросы, жадное неусыпное внимание. Не получается на это не реагировать! Не получается!
— Я ничего такого даже не планировал, — прячет он хитрую ухмылку и отводит глаза.
— Итак, ты решил во что бы то ни стало присвоить меня себе? — шучу я. — То есть своему доблестному коллективу.
— Я этого никогда и не скрывал. Если ты согласишься, готов хоть завтра выделить тебе место. Правда придется Дине искать няню. Но думаю день или два в неделю — это вполне приемлемо. Как считаешь?
— Ты меня ставишь в почти безвыходное положение, Кирилл! — веселюсь я. — Кто в здравом уме откажется от настолько шикарных условий, да еще и находясь в моем положении?!
— Ой, вот не надо, — наигранно морщится он, — я не собираюсь пользоваться твоим положением прекрасной молодой мамы и грамотного специалиста. Кхе-кхе… почти не собираюсь.
Наш обоюдный беззаботный смех разносится по широким просторам. А Дина, весело исследуя высокую елочку неподалеку, радостно машет нам ладошкой в шерстяной серой варежке.
— Какой ты оказывается, беспринципный тип! Знала бы — никогда бы с тобой не связалась, — гримасничаю я.
Продолжение следует…