Авторская колонка Елены Кононовой
Пару недель назад я работала на открытии Детского клинического центра имени Леонида Рошаля. Это в Красногорске. А сегодня стало известно, что дети участников СВО со всей России смогут лечиться в этом подмосковном центре. Это и раньше было понятно, что помощь при необходимости окажут всем, но тут ещё специальное соглашение заключили с Фондом «Защитники Отечества».
Эта информация как-то попалась на глаза моей знакомой
Её зовут Оля, она давно живёт в другом регионе. Выросли мы в одном городе, но потом она вышла замуж за военнослужащего, уехала. Муж — на СВО, у ребенка есть проблемы со здоровьем. И она мне пишет: «Ты знаешь, что за центр? Пришли фотографии, лень искать».
Я ей отправляю все, что снимала на открытии. Она перезванивает и уточняет, точно ли это тот самый центр, а не платная клиника, где одно посещение педиатра — много тысяч рублей. Я уверяю, что перепутать не могла: все эти просторные коридоры, оборудование, игровые комнаты и комнаты для мам — клинический центр, где помогают по ОМС. А она неожиданно спрашивает: «А помнишь нашу Жар-птицу?».
И меня как будто выбрасывает через портал в прошлое
Туда, где мы познакомились в длинной очереди перед приемом педиатра. В нашем крошечном родном городе много лет назад была только одна детская поликлиника. Потом построили новую, где пахло хлоркой и чистотой, но это случилось уже в нулевых. А я больше запомнила ту самую старую.
Вспоротое брюхо желто-коричневого линолеума, мы с Олей ждали врача, ставили себе цель — пропрыгать по дыркам в покрытии так, чтобы ни разу не оступиться. Получалось неплохо — прорех было достаточно. Были и другие развлечения — смотреть на единственную разрисованную стену, где была изображена Жар-птица, но краска отвалилась там, где должна быть голова, и птица больше напоминала персонажей фильмов ужасов, которые украдкой подсматриваешь сквозь закрытую дверь, потому что в те небольшие годы «такое можно было смотреть только взрослым».
В той старой поликлинике меня мучила астма, было холодно, мама просила прикрыть лицо самодельной марлевой повязкой, чтобы не подхватить новых микробов, а от марли ещё тяжелее было дышать. У Оли тоже была астма. Но куда хуже: иногда её прямо из дома увозили на скорой.
Однажды Оля придумала, что Жар-птица с облупленной головой на стене коридора в поликлинике исполняет желания — надо только закрыть глаза и держать руку на её нарисованном боку, пока не почувствуешь тепло. И вот мы стояли, приложив руку к хвосту волшебной птицы, и казалось, что она становится горячее, что она лечит наш свистящий астматический кашель. Хотите верьте, хотите нет, но нам было легче дышать.
Я к чему все это. Посмотрите, какие светлые новые поликлиники
Клинический центр имени Рошаля — само собой, но и другие тоже. И конечно, многие скажут, какая разница, светлые ли клиники, есть ли там места для детских игр, ведь главное — врачи и оборудование. Я даже от самих врачей слышу такую точку зрения.
Но я не согласна. И картины с героями «Союзмультфильма», и фотографии с пациентами, и все остальное — для ребенка не менее важно, чем та самая квалифицированная помощь. Так хочется, чтобы наши дети никогда не болели. Ну а если такое случилось — пусть даже расписанные стены работают, чтобы они побыстрее выздоровели.