Первый осенний заморозок потянул тоненьким ледком холодные лужи, и в воздухе пахнуло предстоящей зимой. Пар вырывался изо рта немолодой женщины, что скакала возле общежития, пытаясь согреть ноги в тонких ботиночках. В женщине все выдавало деревенскую жительницу, от натруженных, обветренных рук до цветного платка на голове. В руках у нее были две туго набитые авоськи. Женщина приплясывала, согревая ноги, и поглядывала на дверь общежития, из которого начали появляться студентки, спешащие на занятия.
Это была Полина, приехавшая в город вечерним автобусом и переночевавшая в вонючей комнатушке, что снимала Лида. Женщина была расстроена степенью деградации своей дочери. Лиду еще не выгнали с рынка, но, скорее всего, это случится. Комнату она снимала самую дешевую, такую, в которую не пошел бы жить нормальный человек. Полина привезла денег и долго уговаривала Лиду вернуться в деревню. Дочь смеялась щербатым ртом, дышала перегаром и заявляла, что в деревне ей делать нечего. Она теперь жительн
Публикация доступна с подпиской
ПремиумПремиум