Когда мы пришли в интернатуру, нас распределили по клиническим базам. Договоры у института были со многими больницами, но попали интерны всего в две.
Мне повезло, я с другими интернами практически не пересекалась непосредственно в работе, только если на конференциях или лекциях. Это был огромный и плюс и минус. С одной стороны, вся работа интерна в конкретном отделении доставалась только мне, практикуйся - не хочу: нет очереди на ассистенцию, нет очереди на выскабливания, в приемное отделение всегда ходишь только ты... С другой стороны, пока не сделаешь всю работу, домой не идёшь. И вот тут наступает расплата: был на трех ассистенциях? Молодец. Вот тебе три истории, пиши. Наркотики только лечащий врач спишет, остальное все на тебе. Особенно тяжко, если в этот день ещё и лекции: в первой половине дня операции, потом вприпрыжку бежишь на автобус, чтобы успеть на две пары какого-нибудь ОЗЗ (организация здравоохранения). А потом бежишь обратно в отделение, чтобы написать всю документацию. И к семи вечера свободен. Ну это если на дежурство не надо оставаться.
На другой клинической базе были одновременно 8 интернов. Их, конечно, разделили между отделениями роддома и гинекологией, но все равно в гинекологии было тесновато. Драка была буквально за каждый аборт, за каждую операцию. Потому что молодо-зелено, все хотели причаститься к хирургической составляющей. Ну или почти все.
Юля, например, не хотела. Она вообще была как-то больше по акушерству. Ну или на операции постоять, но только чтобы не аборт. Буквально в первый день после распределения она подошла к врачу, к кому была прикреплена, и сказала: "Мне мои убеждения не позволяют выполнять аборт."
Ну врачу было пофиг, нет - так нет. Кого в той интернатуре будут заставлять? Все взрослые, самостоятельные. С тебя написанные истории, а на скоблежки желающие всегда найдутся. Остальные интерны только рады были, минус один конкурент.
Кстати, религией Юля не прикрывалась, она была от неё... Несколько далека, скажем так. Просто моральные убеждения. К слову, эти моральные убеждения не мешали Юле периодически нас, других интернов, подкалывать.
В больнице, где я приходила интернатуру, абортов по желанию не было. Только прерывания по медицинским показаниям: со стороны плода (синдромы какие, пороки) или же со стороны матери (замершие, соматическая патология, включая психиатрию: все душевнобольные региона были только у нас). Но как ты корабль не назови, он все равно - корабль. Аборт есть аборт.
И вот на лекциях, где вся наша группа интернов пересекалась, Юля регулярно спрашивала:
-Насть, а ты сколько невинных душ нынче жизни лишила? Лера вон только вчера двоих. Жить бы да жить младенцам...
Мы немного злились, понятное дело. Но забывали быстро - лично мной это все воспринималось как работа. Ну и тот факт, что в моем случае это были именно медицинские показания, тоже делал свое дело - лично для моей морали. Другие "соплеменники" сначала пытались что-то Юле доказать, а потом рукой махнули. Одна только наша коллега, Валя, которая была старше нас всех (ей было 38 лет), Юле сказала: "Ох, жизнь длинная, не зарекайся."
Через год мы получили на руки корочки и пошли работать. Я в первый год работала и в гинекологии, и в роддоме, и в амбулаторном отделении (была у нашего работодателя идея уже в статусе врачей прогнать трех молодых специалистов ротацией по всем отделениям). Девчонки распределились кто куда. Юля в желанный роддом не попала, там своих блатных была куча. А ещё у неё было целевое направление, и пришлось ей ехать к себе в район.
Тот район попал под какой-то очередной пилотный проект, поэтому местная ЦРБ была со свеженьким ремонтом и всем необходимым для оказания акушерско-гинекологической помощи.
Прибывшая туда в качестве молодого специалиста Юля стала работать. Район небольшой, но была помощь и амбулаторная, и стационарная: несколько коек для гинекологических больных и для беременных. А акушеров-гинекологов практически и нет: одна врач пенсионного возраста, которая согласилась лишь часть амбулаторного приёма себе оставить.
И вот пришёл день, когда пациентка пришла на аборт. Юля попыталась было её отправить "в город", но увы. Приказы маршрутизации этого сделать не дали. Потом Юля пошла к своему непосредственному начальнику. Так, мол, и так, имеются убеждения...
А начальник тот очень спокойно сказал:
-С убеждениями вашими я, конечно, согласен. Никаких вопросов. Только вот ваши должностные инструкции. В случае невыполнения мы с вами попрощаемся. Напомню на всякий случай, что учились вы по целевому направлению и 6 лет института, и год интернатуры. Ах, да, ммллион по программе "Земский доктор" вами же тоже уже получен?
Перед такими аргументами Юлины убеждения как-то сразу все сошли на нет. Она сделала и тот аборт, и все последующие. Благо, пенсионерка за спиной стояла, контролировала первые разы - не так страшно было.
Через 5 лет Юля получила от ЦРБ вольную, но... Решила остаться на месте. К роддому она охладела. Нашла свою "клиентуру", вышла замуж за местного хирурга, обросла бронёй (быть единственным гинекологом в районе иногда очень непросто). Предыдущий врач благополучно ушла на пенсию нянчить правнуков, ну а Юля... Юля на очередной нашей встрече, вспоминая интернатуру, даже посмеивается.