Простой русский парень четырнадцати лет, с простым русским именем Иван в восьмидесятых годах заделался панком. Заделаться в те годы панком было очень тяжело. Никакой свободы воли и самовыражения не существовало, сами понимаете, несмотря на перестройку, гласность и плюрализм мнений. Хайр поставить правильно, и тот было нечем. Никаких пенок для укладки и спреев суперсильной фиксации не было. И красок для волос красивых, цветных, тоже. Не знаю, чем там Ваня ставил себе свой гребень (ну, как гребень, гребешок), но красил он его зелёнкой и фукорцином. Мы то, мелкошня в те годы, слушавшаяся и бабушек, и дедушек, и даже мам с папами, Ваней тайком восхищались. Тем более, что он сам себя именовал не Ваней, а Джонни. Взрослые же относились к Ване с толикой презрения и сильно сочувствовали его бабушке с дедушкой. А про родителей говорили — распустили! Некоторые бабули даже вослед Ване плевали. И рассказывали нам, что гребешок он ставит навозом. И там заводятся всякие разные нецивилизованные су