«Тайная вечеря» — работа, в которой Леонардо соединил все главные открытия Ренессанса. Сегодня объясняем, в чём состоит гениальность фрески и правда ли на ней изображена Мария Магдалина, как писал Дэн Браун в «Коде да Винчи».
Небывалый психологизм
Художники часто выбирали этот сюжет для картин, но Леонардо изобразил его по-новому. Он выбрал момент наивысшей психологической концентрации — не сами слова Христа, а тишину после них. Благодаря этому фреска полна напряжения — Леонардо заставил каждого из апостолов по-своему реагировать на слова Христа о предательстве.
Необычный Иуда
Необычно Леонардо показал и главного злодея — Иуду. До Леонардо Иуду долго изображали одиноко сидящим на противоположной стороне стола. И этим приёмом уничтожали весь драматизм — предатель был виден сразу и зрителю, и апостолам.
Леонардо же посадил Иуду среди апостолов, сохранив его инкогнито. Но мы можем его распознать. Его лицо — единственное находится в тени и выделяется на фоне Петра и Иоанна. Ещё один ключ — кошель со сребрениками, за которые он предал Христа. Кроме того, в Евангелие от Матфея сказано, что Христос и Иуда первыми преломили хлеб. А мы видим, как они оба тянутся к тарелке.
Необычные существа
Эпоха Возрождения знаменита не только символическими картинами Леонардо. Иероним Босх запечатлел в триптихе «Сад земных наслаждений» грех сладострастия. И специально добавил в картину неземных существ!
А сможете сказать, каких животных нет на картине? Тогда вас ждет «Самый умный» тест от Синхронизации. Его способны пройти только настоящие знатоки живописи.
Пройдите семь вопросов об искусстве и получите:
- Диплом интеллектуала;
- 6 уроков из видеокурса «Кино глазами режиссеров»;
- приятную скидку на все курсы Синхронизации.
Начните учебный год с новых знаний!
Дэн Браун был неправ
Обратите внимание и на Святого Иоанна — фигуру слева от Христа. Благодаря книге Дэна Брауна «Код да Винчи» многие поверили, что это не Иоанн Богослов, а Мария Магдалина. Но это не так. Святой Иоанн — самый молодой и любимый ученик Христа, поэтому его обычно выделяли среди остальных апостолов. И для этого образа часто позировали женщины — отсюда и женственность черт.
В чём уникальность — свет и оптика
Феска нас завораживает, хотя на ней изображена обычная трапезная монастыря. В чём же секрет? Леонардо манипулировал перспективой и использовал оптические ухищрения.
Один из фокусов: он изобразил сцену так, будто она находится в одном пространстве со зрителем. Кажется, что свет на фреску падает из настоящего окна на стене. А покрывала нарисованы так, что тоже создают иллюзию, будто комната на фреске — это продолжение трапезной.
В чём уникальность — композиция
Леонардо выделил Христа так, что тот занял геометрически точное, центральное положение на фреске — к его голове сходятся все линии перспективы. Это фокусирует наше внимание на спокойном и светлом образе Спасителя. Чтобы добиться такого эффекта, Леонардо даже вбил в середину стены гвоздь — эта дырочка до сих пор есть на правом виске Иисуса.
Кроме того, художник распределил 12 апостолов симметрично на группы по три человека. Их фигуры объединены общим движением, которое, будто по цепочке, перебрасывается благодаря жестам. Всё это вместе с выверенной геометрией создаёт иллюзию движения.
В чём уникальность — техника
Леонардо любил работать медленно, а с фресками нужно было работать быстро — обычно их пишут по мокрой штукатурке, которая моментально сохнет. Кроме того, фрески пишут темперой, которая не даёт сложных оттенков и переходов цвета.
Из-за всего этого Леонардо решил схитрить. Он смешал масляную краску с темперой (масло дольше сохнет и даёт более сложные цвета) и стал писать по сухой стене. Это позволило глубоко проработать цвет, но плохо сказалось на сохранности фрески. Живопись слабо сцепилась со стеной и стала осыпаться уже спустя 20 лет после создания.
Что осталось от Леонардо
Во время последней реставрации в 1978–1998 годах саморазрушение фрески остановили — её закрепили на стене. Специалисты удалили многочисленные слои неудачных реставраций, чтобы мы, наконец, смогли увидеть живопись самого Леонардо. К сожалению, сохранилось от неё немного — менее 50% оригинальной красочной поверхности.