Часть 6.
Лесная заимка располагалась на небольшом пригорке, где лёгкий ветерок приятно освежал атмосферу. В окнах горел свет.
— Проходите, — отчужденно произнёс молодой человек. — Вас встретят.
Тем временем он зашёл в сарай, чтобы снять охотничье снаряжение и оставить двух гусей.
Увидев через окно двух молодых охотников, хозяйка дома поспешила открыть двери.
На пороге парней встретила женщина лет сорока пяти в платье и переднике. Её светящиеся улыбающиеся глаза и радушная улыбка излучали доброту и гостеприимство.
– Заходите, дорогие гости. Что хмурые такие? Смотрю охота не удалась, — с сожалением промолвила гостеприимная хозяйка.
Матвей с Севкой вошли в дом.
– А, где хозяин? - спросил Севка, оглядываясь по сторонам. – Помню, мы у вас уже были с моим отцом.
– Не признала я тебя. А…, тебя Савелием зовут. Верно? – припомнила хозяйка дома. – Не узнать тебя. Вырос, возмужал. Да, вы проходите. Что в дверях как вкопанные встали? Раздевайтесь и присаживайтесь. Сейчас ужинать будем. Я картошечки пожарила.
В комнате ароматно пахло жаренным картофелем. Посередине комнаты стояла печь, где тихо потрескивали поленья. Женщина по-хозяйски засуетилась, бегая по комнате, то к печи, то за скатертью. Накрыв стол, стала расставлять посуду.
– А хозяин мой, как два года в мир иной отошел. Одна я теперь с дочкой живу. Она теперь и кормилица, и лекарь, и заступница моя. Да, вы видели ее.
Севка удивленно посмотрел на Матвея и они хором промолвили: – Нет, мы не видели вашу дочку.
– Ну как же? - удивилась женщина. – Кто ж вас привел к нам?
– Паренек какой-то, — ответил Матвей
Женщина тихо засмеялась.
– Так это и есть моя дочка. Она совсем не паренек. Она с утра на гуся ходила охотиться. Ведь после смерти мужа, теперь она стала добытчицей. И на охоту и на рыбалку, все сама. Муж с детских лет ее обучил всем премудростям охоты. Ростил как пацанку. С сыном –то у нас не получилось. Вот он и бродил с ней с утра до ночи по лесу. Даже однажды на кабана брал ее с собой. О, как! - гордо произнесла женщина.
- Бесстрашная у вас дочь, — похвалил Севка. – Сколько же ей годков –то сейчас будет? – поинтересовался парень.
– Да поди уже двадцать в ноябре, будет. Она у меня девка красивая. Но, любит под парнишку маскироваться. Так куда спокойнее. А то в наших краях столько туристов развелось, что боязно им показываться во всей красе. Украдут еще, – беспокойно промолвила хозяйка дома.
– Пойду посмотрю. Что-то долго её нет, — засуетилась хозяйка, надевая на себя меховую жилетку.
Парни последовали за хозяйкой дома. Только они вышли на крыльцо, как вдруг из сарая вышел огромный серый волк, его мощные формы возникли словно тень, неслышно ступая по земле. Он уставился на незнакомцев своими жёлтыми глазами, проникая в самую суть их существа.
Севка, увидев волка, обомлел от страха, и направил на него своё ружьё.
— Не смей! — воскликнул паренек, вышедший из сарая, его знакомый голос прозвучал как гром среди тихого утра. Матвей успел опустить дуло ружья к земле, и в этот момент раздался выстрел, пронзая тишину.
— Это мой…, — хотел сказать паренек, «отец», но слова застряли в горле. — Это мой волк Байкал. Он не тронет вас. Тем более, как мне кажется, он пришел не один.
Тишина окутала все вокруг, в воздухе витало непонятное ожидание. Матвей вглядывался сквозь тени света отражающиеся через окна дома на лицо паренька. «Что происходит? Байкал, мой волк», – где-то он уже слышал этот голос и кличку волка. «Неужто это она?» — с трепетным волнением кружились мысли в голове Матвея.
— Мама, ты только посмотри, какой сюрприз нам принес наш Байкал! —Послышался вдохновенный голос паренька, который прервал размышления Матвея.
Из глубины сарая послышался писк щенков, наполняя воздух трепетным ожиданием. Хозяйка поспешила в сарай и всплеснула руками от неожиданности. На уложенной соломой полу, лежали тять маленьких щенят. Они были еще слепыми и тыкались носиками в живот рослой черной сучки с острыми стоячими ушами.
Собака лежала рядом с щенятами и жалобно скулила, взволнованно глядя на вошедшую женщину. Вслед за хозяйкой вбежал волк и, подбежав к своим отпрыскам, стал осторожно тыкать носом, будто считая, все ли на месте.
– Байкал! Что же это такое? Ты решил семью свою у нас в сарае поселить? — воскликнула удивленная хозяйка.
Женщина взяла на руки одного толстого щеночка.
– Вы только посмотрите, вылитый Байкал! – изумленно промолвила женщина. – Вот значит, чем закончились твои похождения! – упрекающе промолвила хозяйка и рассмеялась.
В это время волк прижав свои уши, виновато направился к пареньку, и издав глухое ворчание, его лапы, одним огромным прыжком, оказались на его плечах. Хрупкое тело паренька слегка покачнулось, потеряв равновесие, а его кепка с длинным козырьком, скрывающего лицо, слетела на землю. В этот миг копна вьющихся каштановых волос рассыпались по плечам «паренька».
Матвей оторопел, еле сдерживая себя от возгласа и удивления. Перед ним стояла та самая лесная Нимфа, но в другом обличии. Но, несмотря на ее одежду он мог бы узнать ее среди тысячи красавиц.
– Это она,– радостно зашептал Матвей Севке, наклонившись ближе к его лицу.
– Кто? – таинственно спросил Севка, не отводя глаз от красавицы.
– Лесная Нимфа, о которой я тебе рассказывал,– тихо буркнул он.
В это время девушка не обращая внимание на изумленных парней вела тихую беседу с волком. Волк с виноватыми глазами смотрел в глаза девушки и облизывал ей лицо.
– Ах, ты подхалим! Вот, что мне теперь делать с твоими детками? – проводя руками по мощной спине зверя, спросила молодая хозяйка.
Подружка волка неспеша тоже подошла к девушке. Она вытянула свою морду к ее руке, чутко понюхала её, и коротко пролаяла три раза. Мол, не гони нас.
– Всё, хватит подхалимничать и виниться,– строго буркнула девушка. Идите к своим деткам, а то замерзнут.
– С прибавлением нас, мама!- озорно засмеялась девушка и заботливо обратилась к матери. – Матушка, вы идите с гостями в дом. Я только поесть принесу нашим подопечным и вернусь.
– И вправду, что мы стоим на улице. Проходите в дом, – пригласила парней хозяйка.
Минут через пятнадцать девушка вошла в дом и стремительно удалилась в свою комнату, закрыв за собой дверь, за которой долго не слышно было никаких звуков.
– Ульяна! – крикнула мать. – Иди к столу. С утра, как ушла, так и не ела ничего.
Тихо приоткрылась дверь и из комнаты вышла девушка, её движения были плавны и неспешны. Каштановые волосы собраны в длинные косы, по лицу спадал мягкий вьющийся локон. Матвей с упоением впивался в её карие глаза, казавшиеся почти черными из-за длинных ресниц. Пристальный магический взгляд её черных глаз наполненный особым таинством, насквозь пронизывал парня, заставляя цепенеть от волнения.
На ней было холщовое платье, с пышными рукавами, облегающее и подчеркивающее ее статную фигуру. Широкий кожаный ремень, с причудливыми вкраплениями из камней и свисающими пушистыми кисточками по краям, облегал ее бедра.
Девушка поймала его взгляд и ответила смелым, откровенным взглядом, столь прекрасным, что лишь мастер-художник мог бы описать его на холсте.
– Ну, что же вы в переглядки-то играете? – заметила хозяйка, вспомнив о знакомстве.
– Мы же так и не представились! Меня зовут Евдокия, а это моя дочь Ульяна.
Парни вскочили, словно перед важной особой, и, поочередно предлагая руки, представились девушке. Севка, от волнения растерянный, даже руку её чуть поцеловал, как он видел в фильме — такой вот этикет у светских людей.
***
За столом хозяйка старалась поддерживать простой разговор. Расспрашивала откуда молодые люди, где живут, и что на селе делается. Как и чем люди живут.
Матвей молчал, а Семен все больше ел, да говорил без умолку.
Матвей обратил внимание на мать Ульяны. Какое же у нее было доброе и милое лицо. Видать дочка пошла в мать. Они были как две сестры. Не смотря на разницу в возрасте, мать выглядела ухоженной и моложавой женщиной. Лицо еще сохранило былую красоту. Видать многим парням в молодости кружила голову.
– А вы давно здесь живете? Вам не скучно одним в лесу жить? – решил поинтересоваться Матвей.
– Да, милок, поди уже двадцать лет с лишнем. А дочка моя так с рождения живет здесь.
– Страшно видать вам в лесу одним,– посмотрев на Ульяну, поинтересовался Матвей.– Дикие звери могут напасть.
Девушка удивленно улыбнулась.
– Да уж не страшнее, чем среди людей. Люди бывают страшней зверей.
– Угу, верно, – согласился Севка, прожевывая хрустящий огурец.
– А ты Ульяна, всю жизнь здесь намерена жить? Как можно без друзей, без подруг. Ты молодая, красивая девушка, – вновь поинтересовался Матвей.
– Мне здесь нравится. Мой лес, звери, птицы – вот мои друзья. Они никогда не предадут и не обидят, – улыбаясь произнесла Ульяна.
Разговор прервала её мать. Евдокия, услышав от Севки, что они родом из села Шакша, решила полюбопытствовать: – Кто ваши родители?
Севка, не теряя времени, начал рассказывать о своих.
– Отец, Кузьма Рыбников, работает трактористом, а мать, Анфиса, доярка на ферме. – Все живы и здоровы. У Матвея отец – председатель нашего села, Григорий Савельев.
– Кто? – изумленно переспросила Евдокия.
– Григорий Савельев, – повторил Севка.
В этот миг Евдокию будто окатили кипятком. Она схватилась за сердце, на её лице вспыхнул алый румянец. Ульяна, заметив перемены в состоянии матери, в панике бросилась в сени за холодной водой.
– Мама, тебе плохо? – забеспокоилась дочь. – Выпей водички, станет легче.
От известия, что Матвей сын председателя в глазах Евдокии потемнело, как будто пелена застила взор. Испуганная Ульяна нежно наложила ладони на голову матери, слегка сжимая её виски.
– Всё, доченька, полегчало, – успокоила мать, убирая ладони дочери.
Присев рядом, Ульяна взяла дрожащие руки матери.
– Что с тобою, мама? Чего ты так испугалась?
Придя в себя, Евдокия спросила Матвея как зовут его мать.
– Зинаидой звать, – обескураженный видом матери Ульяны, ответил Матвей. – Но, ее нет в живых. Она покинула нас двенадцать лет назад.
Евдокия поглядела на Матвея не то что тревожно, а даже как будто болезненно. Только сейчас она поняла на кого был похож этот молодой человек. Он – копия Григория, с которым ей не суждено было стать одной семьёй.
– Значит, ты сын Григория и Зинаиды,– подытожила Евдокия.
– Вы знали моего отца и мать?– удивился Матвей.
– Да Матюша, я же не всю жизнь жила в лесу. Сама-то я родом из вашего села. Вот такие дела, – глядя внимательно в глаза Матвея вздохнула хозяйка дома.
Матвея поразила необыкновенное, никем не виданное одиночество в её глазах. Он вспомнил рассказ отца о некой Дуняши, которую он незабвенно любил, и которая так таинственно пропала без следа.
– Так вы, та самая Дуняша, про которую рассказывал мой отец?!– Озарился догадками изумленный Матвей. – Во, дела?!...
– Да… Та самая, Дуняша. Так звал меня Григорий, – с теплотой в голосе произнесла Евдокия.
– Куда же вы исчезли в тот вечер, перед свадьбой? Отец два года вас разыскивал всем селом. А вы как сквозь землю провалились. Он стал подумывать, что вы сбежали от него, чтобы замуж не выходить, – возмутился парень. – Горевал он долго по вам. Места не находил. Хотел было руки на себя наложить. Вот как он вас любил! – упрекнул он хозяйку дома.
Евдокия с печалью и нежностью смотрела на Матвея и вспоминала Григория, такого же красивого и горячего по характеру. Погрузившись в грустные воспоминания своей молодости она решила рассказать Матвею всю историю, которая с ней произошла. И куда она исчезла в тот день перед свадьбой.
Продолжение здесь:
Спасибо за внимание.