Действительно, икону или использовать ее как предмет хозяйственного обихода, разделочную доску и т.п. – это кощунство. Даже для равнодушного к религии человека – это, как минимум, некрасиво.
Но, упомянутый в Библии, царь Иудеи Езекия, правивший в VIII-VII веках до н.э. сделал нечто подобное. Он уничтожил медного змея (4 Цар. 18: 3-5). Змей этот был создан еще Моисеем во время странствований по пустыне. Так как израильтян кусали ядовитые змеи, то Моисей по приказу свыше, сделал такое изображение, чтобы каждый посмотревший на него исцелялся от действия змеиного яда (Чис. 21: 4-9). Как это работало точно мы не знаем, но дело не в деталях.
В том же месте Библии, где повествуется об уничтожении этой медной реликвии, что этот предмет стали почитать, как идола. Даже придумали ему имя – Нехуштан (то есть «медный»). Что свидетельствует о недостатке фантазии у этих змеепоклонников.
Однако почему этот царь не выбрал другой вариант решения проблемы? Почему, например, не повелел провести разъяснительную работу? В наше время, под влиянием идей Просвещения, пришедших из XVIII века, слишком многие люди уверены, что человека можно переделать. Но что показывает практика, как бы не «промывали мозги» и тоталитарные режимы, и сек тантские объединения, и пресса – ничего не получается. В Германии, Ираке, Кампучии и других странах в этом и предыдущем столетии режимы. Казавшиеся незыблемыми падали потому, что выяснялось, что люди хотят жить своим умом. И живут именно так, чтобы они не говорили, опасаясь госбезопасности.
Сила идолов (не важно золотой он, каменный или информационный, то есть некая идея или политическое убеждение) не в том, что их навязывают. Нет, в том, что они почему-то совпали с глубинными желаниями многих людей. Люди слишком часто делают то, что им невыгодно, что им прямо вредит. Я думаю, здесь нет смысла приводить примеры, каждый с легкостью вспомнит подобно в своей жизни.
Дело было е в том, что подданные Езекии нашли себе новый культ, новую религиозную игрушку. Многобожие запрещено не потому, что Господу обидно. Это просто один из вариантов погубить свою жизнь, не решать проблемы, а находить отговорки. Просто способ игнорировать реальность. По принципу: «завтра само рассосется» или уеду в Москву. Или в Америку, где все будет просто прекрасно без всяких усилий. Но потом. То есть придумать себе множество вариантов реальности. В этой Бог не дает красть, предавать когда выгодно, к людям хочет, чтобы относились, как к себе самому. Слушком много. Найдем себе нового, пусть будет называться Нехуштаном, Медный Змей этот древний, сколько веков в священном месте стоит. Авось этот не станет какие-то правила навязывать. Так станет давать, что мы попросим, а в нашу жизнь не полезет. Тот же принцип самообмана (разумеется, не без некоторого участия заинтересованных лиц, куда без них, что и с МММ, пирамидами всех мастей. Делать же ничего не надо, есть глупые дяденьки, которые не понятно зачем будут деньги тебе давать, вместо того, чтобы в банке под меньший процент занять, работать за тебя станут. С божками также. Медный Змей будет просто так сыпать удачу, исцеления, за ваши мелкие подачки. Делать ему нечего, как и тем дядям из МММ разного пошиба. Корень – стремление к халяве. Вот в этом и есть корень запрета многобожия.
Но если люди сами творят идолов в своем сознании, а лишь потом находят им материальное воплощение, то зачем было разрушать этого Змея?
Почему же тогда Езекия не приказал убрать Медного Змия в некое сокрытое хранилище? На территории Иерусалимского Храма или в другом месте. Это все же была историческая память, воистину священный предмет? Почему бы не сохранить его до лучших времен?
Здесь, как и во многих других местах в Библии показывается, что для Бога дороги все же люди, а не символы. Это именно из самого повествования следует. Бог же не карает, даже не порицает Езекию за то, что Он дал людям предмет для исцеления от укусов змей, а они, неблагодарные, даже как память не сохранили. Езекия показан одним из лучших царей Иудеи, Библия не порицает его за святотатство.
Поступок этого царя можно сравнить с современным отношениям большинства государств (где еще не заигрались в социальные эксперименты, как в той же Голландии) к запрещенным препаратам. Понятно, что полностью перекрыть доступ этих веществ нереально. Но что теперь делать? Не мешать их распространять?
Так можно ли уничтожать реликвии? Нельзя. А нужно? Иногда, к сожалению, это необходимо. В случае, если они не выполняют своей цели, не приближают к Богу, а ведут совсем в другом направлении. Если лекарство превращается в яд, то его нужно выплеснуть в помойное ведро.