Когда я добираюсь до телефона с удивлением отмечаю, что ещё нет девяти утра. Прекрасно, этот день будет долгим.
Кирилл сидит с ноутбуком на кухне и пьёт кофе. Ну, раз я ему снюсь с чаем, я буду доставать его этим чаем всю жизнь!
Попадаю в поле его зрения, он отрывает взгляд от ноутбука и пристально наблюдает за мной. Это представление началось. Ставлю чайник, а пока вода закипает беру чашку и бросаю пакетик чая. Не поворачиваясь к нему открываю холодильник, достаю лимон. Беру нож и отрезаю себе дольку. Убираю лимон обратно в холодильник и наливаю кипяток в чашку. Забираю чашку и блюдце с лимоном и с покер фейсом усаживаюсь напротив него. Могу поспорить, что за всё это время он моргнул пару раз. Поднимаю взгляд, он смотрит и улыбается, демонстративно беру дольку лимона, облизываю и кладу в чашку. Улыбаюсь наиграно.
– У тебя ничего не выйдет. В отличии от тебя, я выспался и у меня с утра уже был секс, – делает глоток кофе, его глаза смеются.
Сужаю глаза, лишь бы не показать свой гнев, а он возвращает взгляд на экран ноутбука. Вот гад!
Из нужных конспектов и домашек на сегодня у меня ничего нет, потому что кто-то вчера их не привёз или меня не отвёз домой. С собой только учебник английского, на который я сегодня не попадаю из-за встречи с его мамой. Но реферат по политологии у меня написан и лежит на почте, надо хоть его взять.
– Кирилл, у тебя есть принтер? Мне нужно распечатать реферат.
– Ага, скинь на почту, сейчас пришлю адрес.
Звоню Соне, чтобы она мне скинула задачи по экономике для семинара, может успею их сейчас заново написать, а то приходить без домашки на семинар перед сессией – безответственно. Эта коза ещё спит видимо, поэтому я звоню Антону.
– Антон, привет, можешь на почту скинуть домашнее задание по экономике?
– Конечно, все в порядке?
– Да, спасибо.
– Хорошо, сейчас пришлю.
Прощаюсь с Антоном и пересылаю реферат. Кирилл работает и не обращает на меня внимания. У него звонит телефон.
– Привет Антон, – пауза, слушает собеседника, – она со мной.
Так быстро? Вот гад, это он меня так каждый раз сдаёт? Я встаю и ухожу. С каждой минутой мой гнев растёт в геометрической прогрессии, чайник и тот медленнее закипает. Запихиваю все свои вещи в чемодан, сегодня я точно поеду домой, к черту их обоих с этим маниакальным контролем. Вообще сменю номер и свалю в Италию, там климат хороший и пицца вкусная. Ха, отличная шутка.
Открываю почту и вижу письмо от Антона. Возвращаюсь на кухню.
– Дай, пожалуйста, ручку и листик. Мне надо домашку сделать.
Пыхчу, а он сощурил глаза и поджал губы.
– И вообще, если ты что-то решаешь за меня, будь добр обдумывать все до конца, что например, я учусь и у меня сессия через месяц и мне нужны не только мятые вещи в чемодане, но и учебники с конспектами!
Кирилл встаёт и подходит ко мне, нечитаемые эмоции на лице, зато действия говорят о том, что он мной недоволен. Дьявол поднимает меня на руки и усаживает на столешницу, сам становится между моих ног и притягивает близко к себе.
– Если бы я тебе вчера сказал, что все твои вещи в гардеробе, включая коробки с учебниками и тетрадками, ты бы дальше стала меня слушать?
– Что ты сказал? – это он серьезно? Он ещё вчера все привёз без моего разрешения?
– Повторить?
– Но… Ты вроде вчера собирался только попросить пожить здесь. Что ты делаешь, Кирилл? – его руки держат меня за талию, сам он стоит расслаблен, как будто каждый день творит такую дичь и ему это сходит с рук. – Ты понимаешь, что так нельзя поступать? Ты как минимум должен получить мое согласие на это всё!
– Мне оно не нужно, – говорит холодно, отстраненно. А я начинаю его бояться.
– Да что ты говоришь?! – все, я закипела как чайник на газу и вошла в стадию отрицания, сам виноват. – Тогда мне не нужны такие отношения.
Больно. Но на меня в жизни никто и никогда так не давил. Даже когда я была на дне своих эмоций, родители аккуратно меня оттуда вытаскивали. Он не имеет права так поступать, даже если он на меня последние сколько там получается лет во сне смотрел. Дьявол.
Он стоит в той же позе, даже не усилив хватку на талии, только зрачки расширились.
– Спусти меня, мне надо найти конспекты, у меня уже вся домашка сделана.
Он послушно спускает меня на пол и провожает в гардероб. Вот чёрт, он перевёз сюда по ходу абсолютно все мои вещи, у меня их немного, но даже эти пять коробок вряд ли я вывезу отсюда сама! А я думала, что придётся уезжать с одним чемоданом.
Нахожу все к своей учебе и складываю в рюкзак. Обуваюсь, беру в руки пальто и выхожу. Мне надо побыть без него. Прости, но на завтрак с твоей мамой я сегодня не попаду.
***
Беспрепятственно выхожу за пределы жилого комплекса, значит отпустил, спасибо. Еду на метро в Пушкинский, потому что на улице слишком ветрено, а там есть все, что мне сейчас нужно. Опять смотрю на «Прогулка заключённых», Ван Гог писал ее из психушки. Меня тоже отпустили погулять из личной психушки, ненадолго. Интересно, какова вероятность того, что я в этих отношениях буду хоть чуть-чуть свободна и меня хоть о чём-то будут спрашивать? Пока я вижу, что эта вероятность стремится к нулю.
Черт, а если он решит, что можно поставить печать в мой паспорт без спроса или я действительно залечу от него? Капец. Надеюсь, хватит совести и ума так не делать, надо сдать паспорт на хранение в банковскую ячейку.
Приезжаю в институт, настроения нет, если я вечером поеду домой, там хоть зубная щетка моя осталась?
Я звоню Насте узнать почему она мне ничего не сказала, но она вообще не в курсе, дежурила два дня подряд.
– А ты переехала?
– Пока не знаю.
– Что-то я не слышу радости в голосе.
– Потому, что я терпеть не могу, когда на меня давят, – не буду Насте говорит, что он сделал предложение. – Настя, выпиши мне рецепт на противозачаточные.
Вздыхает.
– Ладно, но ты инструкцию почитай сначала, с первой таблетки они не работают.
– Ок, поняла.
Вечером я получаю сообщение от Кирилла, что он будет дома поздно. Я уже окончательно остыла, но и идти на уступки не собираюсь.
Беру в гардеробе своё пальто и, уже направляюсь к лестнице, но останавливаюсь посмотреть на входящий вызов, мама.
– Привет, мам.
– Котёнок, привет, как ты?
– Все нормально, только лекции закончились.
– Домой сразу поедешь?
Черт, не ожидала я так скоро этого разговора. Возвращаюсь к окну в коридоре и сажусь на подоконник.
– Не совсем, мам. Тебе папа про Кирилла рассказал?
Слышу как она сопит в трубку. Выжидаю паузу.
– Ага, и не только папа.
Блин, Настя? Не ожидала от неё такой подставы. Черт, я сама не уверена, что справлюсь с этими отношениями, а ещё и родителям объяснять.
– Мам, ну, мы начали встречаться и он просит пожить у него, потому что история с наркоманом его сильно напрягла.
– Только пожить?
Ну ещё он сделал предложение, а мне вообще-то семнадцать, и кажется, в нашей стране вообще разрешение на брак нужно получать в таком возрасте. Как бы уйти от этой темы и поговорить про погоду? Но мама сама разрывает молчание:
– Катя, Кирилл твой сегодня к нам с папой в больницу приходил. И рассказал, что сделал тебе предложение, но ты не ответила. И что его не будет до середины июня в стране, поэтому ты поживёшь в его квартире одна.
Маньячное чудовище. А я на сестру бочку катила!
– И как вы к этому отнеслись?
– Котёнок, я вижу, что он прет напролом, а ты сомневаешься. Мы не против, но только если ты сама этого хочешь.
Чего я хочу? Я не знаю, мне с ним одновременно и хорошо и, в то же время, он меня напрягает своими выходками. С ним как на пороховой бочке.
– Ты права, мама, мне ещё о многом нужно подумать, но он даст мне это время, – надеюсь.
Прощаюсь с мамой и выхожу на улицу, возле входа в институт меня ждёт машина, джип, не одна из таких, которые я видела. За ней стоит машина, которая должна была меня возить. Я понимаю, что в джипе ждут именно меня, так как из задней двери выходит статный мужчина в дорогом костюме и обращается ко мне:
– Екатерина, добрый вечер.
Надеюсь, он добрый. Расстояние до него ещё метра два-три, но меня уже как будто придавило холодной ледяной глыбой от его взгляда.
– Добрый, простите, но я вас не знаю.
Мужчина достаёт из кармана пачку с сигаретами и вытаскивает одну.
– Я отец Кирилла, Зарах Викторович.
Он подносит зажигалку к сигарете во рту и делает первую затяжку.
– Хотел поговорить до того, как Кирилл вернётся из Сочи.
– Я вас слушаю, – значит он ещё летит? Можно забрать коробки и отвезти домой, наверно его отец приехал мне помочь это сделать, вряд ли ему по вкусу все происходящее.
– Хотел пригласить в ресторан поговорить, но боюсь, что ты сбежишь как с бранча с моей женой, – усмехается, делает затяжку, медленно выдыхает струйку дыма.
Оправдываться я не собираюсь, молчу. Запахиваю пальто и скрещиваю руки на груди.
– Я не собираюсь лезть в ваши отношения и принимать чью-либо сторону, поэтому я сказал Мише, чтобы он не использовал свои ресурсы в качестве давления на тебя. Никто не будет ограничивать твою свободу, если Кирилл хочет, пусть все бросает и сам следит за тобой. Однако, есть объективные потребности в безопасности. Мы не самая простая семья, – он делает паузу и проворачивает голову вбок, на его лице появляется оскал, – и у нас есть враги, а у Кирилла их немало. Он в бизнесе такой же танк, как и в жизни, уже успел перейти дорогу некоторым личностям, поэтому вопрос безопасности это не прихоть, а жизненная необходимость. А повлиять на него через тебя будет проще простого. Я не имею в виду, что должно произойти что-то плохое, но вопрос безопасности всегда нужно продумывать наперёд. Кирилл это прекрасно понимает, но воздействует на тебя своими методами, а я бы хотел донести нормально.
Он отбрасывает окурок в сторону и засовывает обе руки в карманы брюк. Взгляд такой же стальной, как и у Кирилла.
– И что мне нужно делать?
– Не мешать Мише делать свою работу. С Кириллом можешь поступать как хочешь. Я хочу счастья своему сыну, но если для этого потребуется сломать жизнь тебе, то я против.
Кирилл будет в бешенстве, ха. Он бы с удовольствием перекроил всю мою жизнь под себя.
– Хорошо. Я вас поняла.
– Кирилл пока не знает об этой встрече, потому что он не позволил бы тебя пугать, но я рассказал, чтобы ты лучше поняла его мотивы. Игорь отвезёт тебя куда скажешь.
– Спасибо, всего доброго.
Понимаю, что разговору наступил логический конец, поэтому двигаю ко второй машине.
Все ещё анализирую сказанное. Интересно, сколько стоит час времени такого человека? И он потратил его на меня, чтобы позаботится о моей безопасности.
Кирилл возвращается после полуночи, я успела сделать всю домашку и запечь рыбу в духовке. Слышу, как пикает замок в двери и выхожу в холл встречать, пусть скажет где был и что там делал, я-то уже знаю.
Видно, что он устал, возможно даже разговор был не самый простой, весь мой боевой настрой тает. Ругаться это не то, что я сейчас хочу. Мне вдруг стало жизненно необходимым его обнять, оказаться в его руках и почувствовать, как стучит его сердце.
– Мелочь, – разводит руки, приглашая к себе. Хм, или все же стоит поругаться, хотя сейчас это звучит не как оскорбление, а даже наоборот.
Подхожу к нему максимально близко и обнимаю за талию, кладу голову на его грудь, так хорошо, спокойно. Хорошо, что он вернулся домой, а не остался в Сочи на ночь. Он гладит меня по спине и все ещё стоит в уличной обуви.
– Моя мама тебя сдала.
Чувствую, как он усмехается, но ничего не говорит. Гладит меня по волосам. Столько нежности в этом жесте.
– Ты голодный?
– Очень.
Он отстраняет меня от себя, и тут же наклоняясь подхватывает на руки и несёт в спальню. Понятно какой у него голод и да, обувь снимать его не научили, но в этот раз я молчу. Потому что, учиться на своих ошибках – это нормально.
Я узнаю нового Кирилла, нежного, страстного и очень осторожного, что это с ним? Мои родители настучали ему по голове, или наоборот сказали держаться подальше? Или он понял, что до субботы осталось всего ничего и не хочет больше со мной ругаться? Ведь потом он снова уедет…
***
Я была права. Все дни до субботы пролетают так быстро, что в пятницу я вообще отказываюсь идти на учебу, но Кирилл говорит, что у него уже назначено несколько встреч днём и мы проведём вместе вечер.
Мне вообще не хочется идти учиться сегодня, но и проситься брать меня на свои встречи я тоже не могу, а оставшись у него дома, я просто сойду с ума от ожидания. Ожидание разлуки – это вообще самое ужасное, что может быть. Поэтому я приезжаю к первой паре в институт и ищу Соню с Антоном, безуспешно.
Мой телефон оживает, мне звонит Женя, простым звонком на мобильный со своего иностранного номера. Первая мысль, которая бьет по вискам – что-то случилось.
– Женя? Привет.
– Привет, звёздочка, можешь спуститься вниз, я возле твоего института.
Как? Женя возле моего института? Но… У нас как минимум четыре здания, где учатся студенты, даже если он реально тут и знает где я учусь, как он узнал где конкретно, даже Настя только примерно представляет где я учусь.
– Ладно, три минуты.
Выдох. Что он здесь делает? Надеюсь, Игорь куда-нибудь уехал, потому что если он сдаст меня Кириллу, то всё закончится скандалом, а я не хочу его отпускать со скандалом. По пути вниз по лестнице, убеждаюсь, что нигде не встретила Антона. Ещё один предатель. Украдкой осматриваю площадку перед парадной дверью института в поисках машины Игоря. Боже, я веду себя как преступник.
Выйдя из института, сразу встречаю Женю, он делает то, чего я меньше всего ожидаю, – поднимает меня на руки и кружит вокруг своей оси. Мне смешно, хоть меня потом и за это могут прибить, но отказать себе в удовольствии покружиться не могу. Женя ставит меня на ноги и ржёт:
– А ты совсем не выросла.
Гад, пока думаю как бы съязвить, он продолжает:
– Кать, я тут с отцом, по его работе, он взял меня на пару дней. У тебя как со временем?
– Вряд ли у Кати будет время на тебя.
А-а-а.
Позади ледяной тон, это голос Антона, я его не нанимала отбивать моих друзей, я с Кириллом разберусь сама, а эта выходка друга меня бесит.
– Антон, извини, мне нужно поговорить, правда, давай потом.
Антон ниже Жени, но сейчас, кажется, он готов наброситься и убить его просто потому, что Женя стоит рядом. Кирилл умеет подбирать защитников мне. Я с мольбой смотрю на Антона и он фыркает, сообщает, что будет ждать меня через пять минут в институте на паре. Я даже спрашивать не хочу что будет, если через пять минут я не вернусь.
– Кать, это из-за него отец не отпустил меня в Сочи?
– Что? Не понимаю, Жень это мой одногруппник?
Женя сужает глаза, глядя вслед уходящему Антону и растягивает уголок губ в ухмылке. А затем говорит то, к чему я точно не готова:
– Я рвал и метал из-за отмены поездки домой, к тебе. Но отец сказал, что с ним связался важный человек и настоятельно рекомендовал нам не ехать в Сочи этой зимой. Сначала мы даже не поняли в чем дело, а потом пришла длинная инструкция, суть которой заключалась в том, чтобы я отстал от тебя. Катя, скажи, тебе нужна помощь, что-то или кто-то угрожает тебе?
Я в шоке. Кирилл это сделал? Кто же еще, явно не Антон. Дома будет тяжелый разговор. Женя открыл мне глаза на две вещи: Кирилл знал про мое общение с ним, через Антона, скорее всего, это раз; а два – мой телефон пропал, с перепиской, а потом он мне подарил новый телефон, это его рук дело?
– Жень, я догадываюсь кто за этим стоит, я встречаюсь с Кириллом Авдеевым. Мне никто ничем не угрожает, просто так получилось, прости.
Я не готова перед Женей обвинять Кирилла, это будет моё личное дело как я с ним разберусь.
Я вижу как глаза Жени расширяются, рот приоткрывается, чтобы мне что-то сказать, но застывает в таком положении. Он делает резкий выдох через рот и кладет руки в карманы джинс.
Продолжение следует…