1892 год
«Ростов-на-Дону. С одним известным купцом В. произошла на днях довольно печальна история только из-за того, что он оказал помощь нуждающемуся. Суть дела заключается в следующем. Г. В., выезжая из Бахмута, заметил в вагоне сидящего старичка, по-видимому, чиновника, так как фуражка на нем была с кокардой. Как водится в дороге, пассажиры очень скоро между собой знакомятся, а так как по случаю холерного времени господин В. вез с собой «антихолерные» составы, т. е. «перцовку» и прочие настойки, знакомство, благодаря этому, ускорилось. Разговорившись друг с другом, оказалось, что оба они едут в Ростов, и господин с «кокардой» чистосердечно и откровенно признался в своей «благородной бедности» и просил В. дозволить ему переночевать с ним в гостинице, так как у него негде остановиться.
- Не только переночевать, а даже пожить вам разрешу, пока приищите себе приют…
Так дорожные «друзья-приятели» в приятной беседе, защищая себя настойками от холеры, благополучно добрались до Ростова, где вместе и остановились в одной гостинице. На другой день господин В. предложил приятелю своему пройтись по городу, но, заметив на нем довольно старый и изношенный костюм, деликатным образом уговорил его принять от него деньги на покупку нового. «Чиновник», по-видимому, был не из застенчивых, взял деньги, купил себе костюм и затем, обратившись к В., сказал:
- Уж если вы благодетействуете, так благодетействуйте до конца, у меня, вот, и сапоги порвались, так вы уж и на сапоги дайте.
В. дает и на сапоги, дает также ему на «карманные» расходы, поил, кормил, ну, словом, поступил так, как должен поступить истинный христианин. Проходит еще одна ночь, на другое утро господин В. просыпается, но, к удивлению своему, не застает в номере своего приятеля и затем, хватившись за жакет, он заметил, что в нем нет бумажника, туго набитого деньгами. В. бросается искать молодца с «кокардой», но его уже и след простыл. Тогда обо всем случившемся заявляется полиции, и после непродолжительных поисков, похитителя денег находят, но, к сожалению, только с новым костюмом и 14 рублями денег. Теперь похититель находится в кордегардии городской полиции и, по всей вероятности, будет предан в руки судебной власти». (Приазовский край. 220 от 26.08.1892 г.).
1893 год
«Станица Кореневская. В станице Кореневской, как нам сообщают, произошел следующий случай дерзкого нападения. В дом крестьянина Костецкого явились несколько казаков и, под предлогом будто бы полицейского осмотра, стали производить тщательную «ревизию» всего имущества Костецкого. Последний, догадавшись, наконец, с кем он имеет дело, попытался было сопротивляться злоумышленникам, но они вскоре лишили его всякой возможности защищаться и, избив его с семьей, забрали с собой все, что было ценное в доме и поспешили скрыться. Злоумышленники, оказавшиеся местными жителями, в настоящее время выслежены и задержаны. Произведенное дознание о дерзком нападении самозванцев-полицейских передано судебному следователю». (Приазовский край. 218 от 26.08.1893 г.).
1894 год
«Таганрог. В Таганроге появился новый вид торговли: группа евреев в компании с некоторыми русскими «шибаями», покупает разные старые и случайно «дешево» попавшиеся вещи, привозит их на толкучий рынок и здесь, разложив товары в надлежащем порядке, начинает продавать с аукциона – без аукциониста. На днях нам пришлось быть свидетелем, как еврей Юдман целый день выкрикивая: «Кто больше»? – продавал таким образом разные железные и скобяные товары, купленные им у компании какого-то ростовского купца, ликвидировавшего свои дела. Не мешало бы кому следует обратить внимание на этот новый способ надувательства граждан». (Приазовский край. 220 от 26.08.1894 г.).
1898 год.
«Станица Верхне-Чирская. Совсем преобразилась наша станица с началом работ по постройке Восточно-Донецкой железной дороги. Тихая до сего времени жизнь ее текла мирно и шаблонно. Изредка, бывало, нарушит наш покой какое-нибудь происшествие, и станица, взбаламученная на время, снова застынет в обыденных хлопотах и заботах. Девять десятых всего ее населения – староверы австрийской беглопоповской, безпоповской и других сект. Жители станицы сеяли хлеб, ловили рыбу, возили продавать избыток того и другого в станицу Нижне-Чирскую, справляли сыновей на службу, собирались, когда нужно, на станичные сходы и, изрядно погалдев, с общего согласия постанавливали приговоры, а, постановивши, на радостях пили «магарыча» затем снова: кто в поле, кто в лодку…
Не то теперь. Огромный наплыв железнодорожных рабочих породил большой спрос на жизненные припасы. Смекнув, что тут можно нажить деньгу, станичники мигом втрое повысили на все цены. У них появились лишние деньги, и понесли они их в кабаки, услужливо открывающие перед ними двери. В кабаках этих сидят целые кучи объегориваемых кабатчиками рабочих. Пьянствуют все поголовно. Наряду с пьянством растет разврат. Нередки стали случаи краж. Все это благодаря разгулу разгульных рабочих. Старики наши только головами качают, глядя на происходящее.
Недавно нашими рыболовами была поймана приволокой огромных размеров белуга, весом 10 пудов 19 фунтов. Одной икры из нее добыто до двух пудов. Белуга продана купцу Староверкину в станицу Нижне-Чирскую за 70 рублей». (Приазовский край. 225 от 26.08.1898 г.).
1899 год
«Ростов-на-Дону. Торговый дом «Братья П. и Д. Унановы», оказывается, торгуют не только рахат-лукумом, кишмишем и халвой, но и обыкновенным желтым песком. Но желтый песок братьями Унановыми продается не за желтый песок, а за сахарный. Кроме торговли фирма эта занимается еще и химией. Такая оригинальная химия очень полезна для нее, но отнюдь не полезна для ее покупателей.
Так 16-го августа во 2-й участок явился мороженщик и заявил, что братья Унановы отпустили ему под видом чистого сахарного песка какую-то смесь, сильно хрустящую на зубах. Смесь эта оказалась соединением сахарного песка с обыкновенным желтым песком. Какова формула этого нового «химического» соединения – к сожалению, нам не известна. Ученых-химиков пригласили в участок. Химики не пошли. Их вновь пригласили, и они вновь не пошли.
- Если химики не идут в участок, - решил пристав, - то участок пойдет к химикам, выделывающим из обыкновенного песка сахарный песок.
И городовой, посланный в лабораторию братьев Унановых, принес фунт сахарного песка. Последний опять-таки оказался… маргариновым песком и по заварке дал на дне сосуда осадок желтого света, хрустевший на зубах.
Химия братьев Унановых сногсшибательная, но остроумная, проста и «показательна» … для изобретателей ростовского продукта сахаро-пескарина или песко-сахарина. Номенклатура нового химического соединения еще не установлена братьями Унановыми. Что можно иметь против открытия новых химиков? Конечно, ничего. Уличный мороженщик продает мороженое уличным мальчишкам, а последние с удовольствием съедят таковое. Оно и приятно, и вдобавок на зубах хрустит, и не тает моментально. При расширении этой отрасли торговли братья Унановы облагодетельствуют не только уличных мальчишек, но и всех и каждого. Дон освобождается от перекатов, ибо песок со дна его пойдет в продажу в магазине торгового дома «П. и Д. Унановы» под видом сахарного песка. Это ли не благодеяние для пароходовладельцев, товароотправителей и т. д. Одобряю и хвалю».
«Таганрогский округ. В первых числах августа на одном из Макеевских рудников имел место следующий случай. Когда на шахте рано утором собралось около 200 человек рабочих, чтобы спуститься на работы, к штейгеру, находящемуся здесь же, подошел один пьяный рабочий и заявил, что он своих рабочих не пустит на работы. Штейгер, тем не менее, сделал распоряжение немедленно опускать рабочих в шахту. Тогда пьяный рабочий ударил штейгера по голове кулаком и свалил его с ног. Между рабочими поднялась суматоха, привлекшая внимание двух полицейских служащих, сейчас же распорядившихся, чтобы рабочие расходились по квартирам; рабочие повиновались. Инцидент имел продолжение и на следующий день. Как выяснилось, причиной его послужило недовольство некоторых рабочих тем обстоятельством, что им приходится быть в шахте каждый раз в течение 12 часов, тогда как некоторые из них оканчивают свои урочные работы в течение более короткого времени и поэтому желают раньше подняться на поверхность. Рудничной администрации, как передают, сделано распоряжение, чтобы желание рабочих на будущее время удовлетворялось».
«Черкасский округ. Хутор Персияново-Грушеский. В ночь под 21-е августа подле магазина Болдырева убит неизвестными злоумышленниками ночной сторож. Замечательна та смелость, с которой действовали злоумышленники, так как убийство совершено около 10 часов вечера, когда многие в хуторе еще не спали, а полицейский обход заведомо для злоумышленников бодрствовал. Дело произошло таким образом. Около 10 часов вечера подле хуторского правления сидели полицейские, собираясь идти в обход хутора; туда же пришли казаки Гридехин и Егоров, но, узнав, что они в эту ночь не состоят в обходе, отправились обратно домой. На площади, недалеко от хуторского правления, они заметили 5 человек и подошли к ним, чтобы узнать, кто они, но в это время неизвестные набросились на них и нанесли им тяжкие побои. На крик о помощи бросился один из полицейских, сидевших подле правления; но злоумышленники выстрелом из револьвера заставили его вернуться, а сами тем временем скрылись; обход не посмел их преследовать и стал приводить в чувство пострадавших. Меж тем, злоумышленники направились к магазину Болдырева, вероятно, с целью ограбления его. На лай цепной собаки вышел со двора сторож Фролов. Что произошло в это время подле магазина – не известно, но, когда спустя несколько минут на не унимавшийся лай собаки вышли еще не спавшие хуторяне, сторож, окровавленный, в бесчувственном состоянии лежал на земле. Удар, как оказалось по осмотру трупа, был нанесен в голову каким-то тяжелым орудием. Не смотря на поданную тотчас врачом помощь, Фролов не пришел в сознание и в ту же ночь скончался.
Вообще, с наступлением осени кражи и грабежи в нашем районе чрезвычайно увеличились; почти ни одна ночь без них не проходит. Крадут лошадей, коров и волов, а на полях было несколько случаев открытого грабежа рабочего скота. Такие случаи наводят ужас на население, которое не имеет возможности уберечь свой рабочий скот, в особенности теперь, когда все работы проходят на полях, где поэтому и ночевать приходится. Требуется настоятельная помощь населению в этом деле. Необходимо усилить состав полиции в пригородных поселениях, а в особенности в хуторах, расположенных по дороге из города Александровска-Грушевского в Новочеркасск и Ростов. Следовало бы на таких хуторах, как Персияновка, Максимовка, Янова, учредить должность урядника с достаточным числом вооруженных полицейских, которые могли бы следить за подозрительными личностями и приходили бы на помощь населению, а не разбегались бы в разные стороны при первой попытке злоумышленников к сопротивлению. Кроме того, в городах необходимо усилить полицейский надзор за бойнями, так как краденый рогатый скот сбывается почти исключительно туда». (Приазовский край. 223 от 26.08.1899 г.).