Трудно сказать, получил ли бы он маршальский жезл, ведь Друо был представителем специальных войск, но можно с уверенностью сказать, что на любом посту он заменил бы десяток маршалов Ожеро. Это был, поистине, человек, незаменимый в самых трудных ситуациях. Если такие люди, как Мюрат, сверкали во время успехов, но потухали в час испытаний, генерал Друо, наоборот, поражал видавших виды людей своей несокрушимой стойкостью перед лицом всех невзгод.
Его любимыми книгами были Библия и биографии великих людей Плутарха, и сам он словно сошел со страниц последней. В тяжелых битвах под Люценом, Бауценом, Лейпцигом он был безупречен, «великолепный своей энергией и хладнокровием», как сказал о нем генерал Гриуа.
А в тот день, когда баварцы генерала Вреде преградили путь остаткам Великой Армии, именно на Друо была возложена задача с батареями гвардейских орудий проложить дорогу сквозь вражеские полки. Он выполнил свою работу, с пятьюдесятью орудиями прорубив кровавую брешь в рядах неприятеля. Когда же баварская кавалерия ринулась на батареи, генерал Друо со шпагой в руках сражался в рядах своих артиллеристов, которые штыками и банниками встретили вражеских всадников.
Французы не отдали врагу ни одной пушки, более того, едва баварцы были отброшены, как батареи под командованием Друо тотчас же снова обрушили на них шквал картечи. «…Ну что, знаменитый пушкарь, Вы сегодня славно поработали!» – сказал император, радостно обнимая генерала после победы. Друо был безупречен и в суровых испытаниях кампании 1814 года под Ла Ротьером, Вошаном, Краоном и Лаоном, и в последние дни Империи на поле боя при Ватерлоо.
На Святой Елене император часто вспоминал о преданном воине:
«Он видел в Друо все необходимое, чтобы стать великим генералом. У него было много оснований считать его стоящим выше многих маршалов. Он, не колеблясь, говорил о том, что Друо мог бы командовать сотней тысяч человек»
Автор — Praetorian Cohort