Мужику же что надо? Чтоб было сытно, тепло, и давали по первому требованию. Ну ещё чтоб по шёрстке гладили…
Как коты, ей богу!
С этим Олюшка справится.
- Римма Евгеньевна, - в дверь поскреблась горничная Наташа.
- Чего тебе? – сердито отозвалась хозяйка. – С Агашей что-то?
- Там к вам пришли.
- Пришли? Кто? – насторожилась Римма.
Вроде сегодня она никого не ждала, тем более, не приглашала на обед. А время к полудню.
- Дивин Михаил Васильевич, - ответила Наташа. - Что сказать – примете или в другой раз?
«Дивин…», - покатала имя на языке, пока не осенило.
Это же любовник Анны! Интересно, что он тут забыл? Если собирается вернуть мерзавку, то пришёл не по адресу. Помучить бы его. Подержать в прихожей или вовсе отправить вон, мол, хозяйка сегодня не принимает.
Но… Насколько она помнит, он непростой человек, с хорошими связями и неприлично большими деньгами. Соответственно, злить такого не стоит.
«Надо выслушать, с чем пришёл, а потом уже решить, что с этим делать,» - подумала Римма.
- Проводи в гостиную, - приказала она горничной. – Подайте ему чаю и что пожелает. Я спущусь через десять минут.
Она не спеша переоделась, для начала тщательно продумав образ. Самодостаточная, уверенная, состоятельная женщина, которая знает себе цену и никого не боится – вот кого должен увидеть незваный гость.
Римма бросила завершающий взгляд на себя в зеркало – строго, элегантно, дорого. Идеально!
И вышла в коридор.
- Проводили в гостиную, подали закуски и кофе, но господин от всего отказался, - торопливо доложила поджидающая за дверью горничная.
- И чем всё это время он был занят?
- Сидел, в свой телефон смотрел, - пожала плечами Наталья.
- Ясно, - буркнула Римма Евгеньевна и пошла дальше по коридору.
Девушка повернулась следом за ней, явно собираясь сопровождать хозяйку.
- Пасти меня не нужно, не заблужусь, - остановила её та. – Лучше передай Кате, чтобы нас никто не беспокоил, а сама иди к Фёдору – пусть он срочно перенастроит камеру в гостиной. Надо, чтобы запись шла мне на телефон, а не как обычно – на мониторы в комнате охраны. Кто его знает, зачем этот явился, бережёного бог бережёт.
Последние слова она пробормотала себе под нос и, спохватившись, что они не были предназначены для посторонних ушей, прикрикнула на горничную:
- Ну, чего стоишь, чего ждёшь – особого приглашения?
- Простите, - стушевалась девушка и попятилась, но хозяйка снова её остановила.
- Вот что ещё – потом поднимись в холл второго этажа, присмотри в окно за подъездной аллеей. Если увидишь машину Андрея Геннадьевича, немедленно пришли мне сообщение.
Она на мгновение вытянула из кармана сотовый и тут же опустила его обратно.
- Хорошо, Римма Евгеньевна, - ответила горничная и поспешно упорхнула к лестнице.
Хозяйка проводила её взглядом, вздохнула – на душе кошки скребли. Она не могла объяснить почему, но где-то внутри зрело убеждение – этот визит не к добру.
Но ведь она не обязана выходить, ещё не поздно отказаться от встречи! Сослаться на внезапно возникшее недомогание, пусть идёт отсюда… в сад, в Питер, к чёрту!
«Выставить и мучиться неизвестностью? – Римма тут же засомневалась. – Гадать, что ему здесь понадобилось? Хотя, что там придумывать, когда ответ лежит на поверхности? Из-за Аньки явился, как пить дать. Больше-то у нас ничего общего с ним нет и быть не может…»
Следующая догадка опалила жаром – а что если эта поганка не врала, и её щенок на самом деле сын Егора?! Сын что-то говорил, дескать, переделал тест в Москве, и тот оказался положительным.
«Тогда я пропустила мимо ушей, была уверена – всё это сказки. А если любовник Анны выяснил, что мальчишка ему чужой, и явился с требованием, чтобы мы забрали ребёнка? Причём, совсем не факт, что в этом случае мальчишка от Егора, эта девка способна с кем угодно спутаться. Дивин об этом узнал и решил избавиться от прицепа, скинув его на бывшего мужа мерзавки… Боже, за что мне такое?! У меня и Андрея внуки могут быть только от одной невестки – Олёнушки! Снова подкидыш Аньки создаёт кучу проблем… Не дай бог Егор узнает, опять в бочку полезет! Нет, я должна узнать, с чем Дивин пожаловал – кто предупреждён, тот вооружён. На крайний случай, мальчишку можно по-тихому забрать и отправить куда-нибудь на другой конец страны. В детдом».
Она приосанилась и решительно открыла дверь.
Гость – высокий, хорошо сложенный и довольно привлекательный мужчина лет тридцати – тридцати трёх, немедленно поднялся хозяйке навстречу.
- Римма Евгеньевна, доброго дня! Дивин Михаил Васильевич, гендиректор ЭйсРеал, Санкт-Петербург, - учтиво произнёс он и замер, ожидая её реакции.
«Или он не из-за Аньки, а с какими-то деловыми вопросами? – пронеслось в голове Гориной. – Представился официально – имя и должность. Точно, не частный визит. Но тогда почему ко мне, а не к Андрею? И где ЭйсРеал – один из крупнейших и богатейших холдингов страны, что у всех на слуху – и где Воронеж и наши предприятия? Нет, мы в Черноземье не последние люди, но масштабы с ЭйсРеалом несравнимы».
Между тем гость продолжал молчать, выжидательно глядя на женщину.
И Римма, с трудом вынырнув из калейдоскопа мысленных вопросов и версий, вспомнила о хороших манерах.
- Очень приятно, присаживайтесь, Михаил Васильевич, - жестом гостеприимной хозяйки показала на диван. – Но, наверное, вам лучше побеседовать с моим мужем? Должна признаться, я совершенно ничего не понимаю в бизнесе, боюсь, от разговора со мной будет мало проку.
- Я ехал к вам, Римма Евгеньевна, - спокойным голосом ответил гость.
- Ко мне? – изумилась она, и успокоившиеся было нехорошие предположения снова подняли голову. – Интересно, по какому вопросу…
- По личному, - уронил Дивин.
И сердце Гориной ёкнуло – ну точно из-за щенка!
Захотелось высказать в лицо всё, что она думала про бывшую невестку и её мальчишку, а потом выставить непрошенного гостя вон. Но усилием воли Римма Евгеньевна сдержалась.
Нет, пусть говорит, она придумает, как выйти из ситуации с наименьшими потерями. А то с Дивина станется, не получив искомого у неё, у матери, отправится к её сыну или мужу.
- Вот как? – безэмоционально произнесла она и медленно опустилась на второй диванчик. – Не представляю, о чём может пойти речь, но раз вы настаиваете… Я вас готова выслушать.
- Прекрасно, - кивнув, Дивин вернулся на своё место. – Римма Евгеньевна, скажите, вам знакома фамилия Сопелкин?
И у неё перехватило дыхание.
«Боже мой… Откуда?! Что он может знать?! – мысли заметались перепуганными воробьями. – Нет, это невозможно! Вася давно в прошлом, более того, он вряд ли жив, потому что я искала. Да, искала, чтобы убедиться – он никогда не появится на моём пороге! Его нет, он умер, умер!!!»
Гость молчал и внимательно наблюдал за сменой эмоций на её лице.
Пауза становилась неприличной, и Римма с трудом выдавила из себя:
- Простите, я не знаю, о ком вы говорите.
- Сопелкин Василий, - безжалостно повторил Дивин. – Сопелькин, как его звали недруги и те, кто хотел задеть.
- Я не понимаю, о ком вы говорите, - отрезала Горина, с трудом взяв себя в руки.
- Для склероза рановато, - задумчиво произнёс гость. – Возможно, частичная потеря памяти?
- Вон!
Римма возмущённо вскочила, но вместо металла, голос дал петуха, и получилось жалко и испуганно.
- Хорошо, - Дивин не стал спорить и направился к выходу. – Сожалею, что зря вас побеспокоил. Надо было, как изначально собирался, обратиться к Егору или Андрею Геннадьевичу, так и поступ…
- Стойте, - вымученно воскликнула она. – Зачем беспокоить моих сына и мужа? Они тут вообще ни при чём! Да, я знаю… знала Васю Сопелкина, только сейчас его вспомнила. Обычный мальчик. Кажется, даже ухлёстывал за мной, но нужно быть дурой, чтобы согласиться на двушку в хрущобе и неблагозвучную фамилию. Дурой я никогда не была, мы расстались ещё на конфетно-букетной стадии. Не понимаю, какое сейчас это имеет значение? Мало ли кто с кем был знаком в годы молодости? Я не считаю нужным всю жизнь вспоминать каждого…- Не предполагал, - мягко заметил Дивин, – что отец вашего единственного сына для вас – каждый.
И у Гориной потемнело в глазах.
* * *
- Что?! – у неё получилось «что-ох». – Да как вы смеете!!! Я сейчас же вызову полицию, и вас аресту…
- А давайте! – незваный гость снова сел на диван и расслабленно откинулся на спинку. – Только сразу всех зовите – полицию, охрану, прислугу, соседей – зачем скромничать? Мужа и сына тоже пригласить не забудьте. Рискну предположить – господ Гориных та информация, которой я располагаю, заинтересует в гораздо большей степени, чем полицейских.
- Да, вы… Вы!!! – от возмущения и страха она едва заикаться не начала. – Ворвались в мой дом, хамите, угрожаете…
- Разве? У вас наверняка всюду камеры, - Дивин поднял голову и посмотрел прямо на одну из них, словно точно знал, где та находится. – Достаточно будет поднять записи, и станет ясно, что ваши обвинения беспочвенны. Только представьте, как вы и ваша семья будете выглядеть в глазах общественности. Ведь я молчать не стану, цель моего визита сразу раскрою и полиции, и представителям СМИ. А те вкусняшку ни за что не пропустят.
И Римма едва не заскулила от отчаяния – Дивин был прав, огласка совершенно не требовалась.
Она сегодня окончательно убедилась, что всё тайное рано или поздно становится явным. Даже если заплатить, изъять записи и отозвать заявление, рано или поздно правда выплывет наружу. Полицейские, прислуга – они такие же люди, как и все. И у каждого непременно есть знакомые и родные. Достаточно поделиться с одним... А когда подключатся журналисты – эти падальщики непременно подключатся, у них просто нюх на жареные истории! Господи, да она оглянуться не успеет, как новость про респектабельную семью Гориных – в которой, оказывается та-а-акое происходит!!! – разлетится сначала по Воронежу. А потом пойдёт гулять по салонам так называемого высшего общества.
И не важно, что там у каждого первого в шкафу хранится не по одному скелету – пока те не стали достоянием общественности, никого не волнует, как низко ты поступаешь.
У самих рыльце в пушку.
Но горе тем, кто свою тайну не убережёт – от него тут же отвернутся не только знакомые, но и некоторые родственники.
А если «скелет» особенно дурнопахнущий, то и всё окружение без деления на близких и дальних.
Её «скелет» как раз таким и был...
Дивин знал, куда бить.
- Что вы хотите? – почти простонала Римма Евгеньевна. – Я слабая и уже немолодая женщина… Вы желаете довести меня до смерти? Хотите уничтожить мою семью? Но почему? Что такого я вам сделала?!
- Скажите, Римма Евгеньевна, что будет, если – или когда! – Егор Андреевич узнает, что много лет считает своим отцом чужого ему по крови человека? – ответил вопросом на вопрос Михаил. – А что будет, когда о таком пердимонокле узнают ваши знакомые и партнёры Андрея и Егора? Согласитесь – не каждый решится вести дела и доверять многомиллионные сделки бизнесменам, которые даже у себя под носом ничего не способны разглядеть.
- Вы издеваетесь? – прошипела она. – Это разрушит нашу… мою жизнь.
- Правильно, Андрей Геннадьевич такого унижения не спустит. Как и потерю авторитета в деловой среде.
- Скажите, вас Василий послал, да? Как-то узнал про Егора и теперь хочет… А что он, собственно, хочет? – оборвав фразу, Римма уставилась на Дивина.
Тот молчал, а она не могла удержать рвущиеся с языка предположения.
- Хочет оттяпать себе кусок пирога, полагаю? Узнал про сына и планирует паразитировать на этом? Но каким боком тут вы затесались?
Неприятный гость фыркнул:
- Наглядная иллюстрация известного изречения «Каждый судит по себе».
- Не прикидывайтесь святым – не поверю! – парировала Горина.
Осознание, что она стоит на краю катастрофы, накрыло с головой, и Римма решила, что ей нечего терять. Или она сейчас продавит этого Дивина, или он вместе с бывшим любовником уничтожит её жизнь и счастье.
- Перестаньте изображать моралиста – сами-то недалеко ушли, - огрызнулась она на выпад Дивина. – Васе сын не нужен, правильно? Его интересуют деньги. Но вы… Почему вы согласились стать посредником или Сопелкин и вас чем-то шантажирует?
- У меня свой интерес, - невозмутимо ответил гость. – Итак, вы готовы меня выслушать?
- Знаю я, какой у вас интерес, - Римму несло. – Анькин щенок мешает, хотите спихнуть его мне? Не выйдет! У меня есть родная внучка, я не собираюсь растить нагулёныша!
- Женщина! – рявкнул Дивин и мгновенно оказался возле неё.
Вот только что сидел в расслабленной позе на расстоянии трёх метров и – раз! – уже нависает, давя своей энергетикой и прожигая злым взглядом.
Римма непроизвольно втянула голову в плечи и замерла, боясь пошевелиться.
- Не смейте называть мою жену уничижительно, а за сына я не только любому голову откручу, но и легко докажу, что так и было! Даже смотреть в их сторону не смейте, не то что произносить имена или пытаться говорить гадости в их адрес!
После чего он отступил на шаг, но остался стоять рядом.
- Вы угадали, я взялся за это дело ради своей семьи. Итак, вы готовы меня выслушать или продолжим трепать друг другу нервы?
- Я… слушаю, - с трудом разжав губы, пробормотала Римма Евгеньевна. – Сядьте, пожалуйста, мне… трудно, когда вы…
Хмыкнув, Дивин вернулся на диван.
- Много лет назад вы встречались с Василием Сопелкиным, - после непродолжительной паузы он продолжил. – Тот был красивым, трогательно ухаживал и нравился вам настолько, что вы с ним переспали.
Римма дёрнулась, но промолчала.
- И после этого, как честный человек, Вася сделал вам предложение. Но вот незадача – вы мечтали выйти замуж за богатого, а Сопелкин под это определение никак не подходил. Да, коренной москвич, но обычный, не номенклатурный. Родители простые, квартира – двушка в пятиэтажке, машины нет, дачи тоже. И перспектив, в виде деда - генерала или дяди–партийного функционера не наблюдалось. В общем, ровно то же самое, что и в вашей семье. И вы решили шило на мыло не менять. То есть, и «да» не сказали, и совсем рвать с Васей не стали. Держали про запас, что ли?
Римма молча отвела взгляд.
- А, так Сопелкин вам по-настоящему нравился? Удивительно…, - пробормотал незваный гость. – Ладно, отставим ваши чувства в прошлом. Итак, вы продолжали встречаться, и наивный Вася не подозревал, что его Риммочка параллельно окучивает другого парня. Юная Вершинина быстро смекнула, что Андрюша Горин с соседнего факультета для неё гораздо более выгодная партия. Он в семье единственный ребёнок, плюс происходит из состоятельной, хоть и не столичной семьи. Отец Андрея занимает высокий пост в администрации области. Понятно, что он сына во всём поддержит – у Андрюши будет и хороший дом, и солидный достаток, и власть. В общем, выбор был очевиден, но вот беда – парень с удовольствием флиртовал с красивой студенткой, но тащить её в койку или ЗАГС не торопился. А кругом крутились не менее красивые и не менее решительно настроенные конкурентки – того и гляди, уведут перспективного кавалера!
- Может, хватит? – жалобно пискнула Римма. – Давайте сразу к делу.
- Недолго осталось, - отмахнулся Дивин. – В общем, наша студентка решила сделать финт ушами – она позволила себе залететь от Сопелкина. А когда убедилась в наличии беременности, то сумела подпоить Горина на одной из студенческих вечеринок, и, отправив влюбленного Васю в отставку, обрадовала Андрея новостью о скором отцовстве.
Римма выдохнула сквозь сомкнутые зубы – откуда этот гад так подробно всё знает?! Ни одна живая душа не в курсе!!!
Перед глазами промелькнули картины прошлого – с каким трудом ей удалось добыть хорошее снотворное и попасть в одну с Андреем компанию. На даче одного из «золотых» мальчиков отмечали окончание сессии. Контингент был соответствующий, и только она из него несколько выбивалась – «золотые» всегда смотрели на Римму, как на пустое место. Собственно, её пригласил Андрей – за это она пообещала написать вместо него курсовую. Не сама, конечно – курсовую писал бы Вася. Но ни Сопелкин, ни Горин не должны были об этом узнать.
Продолжение следует...